Завидная нервно-тревожная невеста (СИ) - Рогозина Виктория

Алекс — мой защитник, мой любимый некромант, который владел силами тьмы с той же грацией и мастерством, с которыми я управляла магией света. Мы всегда были рядом, непобедимы вместе, как две части одного целого.

Что ж, стоило признать, что мы с Алексом — дети не этого мира. Мы принадлежали Лукоморью, той самой стране, которую вы знаете по сказкам и древним легендам. Но для нас это была реальность — земля, в которой магия текла так же естественно, как реки в своих руслах. Там, среди вековых дубов, зачарованных зверей и мрачных лесов, мы родились и выросли. Лукоморье было нашим домом, пока все не изменилось.

Когда Кощей Бессмертный начал свою кампанию по захвату земель, наш мир стал разваливаться на части. Магия Лукоморья, которую он хотел подчинить себе, превратилась в оружие, а жители — в пешек на его шахматной доске. Однако добиться абсолютной власти Кощей так и не смог. Ему нужно было больше, чем просто захват земель и создания армии из бессмертных. Для завершения своих злых замыслов ему была необходима могущественная ведьма в жены — та, кто могла бы усилить его силу до небесных пределов.

И по иронии судьбы, этой ведьмой оказалась я.

Моя магия всегда была сильна, гораздо сильнее, чем у других ведьм, что росли в Лукоморье. Сила древних была в моих жилах, и Кощей это знал. Он пытался меня пленить, подчинить, но Алекс всегда был рядом, защищая меня от его попыток.

Мы бежали. Бежали из родного мира, оставляя позади всё, что знали и любили. Прощались с друзьями, которым не могли помочь, с лесами, в которых росли, с магией, которая была частью нас. Это был единственный путь выжить и спасти наш союз, наше будущее. Мы скрылись в этом мире, скрыли наши силы, смешались с людьми, которые даже не подозревали о существовании другого мира, о магии, которая их окружает.

Но Кощей не остановился. Он продолжал охоту за мной, за нашей семьей, посылая своих темных приспешников, бесов, для того чтобы выследить и вернуть меня в Лукоморье. Ему не давала покоя моя сила, которая могла бы сделать его непобедимым. Но Алекс всегда находился рядом, и мы вместе сражались с теми, кто приходил по нашу душу.

А сейчас, стоя на тёмной улице с детьми рядом, я чувствовала, что время скрываться заканчивается.

Тьма будто сгущалась, становясь осязаемой, когда из ниоткуда стали появляться вурдалаки и упыри. Они выползали из тени, словно ожившие кошмары, их серые, измождённые тела дрожали в зловещем свете редких фонарей. Их глаза, лишённые искры жизни, блестели ледяной ненавистью, и каждый их шаг сопровождался звуками сухих костей и шуршанием разрывающихся тканей. Улица, которая ещё мгновение назад казалась тихой и почти мирной, превратилась в арену для нечисти, заполнявшей пространство вокруг нас.

Откуда-то из глубин сознания всплыло странное чувство: все это происходило по чьей-то воле. Их хаотичные движения, на первый взгляд, скрывали чёткий порядок, как будто кто-то невидимый тянул за нити, направляя этих существ на нас. Я попробовала сосредоточиться, уловить магическую вибрацию, которая управляла ими, но вся моя энергия словно натыкалась на стену. Эти создания были лишь пешками, а их кукловод находился в другом мире, за пределами моего восприятия.

Я скользнула взглядом в сторону Алекса. Он стоял, хмуря тёмные брови, но на его лице не было ни тени страха. Как истинный некромант, он понимал, что бороться с мертвыми — его удел. Он был спокоен, как всегда. Слегка качнув головой, Алекс тихо вздохнул, и едва заметным движением руки вызвал древнюю силу земли.

От его жеста каменная мостовая затряслась, и в один миг пульсирующая энергия магии проникла в глубины почвы. Земля под вурдалаками и упырями начала разрываться, словно под ними открылись врата в бездну. Нечисть, завывая, замерла на мгновение, прежде чем начать рушиться, затягиваемая под землю. Их когти, острые как лезвия, судорожно цеплялись за камни, но магия Алекса была слишком сильной. Один за другим они исчезали в чёрной трещине, как будто их и не существовало вовсе. Алекс был неумолим, и каждое его движение заключало в себе силу, которая не просто уничтожала нечисть, а стирала её следы из этого мира, отправляя навеки в их вечную темницу.

Мир вокруг застыл. Ветер замедлил свой бег, улица вновь окуталась тишиной. Я стояла, наблюдая, как Алекс завершает своё дело, и не могла не восхищаться его безмятежностью. Лёгкая улыбка появилась на моих губах — этот мужчина, мой муж, всегда оставался для меня той опорой, на которую можно было положиться в самые мрачные времена. Он спокойно подошёл ко мне, мягко коснувшись моего плеча, словно напоминая, что всё кончено, хотя наши мысли совпадали: это была лишь разминка. Мы знали, что грядут испытания куда более серьёзные и опасные.

Но пока мы были вместе, ничто не могло нас сломить. Ни этот мир, ни наш прежний — ни один из них не падёт, пока Алекс и я держим оборону.

Глава 18 Сорок кошек и один мракобес

«Уходим!» — голос Алекса прозвучал чётко и резко, не оставляя места для колебаний. Мы быстро направились к машине, и, к удивлению, дети даже не стали задавать вопросов, когда увидели её. Они уже привыкли к тому, что рядом с нами могут происходить странные и необъяснимые вещи. Как всегда, Алекс уверенно сел за руль, а я устроилась на переднем сиденье. Миша и Алиса тихо разместились на заднем, подозрительно молчаливые. Даже их обычно бурные комментарии в такой момент затихли. Возможно, они чувствовали что-то в воздухе, что-то более серьёзное, чем просто опасность.

За нашими спинами оставалась покорёженная улица с глубокими разломами, которые протянулись по земле, как рваные шрамы. Этот разрушенный пейзаж — итог короткой, но мощной схватки. Утром, несомненно, всё свалят на какую-нибудь коммунальную аварию или очередную неисправность городской инфраструктуры. Никто даже не подумает, что настоящей причиной стала магия.

Алекс тем временем уверенно разгонял автомобиль, его лицо оставалось сосредоточенным. Дорога перед нами словно поглощала свет фар, превращаясь в тёмную ленту, которая вела нас прочь от того места, где столкнулись два мира. Я наблюдала, как проносятся мимо редкие фонари, их тусклый свет растворялся в ночной мгле, едва успевая коснуться автомобиля.

В салоне царила напряжённая тишина. Алиса смотрела в окно, её взгляд был рассеянным, словно она пыталась осознать происходящее, но не находила ответов. Миша, сидя сзади, время от времени бросал на нас быстрые взгляды, его брови были нахмурены, как у Алекса. Он инстинктивно чувствовал, что что-то изменилось, что события этой ночи были больше, чем просто странной встречей с «гопниками».

Автомобиль несся по пустынной дороге, словно сливаясь с темнотой. Мы уезжали прочь, но не было чувства облегчения — только предчувствие, что это лишь начало.

Когда мы, словно ничего не случилось, вернулись домой, тишина снова воцарилась в пространстве. Дорога позади, темнота и разрушенная улица остались в прошлом. Алекс без лишних слов выключил двигатель, и машина замерла на подъездной аллее. Мы все поднялись по ступеням, вошли в дом, будто это был обычный вечер. Я сразу направилась на кухню, привычно ставить чайник на плиту, чувствуя на себе взгляды детей, но молчала, пока Алекс не присоединился.

Миша и Алиса следовали за нами, словно в ожидании. Когда мы все уселись за стол, и аромат горячего чая распространился по комнате, напряжение стало почти ощутимым. Они больше не могли скрывать свой интерес и растерянность.

Миша первым нарушил тишину, его голос прозвучал как стальной струнный аккорд:

— Так что это было? Вы ведь не станете отрицать, что видели то же самое, что и мы.

Алиса кивнула, её глаза широко раскрыты, в них всё ещё мерцал отблеск тех вспышек магии, что видела пару часов назад. Она не из тех, кто легко задает вопросы, но сейчас её любопытство взяло верх. Она опустила руки на стол, как будто готовясь к чему-то большему:

— Мама, папа... Мы заслуживаем объяснений.