Я как сегодня помню свой первый в жизни бал. Столица с первых же минут встретила меня неприветливо. Матрены столичных домов кривили лица при виде меня, и своих дочерей строго-настрого напутствовали, чтобы не водились со мной. Даже наши соседи пролетали мимо, не удостаивая меня взглядом.
Я почти все время простояла одна, подпирая колонны зала. В своем платье я казалась как бедная сиротка, а не дебютантка. Остальные же девушки сияли во всем новом. Других девушек приглашали на танец, с ними знакомились и заводили разговоры. Меня же избегали, как прокаженную. Матрены смотрели на меня с превосходством, словно их дочерей уже позвали замуж. Но я не могла показать свою слабость, как и расплакаться. Я старалась вести себя так, словно все идет по моему плану, что все так и должно быть. И я, сжимая до боли кулаки, смотрела на всех свысока.
Но в какой-то момент бальная зала утонула в тишине. Даже музыканты пропустили ноты и перестали играть. Танцующие пары замерли. Все присутствующие смотрели в сторону дверей, где стояло трое молодых людей. Одного я узнала сразу. Это был герцог Арвинг Фарлинг. Самый богатый человек в империи и самый завидный жених, за внимание которого боролись все матрены и не только. По обе стороны от него держались его друзья.
Он стоял возле дверей и смотрел на присутствующих ленивым взглядом, будто ему было скучно находиться здесь. Его светлые волосы были собраны у затылка, открывая резкие черты лица, словно высеченные из гранита. Его взгляд, от которого мороз шел по спине, медленно скользнули по залу и остановился на мне. Не на дочери герцогини Ланской, которая буквально сияла как звезда на небе и собрала множество поклонников. Не на дочери графа, который служил королевским канцлером. На мне. На дочери барона.
Он просто стоял и смотрел, затем шагнул по направлению ко мне. Толпа ахнула и расступалась перед ним, как море перед кораблем. Герцог Фарлинг остановился возле меня и пригласил на танец, но я отказала ему.
— Отказали ему? — удивилась я, перебив женщину. — Да как вы посмели! — не удержалась и воскликнула.
— Да, отказала. Сказала, чтобы не связывался со мной, чтобы тоже не получить порцию укоризненных и порицательных взглядов. На мои слова он только растерялся и настоял на танце. Я сдалась и согласилась. Уж больно красивой была его улыбка.
Во время танца мы больно и не разговаривали. Я старалась не смотреть на него, чтобы под его внимательным взглядом не покраснеть как ягоды в нашем саду. И считала свои шаги, чтобы хоть как-то контролировать себя. Ведь как только Арвинг коснулся меня, мир для меня замер и перестал существовать. Это было сродни удара тока. Но все прекрасное когда-нибудь заканчивается. Мелодия завершилась, и герцог вернул меня к колонне. Обратно к своему одиночеству. И я ничего лучше не придумала, как попрощаться с ним со словами, что меня ждет карета.
А потом началось его упорное ухаживание. Каждый день цветы. Каждый день подарки. Каждый день короткая записка. Мои родители же были в ужасе. Отец был уверен, что он только играется со мной. Что, скорее всего, поспорил с друзьями. Что для таких, как он, мы всего лишь как пыль на дороге и на большее, чем на роль любовницы, он меня не примет. Матушка приняла его сторону. Мои родители боялись, что все это прихоть герцога и ничего более.
Но Арвинг с упорством продолжал ухаживать за мной. Начал приезжать на наши земли. Из-за стесненных средств я больше не ходила по балам, вернувшись в отчий дом. С его стороны это была не прихоть. Продержался он целых полгода, а потом просто выкрал меня, когда я возвращалась домой с поля. Мы поскакали тогда в забытую деревушку его герцогства. Там находилась часовня, высеченная в скале. Там же молился богам единственный священник, слепой. И стоя в пустом холодном зале перед алтарем мы произнесли клятвы.
С того самого дня я и стала герцогиней Фарлинг. И по сей день, — последние слова леди Мари произнесла с грустью. Видимо, воспоминания тех самых лет до сих пор причиняли ей боль.
В знак поддержки теперь уже я сжала ее ладони.
— Если мужчине нравится женщина, он своего добьется любыми способами и средствами, — продолжила она чуть погодя. — Кто-то делает это правильно, как мой муж, а кто-то только через ошибки. Если бы он не питал к тебе ничего, то герцог Брайтвуд вряд ли бы предложил тебе стать его любовницей.
— Его предложение в лишний раз доказывает только то, что такие случаи, как ваши, единичны, — глухо ответила я.
В чувства герцога я не верила, как бы в душе не желая, чтобы слова леди Мари оказались правдой. Кто не хочет любви от такого мужчины, как герцог Эдгар Брайтвуд? Не будь я леди, то давно бы пала к его ногам…
Но у каждого из нас были свои обстоятельства и правда.
Глава 21. Ремонтные работы
Глава 21. Ремонтные работы
Аннабель Хэдли
В тот вечер мы расстались с леди Фарлинг поздно. Я не совсем поняла, что она от меня добивалась. Вроде и хотела, чтобы я согласилась на предложение герцога, но не в той форме, в какой он предложил. И, в конце концов, получив от меня более менее ответ, что я подумаю, она ушла. Я еще долго сидела в кабинете и размышляла, чем может обернуться мой отказ лорду Брайтвуд.
Окажется ли он обидчивым человеком или нет? Станет ли ставить меня в безвыходное положение, отрезав финансовую помощь приюту? Ведь шантаж самый быстрый и действенный способ добиться своего, чего я боялась больше всего.
— Хозяйка? — негромко позвал меня Рублик. — Вот выпейте чайку, сразу успокоитесь.
На столе передо мной появилась дымящаяся чашка. В нос ударил травяной запах мелиссы и ромашки. Я обхватила чашку руками, согревая ладони и вдыхая приятный аромат.
— Хозяйка, можно слово? — домовой не собирался пропадать, как обычно это делал.
Внимательно взглянула на него. Я не всегда знала, где он и чем занимается. Но порой на глаза бросались те или иные вещи, которые были почищены, починены и возвращены на место. Значит, Рублик ни минуты без дела не сидел.
— Говори, совет со стороны никогда лишним не бывает, — проговорила я, отпивая травяной чай.
По телу тут же разлилось тепло. Я тут же вспомнила свою соседку Марию Дмитриевну. Сколько таких вечеров мы проводили с ней вместе? О чем только не говорили, что только не обсуждали. Будь она здесь, баба Маша сумела бы дать мне дельный совет…
— Сразу не серчайте, а сперва выслушайте до конца, — забираясь на кресло заговорил он. — Вы правильно сделали, что отказали Его Светлости. Нечего поддаваться всяким лордам. И без них справимся! — воскликнул Рублик. Вот только было непонятно одно: его слова предназначались больше для него или для меня? — Мои силы потихоньку возвращаются ко мне. Вскоре я могу делать больше дел. Сами со всем справимся.
Напоминание о делах заставило меня взглянуть на бумаги, что лежали передо мной. Их нужно было как-то систематизировать и переписать все на один лист. И уже после отметить, что нужно сделать в первую очередь, а что может подождать.
— Раз ты заговорил о делах, нужно бы заняться ими, — подвинула я бумаги на край стола. — Если Его Светлость на мой отказ затаит обиду, то нам придется справляться самим. А для этого прежде всего понять, сколько средств нам надо.
Я вспомнила про чек от герцога. Интересно, я могу его завтра обналичить? Или он уже успел отозвать его?
Мыслей и вопросов в голове роилось множество, а ответов на них не было. Только завтрашний день мог подсказать, что же будет дальше.
Рублик принялся за работу с воодушевлением, словно ему предложили сладкий пирожок, не иначе. Сперва я пыталась ему помочь, но спустя время поняла, что он справлялся и без меня. Я только отвлекала домового и мешала. Вскоре он не вытерпел и прогнал меня.
— Хозяйка, шли бы вы спать, — не поднимая головы от бумаг, проговорил он, что-то записывая на чистом листе.
Спать так спать. Рублик не стал мне мешать. Сгреб все бумаги в охапку и был таков. Только один лист остался, плавно опускаясь на пол. Но домовой вернулся и за ним. Проявился, схватил пропажу и был таков.
