Зор не готов сказать жене, что не хочет отказываться от того, кто он есть. Он сделает все, чтобы их спасти, и если Мию это не устроит ― он просто будет жить где-то в отдалении, помогая им и поддерживая, чем может.
Он не настоящий ксавер и никогда им не был ― помимо внешности. Магии Разлома в нем и впрямь ни на грош. Но он в ответе за тех, кого ему некогда навязал тот же вождь, сам составляющий пары. Безродная Мия досталась недоделанному ксаверу Зору. Ничего удивительного.
Но за эти годы, что они прожили вместе, Зор ее полюбил. По-настоящему. Слабая некрасивая жена и маленький сынок, который недавно родился, стали его семьей. Теми, ради кого стоит жить и умереть.
Значит, он сделает все, как надо. Он уже начал исполнять для клана Грейнмора его смертный приговор. Этот проклятый мир, где для ксаверов нет места, не оставил ему другого пути.
31 глава
Не верю своим глазам. Яблоко. Огромное, наливное, а пахнет так, что срочно хочется откусить. За такое я бы не пожалела даже несколько золотых, если бы они у меня были.
Права была бабушка: новое не вырастет, пока старое не уступит ему свое место. Прежнего яблока нет, как и прежней меня. И кажется, больше никогда уже не будет ― все это кануло в прошлое.
Пофилософствовав слегка, перехожу к практическим мыслям. Значит, я смогу увеличить так весь урожай: магии на каждое яблоко требуется совсем мало. Это хорошо, просто очень хорошо. Да только незадача ― использование любого дара в этом доме строго запрещено. Конечно, огромные яблоки не останутся незамеченными. Ардин же не дурак. Когда будет на рассвете отвозить тележку на рынок, мигом все поймет.
― Значит так, ― говорю я собравшимся слугам в лице Флинна и Ричарда ― Мэй решила пока не трогать. ― Вот такой расклад. Я увеличиваю яблоки, мы их прячем, а потом продаем. Но так, чтобы Ардин не видел!
Перед этим я съела свое яблоко, чтобы проверить, насколько оно съедобное. Хотела только кусочек откусить, но оно оказалось такое вкусное, просто медовое, что от него скоро остался один огрызок.
Я сделала еще несколько, в качестве наглядного пособия. Ну или если мужчины захотят попробовать эту вкуснятину, в чем я не сомневалась.
― Вы уверены, что это единственный способ спасти поместье? ― размеренным тоном спрашивает гном.
― Если вы знаете другой, получше ― мы им воспользуемся, ― тут же парирую я.
Ричард в ответ разводит руками.
― Оно ничем не отличается от тех, что продаются в лучших продуктовых магазинах Эфемерона, ― говорит Флинн, вертя в руках мое магическое яблоко. ― И я согласен на любую авантюру: идти мне некуда, а становиться пожизненным рабом какого-то дракона совсем не хочется. Что мы должны делать?
Мне нравится настрой Флинна, но и Ричарда можно уломать, если найти правильный подход: он хотя бы не критикует каждый мой шаг, в отличие от Мэй, а прислушивается к здравым советам. Все-таки медлительность и вдумчивость иногда лучше работают, чем импульсивность.
― Я выяснила, что Ардин работает в саду ночью, примерно с часу до четырех, ― говорю я приглушенно, поминутно оглядываясь на дверь сарая. ― После он отвозит яблоки ближе к рынку, а примерно в шесть туда приходит Мэй. Ардин уходит отсыпаться и вряд ли будет подсматривать, что там на рынке происходит и какой товар на самом деле мы продаем.
― Значит, ты хочешь выбраться в город на рассвете, и когда Ардин оставит тележку, увеличить все яблоки?
― Другого выхода нет. Мы не можем держать такой урожай в сарае ― дракон мигом нас раскусит.
― А что если леди будет увеличивать яблоки здесь, прятать под рогожей и каждый день относить часть на рынок? ― предлагает Ричард.
― Тогда ей придется самой все это тащить ― уж лучше пусть хозяин этим занимается, ― возражает Флинн, а я бросаю на него мимолетный взгляд. Мне приятна его забота.
― Осталось дело за Мэй, ― напоминаю я. ― Если она не захочет с нами сотрудничать ― пиши пропало.
Через несколько минут экономка, посвященная в нашу авантюру, нечитаемым взглядом смотрит на увеличенное яблоко.
― Так что, Мэй, твоя задача маленькая, ― завершает Флинн, которого я попросила рассказать все, как есть, потому что строптивая служанка предвзято ко мне относится и не захочет меня слушать.
― Нет, ― твердо говорит она. ― Не стану я продавать эту гадость. Это не настоящее яблоко, а…
― Хорошо, ― тут же перебиваю я. ― Тогда я сама стану за прилавок…
― Да кто тебя туда пустит! ― Ореховые глаза Мэй сверкают ― по всему видно, что она готова отстаивать свое мнение до конца. ― Твоя задача ― вовсе не эта…
― Вот именно! ― восклицаю я, не заботясь, что нас могут услышать. ― Я гувернантка Элис и я не позволю, чтобы ее продали в рабство за долги!
Мэй смотрит на меня долгим взглядом, в котором я не вижу ничего хорошего.
― Я сейчас же доложу хозяину, что здесь происходит, ― она разворачивается всем телом и с гордо поднятой головой направляется к двери.
― Этой не лучший выход, Мэй, ― как ни странно, вмешивается молчаливый Ричард.
― А разве она думает о том, как будет лучше для всех? ― Я едва сдерживаю себя. Ну кто бы сомневался, что именно Мэй вставит нам палки в колеса. Жаль, что в поместье так мало слуг и рабочих рук в придачу ― в другом случае мы бы с легкостью обошлись без нее.
Мэй разворачивается уже у дверей. Ее взгляд, полный ненависти, устремлен на меня.
― Ты допрыгалась, ― говорит она тихо, но я слышу каждое слово. ― Пришла пора раскрыть хозяину, с каким наделением он взял горничную… ты думаешь, здесь все дураки, ― она обводит взглядом мужчин, ― и не понимают, что яблоко невозможно увеличить одной пыльцой фей? А ты явно использовала не пыльцу, ― презрительно кривит она тонкие губы.
― Вы хотите рассказать хозяину о том, что ваш дедушка был ксавером? ― обыденным тоном говорю я. ― Наверняка он об этом не знает, и ему будет интересны такие подробности о его верной экономке.
Мэй враз бледнеет.
― Ты… не могла об этом узнать, ― едва шевеля губами, говорит она, не спуская с меня напряженного взгляда.
― Огненная книга в хозяйской библиотеке дает ответы всем, кто этого хочет и не боится, ― пожимаю я плечами.
В глазах Мэй мелькает страх, но только на мгновение.
― Эта книга ― хранительница памяти Аэтерии, ― ровным тоном говорит она, видимо сразу поняв, что я имею в виду. ― Такая есть в каждом драконьем доме и доступ к ней имеют только хозяева. Только сильный духом может прикоснуться к ней и считать из прошлого то, что ему нужно, при этом не повредившись в рассудке.
― О, ну я не повредилась, как видите, ― развожу руками. ― Так что, что хватит меня запугивать. У меня тоже теперь тоже козырь против вас имеется.
Вообще-то у мужчин, наблюдающих эту сцену ― тоже, да только вряд ли они пойдут докладывать Ардину. Флинну точно это не надо.
Мэй молча смотрит на меня и уходит. Когда дверь за ней закрывается, мне становится не по себе. Я не забыла, сколько всего пережила эта женщина. Она просто по умолчанию не может никого любить, ведь весь этот мир будто настроен против нее. Предательство самого близкого человека… врагу такого не пожелаешь. Наверное, стоит извиниться. А еще ― сказать, что Ардин ничего не узнает. Что я блефовала и не собиралась ничего такого делать. К таким людям, как она, однозначно нужен другой подход, а не действовать нахрапом и назло.
Решаю не откладывать дело в долгий ящик и иду за Мэй. С мужчинами договорилась, что в случае чего мы будем продавать яблоки отдельно и по очереди ― чтобы насобирать нужную сумму в срок. У нас все-таки меньше месяца осталось, рассуждать некогда, нужно действовать.
На кухне Мэй не оказалось, а ведь она чаще всего бывает именно там. Давая нехорошие предчувствия, решаю поискать ее доме. Она же не совсем дурочка, чтобы идти к Ардину и жаловаться на меня!
Быстро прохожу два коридора. Вижу приоткрытую дверь. Осторожно заглядываю в нее и…
