Мужчина в бандане дёрнулся и невольно оглянулся на свою работу. По залу прокатились смешки. Соседние мастера всё видели и всё поняли.
— Следи за собой, умник, — буркнул он и ретировался.
— Непременно, — ответил я. — За собой я слежу. Я не настолько не уверен в себе, чтобы ходить и толкать других мастеров.
— Точно, он и меня толкнул! — сказал один из конкурентов. — Это что за интриги такие?
Соседи подняли шум, и мужчину в итоге дисквалифицировали.
— Красиво ты его, — шепнул Валера, не отрываясь от сокола. — Словами, как иглой.
Я вернулся к работе. И успел закончить свой рисунок за отведённое время.
— Стоп! Мастера, отложите машинки! — раздалось со сцены.
Ассистент прошёлся и собрал все латексы с подписями внизу. А затем настала работа жюри.
Мы с Валерой ждали в общей толпе мастеров. Валера болтал без умолку, я же молча ждал результатов.
Наконец объявили итоги. Третье место… Второе место…
— И первое место в нашем Чемпионате получает… Артём Краснов, Саратов!
Зал зааплодировал. Я поднялся на сцену. Довольный донельзя Влад лично пожал мне руку и вручил диплом с конвертом.
— Победителю вручается сертификат на участие в международной тату-конвенции в Москве, — гордо заявил он. — В качестве приглашённого мастера!
Вот это было неожиданно. Приглашённый мастер на международной конвенции. А ведь совсем недавно я только-только постигал татуировку.
— Поздравляю, горжусь, — кратко сказал мне лично Влад.
— Спасибо, — улыбнулся я.
Путь пройден немалый. Но что-то мне подсказывало, что самое сложное впереди.
* * *
Мы вернулись в мою студию, и ко мне сразу подбежала Марина.
— Артём, я знаю, ты сегодня не планировал работать, — торопливо сказала она. — Но молодой человек прям очень просил… Вот он ждёт!
Я вздохнул. Не любил отказывать клиентам.
— Подождём с празднованием? — спросил я у Валеры.
— Да без проблем, — кивнул тот. — Я вон пойду твоего подмастерье помучаю.
Лёха испуганно округлил глаза, но деваться ему было некуда. А я подошёл к ожидающему меня мужчине.
Точнее, это был молодой парень лет двадцати пяти, в футболке с ярким рисунком и в наушниках.
— Павел, — представился он. — Так хотел к вам попасть!
— Проходите, — пригласил я. — Присаживайтесь.
Павел сел, и я сразу заметил, как трудно ему удержаться на одном месте. Он крутился, озирался по сторонам, и говорил очень быстро.
— Я инженер, — начал он. — Точнее, изобретатель. Ну, я так себя называю. Работаю в конторе, проектирую вентиляцию. Скукота смертная. А по вечерам собираю всякое у себя в гараже. Роботов, гаджеты, умный дом из подручного хлама. Друзья крутят пальцем у виска, мол, взрослый мужик, а в железки играется.
— А вы что думаете? — спросил я.
— А я думаю, что это лучшая часть моей жизни! — отозвался Павел. — Понимаете, на работе я исполнитель. А в гараже я творец. Недавно собрал манипулятор, который сортирует детали. Три месяца на него убил. Запустил, а он работает! Я чуть не заплакал, честное слово.
Я улыбнулся. Такой азарт невозможно подделать.
— И какую татуировку вы хотите? — спросил я.
— Что-то про это, — Павел прижал ладонь к груди. — Про огонь внутри. Чтобы смотреть на неё и помнить, что я не просто офисный планктон. Я тот, кто создаёт.
Я задумался. История Павла была яркой. Строгая гравюра здесь не годилась. Здесь просился ньюскул. Дерзкий стиль с мультяшной пластикой, толстыми контурами и кричащими цветами.
— Есть идея, — сказал я. — Татуировка робота, собранного из разных деталей. Сделаем его в ньюскуле, ярком стиле. Мне кажется, это хорошо отразит вас.
Павел уставился на меня.
— Это же то что нужно, — ошарашенно сказал он. — Это буквально я!
— Дайте мне немного времени на эскиз.
Я рисовал минут двадцать. Робот вышел отличным. Милым, неряшливым, но с горящими глазами.
— Беру! — заявил Павел. — На плечо! Нет, на предплечье! Чтобы видеть!
— Предплечье подойдёт, — согласился я.
Он сел в кресло. Я обработал кожу и перевёл эскиз.
«Начертание активно».
Ньюскул требовал смелости. Толстые контуры, яркие сочные цвета. Я работал уверенно. Система как обычно подсказывала мне, как и что лучше сделать.
Павел болтал почти всю сессию. Рассказывал про манипулятор, про умную кормушку для кота, про мечту собрать когда-нибудь настоящий электромобиль.
— Кстати, не больно совсем, — удивился он в какой-то момент. — Я думал, хуже будет.
— Это потому что вы увлечены разговором, — сказал я. — Работает лучше анестезии.
Через три часа я отложил машинку.
«Начертание завершено».
«Намерение считано: желание сохранить веру в собственный талант, помнить о радости созидания вопреки чужим насмешкам».
«Оценка: Отлично».
«Цвета плотные, контуры уверенные. Эффект горящего сердца достигнут послойной заливкой. Характер образа передан точно. Присвоено свойство».
«Свойство: „Искра гения“. Носитель не даёт погаснуть своему внутреннему огню. Чужие насмешки и рутина не могут задушить тягу к созиданию. В моменты сомнений татуировка напоминает, тот, кто создаёт, никогда не бывает смешон».
«Прогресс к следующему рангу: 33/50».
Я снял монокль и осмотрел работу. Робот вышел отличным.
Павел подошёл к зеркалу и расплылся в улыбке.
— Обалдеть, — выдохнул он. — Он живой! Слушайте, а можно я его сфотографирую и в гаражный чат скину? Пусть завидуют.
— Нужно, — усмехнулся я. — Только сначала пусть заживёт. Памятку я вам сейчас дам.
Павел расплатился и радостно ушёл из студии. За такие истории я и любил свою работу.
Повернулся к Валере, тот объяснял Лёхе премудрости тату-мастерства. Лёха даже язык высунул от напряжения, но повторял старательно.
Люблю своё дело.
* * *
Вечером мы закрыли студию и устроили праздник.
Собрались все. Вика, Валера, Марина, Лёха, Марат и Давид. Шут важно расхаживал между гостями.
На столе был чай, сладости и чак-чак, который Валера торжественно объявил «данью казанской дипломатии».
— За победителя! — Марат поднял кружку с чаем. — За «Лачугу Должника», лучшее место в Саратове! И за нашего Артёма!
— За «Лачугу» и Артёма! — подхватили все.
— Между прочим, я ни капли не завидую, — громко объявил Валера. — Проиграть такому мастеру не стыдно. Стыдно было бы проиграть тому неоновому выскочке, который там выпендривался сегодня.
— Приятно слышать, — хмыкнул я.
— Я тоже хочу когда-нибудь поучаствовать, — мечтательно протянул Лёха.
— Да тебе ещё расти и расти, — тут же заявил Давид.
— Слушай, а тебя вообще кто звал? — вспылил Лёха.
— Уж явно не ты!
Они привычно сцепились в шутливой перепалке. Все уже давно понимали, что эти двое друзья. Кроме них самих, разумеется. Оба это яростно отрицали.
Я заметил, как Валера подсел к Марине. Он что-то рассказывал, активно жестикулируя, а она звонко рассмеялась. Интересно…
Ко мне самому подошла Вика.
— Я знала, что ты победишь, — заявила она. — Ни на секунду не сомневалась.
— Спасибо, что верила в меня, — улыбнулся я.
Мы обнялись, слушая весёлые рассказы Лёхи и Давида, которые принялись упражняться в остроумии. Хороший вечер.
Иногда именно такие вечера это было то, что нужно.
* * *
Воскресенье началось рано.
Я провожал Валеру на вокзал, обратно он решил ехать на поезде. Он уезжал в Казань ненадолго, уладить дела в своей студии. Договорились, что вернётся через несколько дней, к прибытию выставки.
— Про Цепь я запросы уже раскидал, — сказал он. — Как что-то узнаю, сразу наберу. И это… Без меня на рожон не лезь, ладно?
