Капеллан: Цена Силы. Том II (СИ) - Нетт Евгений

Я не мог ни увидеть, ни осознать подробностей, но суть происходящего, как и общий посыл, транслируемый из «центра» Великого Роя по всему континенту, воспринял как нельзя чётко. Империя, выигрывая одно сражение за другим и отвоёвывая утерянные ранее рубежи, шла прямиком в ловушку — туда, где нелюдям будет многократно проще раздавить передовые армии и хлынуть в образовавшуюся брешь.

«Месяцы. У меня есть всего несколько месяцев, прежде чем образы в голове воплотятся в реальность, а северные регионы Империи — в один большой могильник».

И это знание воплотилось в голове за мгновение до того, как процесс заточения духов в костях перешёл в финальную фазу, и мне стало не до роя.

Выжить бы, а всё остальное приложится…

Глава 13

Утро, день или вечер — я не сразу понял, какое сейчас время суток.

В шатре было темно, а единственным источником освещения оказалась массивная жаровня, едва справляющаяся с обогревом жилища Нериада. Именно холод стал раздражителем, который вернул меня в сознание.

И он же сейчас вынуждал или получше закутаться в одеяла из шкур, или попытаться встать, чтобы проверить, наконец, что со мной такое. И почему ощущения тела возвращается настолько медленно и нехотя, в то время как магия чувствуется почти так же, как раньше, до всех этих травм и перегрузок.

«Но в случае провала я должен был умереть. Значит, всё получилось» — посетила голову первая здравая мысль, развеившая панические настроения и позволившая мне взять себя в руки.

Я медленно, прислушиваясь к ощущающимся крайне тяжёлыми мышцам, сел, а после и встал, поведя плечами. Онемение сходило с конечностей, а энергетическое тело «разгонялось», будто после затянувшегося очень надолго сна. Магия уверенно струилась по жилам, проникая в мышцы и плоть.

А единственным, чего она избегала, были рёбра, хребет и кости всей левой руки.

Эти кости воспринимались чем-то одновременно и достаточно близким, и не-моим. При этом магия вблизи обиталищ духов в пассивном режиме струилась, обтекая их, а стоило того пожелать — и она как будто бы вскипала. Её поток становился мощнее, хоть и нестабильнее, а в один и тот же объём помещалось куда больше чистой силы.

И хоть я пока не имел ни малейшего представления касательно того, как это применить и не уничтожить собственное тело, сама возможность пьянила, открывая невиданные доселе перспективы.

Подобного количественного роста невозможно добиться даже годами практики, потому что потенциал в магии увеличить было невозможно: иначе первым делом капелланов-слабосилков выводили бы на средний уровень, а не обучали самым простым техникам и заклинаниям, ориентированным на эффективное использование доступных им крох.

«Жаль, что это еретическая практика. Но если Нериад был прав, и если мои собственные ощущения не лгут, обнаружить Её духов будет невозможно, пока я соблюдаю минимальную осторожность».

Светлячок, вспыхнувший над вытянутой ладонью, поднялся выше и облетел шатёр по кругу, вырывая у полумрака всё больше деталей. Травы и инструменты, талисманы и артефакты, черепа, одежда, предметы быта — Нериад действительно здесь жил, а не только работал.

«Магия откликается с сопротивлением, но бывало и хуже. Последствий… их на данный момент нет. Но лучше всё равно не злоупотреблять заклинаниями прежде, чем я поговорю с Нериадом и Изидой».

Я не собирался уходить из племени раньше следующего полнолуния, потому что сейчас всё указывало на то, что пророчества Изиды и «воля духов» — это не просто вольная адаптация свойств и эффектов Потока.

Это действительно отдельная ветвь развития магических искусств, о которой я ничего не знаю, но которая меня спасла дважды: от смерти и от участи изгнанника.

А я тем временем двинулся вдоль стен шатра, потихоньку разминаясь и прислушиваясь к происходящему снаружи. Тихое завывание северного ветра пока что было единственным моим соседом, но я был уверен в том, что Нериад, если он не слишком занят, наверняка уже возвращается, почувствовав и моё пробуждение, и применение мною магии в его обители.

Духи Смерти были его глазами и ушами, а сомневаться в том, что их в шатре в достатке, не приходилось — я сам ощущал их присутствие, пусть и достаточно размыто относительно того, как это было раньше, до ритуала.

Потому что сами эти духи мной теперь не слишком-то интересовались, мельтеша поблизости, но и только.

«Будто Даррик Саэль, пройдя через ритуал и поселив в своих костях „жильцов“, перестал быть умирающим, застрявшим на грани между жизнью и смертью. Хорошо, если причина именно в этом» — подумал я, не переставая анализировать всё произошедшее и только грядущее.

Вместе с магией ко мне вернулось то, потерю чего я даже не заметил — уверенность в собственных силах и способностях, право не просто плыть по течению, а менять его, претворяя в реальность свои желания и стремления.

Пуще прежнего мне захотелось вооружиться и вернуться в Империю, чтобы не только предстать перед Орденом в качестве чудом выжившего, но и найти Вейру. Мысли о ней я долго загонял как можно глубже, понимая, что сожаление не поможет мне с ней встретиться.

Но теперь всё изменилось, и вместо едва живого полутрупа, нуждающегося в присмотре, глаза открыл капеллан-актуариус, за считанные месяцы переживший больше, чем иные братья и сёстры за годы…

Хлопнул полог шатра, и внутрь вошёл Нериад, за которым показалась и Изида, сменившая причудливые, но тёплые одежды на ещё более массивный и предназначенный для лютых холодов тулуп, из которого выглядывала одна лишь её голова.

— Очнулся, имперец. И тут же принялся колдовать… — Шаман недовольно покачал головой. — Боль? Сопротивление тела твоей магии? Как себя чувствуешь?..

— Благодарю, Нериад. Ощущаю себя лучше, чем когда-либо за последние два месяца. Лёгкое сопротивление при использовании и поддержании заклинаний есть, но оно быстро проходит… — Я заставил магического светлячка остановиться под потолком, ровно над жаровней. — Боли нет. Даже старые раны только немного сковывают движения, но это вопрос времени. И Её духи потеряли ко мне интерес…

Нериад хмыкнул:

— Это я вижу и сам, ещё и получше, чем ты. И я поздравляю тебя: ритуал прошёл успешно, а твоё тело оказалось намного крепче, чем я предполагал изначально. Вместо всего скелета Её дыхание осело лишь в части его, и этого оказалось достаточно. — Поймав мой молящий о пояснении взгляд, шаман не стал отмалчиваться. — Это означает, что твоя магия не будет так сильно зависеть от Её аспекта. Привычным заклинаниям почти ничего не помешает, а в случае нужды ты сможешь привлечь лишние силы… пусть и заплатив некоторую цену. О том, как умаслить духов после получения их помощи я тебе уже рассказывал. Ты всё помнишь, имперец?..

Я кивнул. Жертвоприношения добычи и врагов, ритуалы захоронений и избавления от имущества — вариантов, на самом деле, было много, но все они требовали или выполнить какую-то работу, или отказаться от чего-то, что для тебя что-то значило.

Это совсем не походило на сделку с тварями из-за Кромки — масштабы не те, но сам факт наличия такого «обязательства» в случае использования Смерти в качестве оружия или инструмента несколько напрягал.

Раньше, до сего дня, я не понимал, насколько велика проблема на самом деле. И только теперь, вместе с возвращением магии и осознанием своего нового потенциала, понял, что воздерживаться от использования силы заточённых в моих костях духов будет непросто.

Слишком велико искушение даже сейчас, а что будет на поле боя или там, где придётся выбирать между тем, чтобы сдерживаться, и тем, чтобы спасать людей?

— Превосходно. Тогда, имперец, ты в нашем присутствии прикоснёшься к этой силе. Сначала — привычная тебе магия. После — с Её аспектом. Одевайся. — Шаман кивнул на гору вещей, сваленных у входа. — Такие эксперименты не проводят под сводами шатров…

И я был с этим полностью согласен. Почему? Потому что я не был уверен даже в том, что привычные заклинания будут работать как надо после перестройки энергетического тела. Прошло немало времени, и как минимум ток магии теперь обходит стороной одухотворённые кости — а это уже могло сместить баланс в любую из сторон.