Вот это неожиданность!
Дама, одиноко сидящая за столиком, мне хорошо знакома.
Леди Лиана Мерсье, магиня-погодница, пафосно называющая себя Дитя Погоды. Дар ее слабенький, прогнозы точностью не отличаются. Одно время она сотрудничала с городской газетой, но ее ежедневные прогнозы были практически бесполезны. Они вызывали лишь недовольство, горожане винили ее в промокших платьях, испорченных прическах и сорванных пикниках на природе, когда, вопреки прогнозу, начинался проливной дождь. Ходила даже шутка о том, что леди Лиана ошибается всего раз, но каждый день. Из газеты, ее, конечно, довольно быстро попросили.
С тех пор она жила тем, что сдавала в аренду особняк на центральной улице, доставшийся ей после смерти мужа. Сама она ютилась в довольно скромном доме на тихой окраине и, по слухам, была стеснена в средствах.
Леди Мерсье ярко и причудливо одевалась, громко разговаривала, и большинство считало ее довольно странной особой. Одна ее экстравагантная привычка была мне отлично известна – леди Лиана принимала пищу только дома и в полном одиночестве. Она считала, что во время еды она беззащитна, и, если кто-то смотрит на нее в этот момент, легко может навредить ее магии.
Тем не менее она сидит сейчас в зале и с удовольствием поедает суп из морепродуктов. На столе также стоит большая кружка кофе с молочной пенкой и миндальное пирожное.
Мы с Анной удивленно переглядываемся и практически одновременно пожимаем плечами – надо же, все меняется в этом мире.
Вечером, сидя за туалетным столиком и разбирая прическу, я рассказала Мартину о визите леди Лианы.
– Видимо, леди подумала, что о ней забывают и решила напомнить о себе, появившись в известном и модном заведении.
– Она ела! Ты представляешь, ела!
– Не удивлен. Перед твоей едой никто не может устоять.
Я улыбаюсь.
– Знаешь, она…
– Хватит о ней, – мягко перебивает меня Мартин. – Я очень соскучился.
Он подходит и целует меня в макушку, двигается ниже и проходится губами по шее, спускается к плечу. Я прикрываю глаза, успев увидеть в зеркале, с какой любовью смотрит на меня муж.
Следующим вечером ресторан был полон. Официанты сбивались с ног. Я сидела в своем кабинете, проверяя счета, когда в дверь постучал взволнованный управляющий.
– Леди Габби, прошу, спуститесь в зал… там посетительница желает говорить с вами… скандалит.
Скандалит? Кто-то скандалит в моем ресторане? Очень странно. Я тороплюсь на первый этаж, управляющий несется за мной.
В углу за столиком сидит леди Лиана. Перед ней чашка кофе, но она к ней не притронулась. Рядом стоит растерянный официант.
Увидев меня, она вскакивает и, резко взмахнув рукой, опрокидывает чашку с кофе. Темная жидкость растекается по белоснежной скатерти.
– Добрый вечер, леди. Что случилось? – вежливо здороваюсь я.
– Вы! – возмущенно начинает она. Голос ее становился все громче. – Вчера вечером вы отравили меня! Я поужинала в вашем ресторане, а ночью мне стало дурно. Весь день я не могла прийти в себя. Сейчас вот еле собралась с силами… Отравители!
Последнее слово она выкрикивает изо всех сил.
В висках у меня начинает пульсировать, кровь отливает от лица. Я почти в панике. Понятия не имею, как такое могло случиться. Еда в нашем ресторане всегда была первосортной, свежей и отлично приготовленной. Ни одной жалобы до сих пор не поступало.
Леди продолжала говорить на повышенных тонах, и я уверена, что делает она это специально, чтобы слышали все присутствующие. К моему удивлению, посетители продолжают спокойно есть, кто-то тихо переговаривается, кто-то смеется. Лишь две дамы за соседним столиком подняли глаза, посмотрели на нас, но сразу же вернулись к десертам. Пожилой джентльмен глянул на леди Лиану, пожал плечами и вернулся к хорошо прожаренному стейку.
Никто более не обращает на нас внимания.
– Как вы думаете, леди Мерсье, чем именно вы отравились? – пытаюсь я выяснить подробности.
– Не хочу ничего знать, не хочу ничего вспоминать. Я ославлю ваш ресторан на весь город. У вас не будет больше ни одного посетителя! Я…
Она резко бледнеет, закрывает рот рукой и бросается в сторону уборной.
Я стою в совершенной растерянности.Управляющий успокаивающе касается моей руки.
– Уверен, с едой было все в порядке, – шепчет он.
Я пожимаю плечами. Не знаю, что ответить, потому что тоже уверена в каждом блюде, приготовленном в моем ресторане.
Через некоторое время леди Лиана выходит из уборной.
Бросает нам на прощание:
– Я этого так не оставлю. Отравители!
Быстро идет по залу и выходит, громко хлопнув дверью. Управляющий делает знак одному из официантов, и тот, мигом скинув форменную куртку, тенью выскальзывает за дверь.
Я сразу же уезжаю домой. Разбираться с произошедшим у меня нет сил.
Плачу у себя в спальне, кажется, до самого вечера, наверное, даже задремала потом ненадолго. Неужели ресторан, мой любимый ресторан приобретет дурную славу? Я не вынесу этого…
44
Через некоторое время в дверь осторожно стучат – это Мартин. Его голос звучит мягко, но настойчиво:
– Габби, милая, ужин готов. Выйди, пожалуйста.
Я даже не слышала, как муж вернулся… Внутри всё сжимается от тяжести пережитых эмоций. Отвечаю, стараясь, чтобы голос не дрожал:
– Я не голодна. Хочу побыть одна.
Но он не отступает:
– Габби, милая, приехал дед. Выйди, пожалуйста. Нам есть что рассказать тебе о сегодняшнем происшествии.
Глубоко вздыхаю, собираю остатки сил и медленно спускаюсь в гостиную. Глаза опухли от слез, нос красный – я выгляжу, наверное, ужасно. Но мне всё равно: слишком расстроена, слишком разбита. Настроение испорчено, и, кажется, надолго.
«Как Мартин узнал? – лихорадочно мечусь мыслями. – Неужели кто‑то нажаловался? Что, все уже знают?»
Увидев меня, Венсан качает головой, в его взгляде смесь сочувствия и строгости.
– Ну‑ну, успокойся, девочка. Успокойся, всё хорошо. Ничего страшного не случилось.
– Случилось! – бормочу я сквозь снова подступающие слезы. Тут же злюсь на себя, что за плаксивое состояние такое? Совсем на меня не похоже. – Что же теперь будет? Слухи разносятся по городу с такой скоростью… Они уничтожат всё, что я сделала!
Мартин помогает мне сесть в кресло и подаёт стакан с водой. Сам остается стоять рядом, нежно поглаживая меня по плечу. Его прикосновение немного успокаивает, но тревога всё ещё сдавливает грудь.
– Не сомневаюсь, что это лишь постановка, – продолжает дед. – И мы непременно выясним, с какой целью был устроен этот спектакль. Не беспокойся, с едой всё в порядке, иначе и быть не может. Ты ведь знаешь, что твой ресторан очень и очень непростой? Никогда ничего дурного не может случиться в его стенах. Магия этого места просто такого не допустит: ни отравления, ни некачественных продуктов, ни подгоревшей или испорченной еды. Увидишь сама – завтра ресторан снова будет полон.
– Но ведь ей было плохо! – робко возражаю я, голос дрожит. – Ей было плохо, я же видела своими глазами, что она побледнела, ее тошнило…
– Ничего необычного, – усмехается Венсан. – Уверен, у леди был с собой рвотный камень.
– Но почему? Зачем это ей? Разве я сделала этой леди что‑то дурное? – с отчаянием в голосе отвечаю деду.
– Давай‑ка я расскажу тебе кое‑что, – вступает Мартин. Всё это время он не выпускает мою руку, его пальцы мягко сжимают мои. – Послушай, что нам удалось выяснить. Ты, наверное, заметила, что, как только леди Мерсье вышла из ресторана, за ней отправился один из официантов?
– Д‑да, – киваю я, сердце замирает в ожидании.
– Это, на самом деле, наш человек. Он присматривает… ну, в общем, следит, чтобы всё было нормально. Так вот, леди Лиана свернула в парк. Немного прошла по боковой аллее и юркнула в ожидающую ее карету без каких‑либо опознавательных знаков. Через недолгое время вышла из неё и направилась к себе домой. Судя по всему, чувствовала она себя вполне бодро. Ни следа слабости.
