Бесстрашная Теодора (СИ) - Зародова Ксения

Мой спаситель наклонился, проводя руками рядом с подолом моего платья и заставляя всю грязь осыпаться на землю, и осторожно спросил:

— Вы можете рассказать, что случилось?

Я выдохнула и постаралась связно ответить:

— Особо рассказывать нечего. Я прогуливалась одна по парку, когда встретила этих мужчин. Я никогда не видела их раньше. Они сказали, что я похожа на мага жизни, и решили меня избить, чтобы я проявила дар. Мне не успели сделать ничего серьезного. Я ударила одного по колену каблуком, а второго по лицу камнем, и побежала. Потом я встретила вас.

— Слава Богу, что вам не успели сильно навредить, — выдохнул мужчина. — Эти негодяи обязательно за все заплатят! Надеюсь, они сгниют в тюрьме.

— Спасибо вам за помощь! — поблагодарила я его от всего сердца. — Я знала, что люди взволнованы и напуганы слухами о виталистах, но не думала, что все зашло так далеко.

— Почему же никто не пришел вам на помощь?

— Я по глупости забрела в дальнюю часть парка. Помимо меня и этих двух мужчин там были только пара человек. Кажется, они испугались и решили не вмешиваться, предпочитая уйти.

— Куда катится этот мир? — зло произнес мужчина. — На беззащитную девушку нападают двое мужчин, посреди дня, а люди делают вид, что ничего не видят!

— К счастью, не все, — ответила я. — Вы же мне помогли.

Очень быстро появились двое стражников. Один из них, плотный, ширококостный мужчина с седыми висками, легкой сеткой морщин на лице и проницательными глазами внимательно выслушал меня и моих спасителей.

— Вам сейчас нужна помощь лекаря, мисс?

— Нет, — я отрицательно покачала головой. — Серьезного вреда мне не причинили.

— Тогда я предлагаю сразу проехать в Дозор вместе со свидетелями. Дежурный следователь запишет ваши показания, и больше вас никто не потревожит.

Вместе со своим напарником он надел наручники на нападавших, и разношерстной компанией, вызывавшей удивление у прохожих, мы прошли через весь парк и сели в магмобили, стоящие у входа. Я шла, прихрамывая, и Элизабет подала мне руку, чтобы поддержать. Седовласый стражник отправился вместе со мной и моими спасителями, второй сотрудник Дозора — вместе с нападавшими. Напоследок мерзавцы, которых я надеялась больше никогда не увидеть, одарили меня полными ненависти взглядами.

Дежурным следователем оказался сутулый человек с редкими темными волосами и тяжелым колючим взглядом. У него были смешно оттопыренные маленькие уши, которые особенно нелепо смотрелись на фоне худого лица. Следователь представился Гарольдом Бейли. Я постаралась не вздрогнуть, услышав это имя.

Сначала он вызвал к себе в кабинет моих спасителей, оставив меня ждать в коридоре. Потом, когда они вышли, пригласил меня. Бейли предупредил, что мои показания будут записаны с помощью кристалла — стандартная процедура в Дозоре, нужная для того, чтобы потом кто угодно смог увидеть и услышать сказанное. Несколько раз Бейли спрашивал меня одно и то же, только с помощью разных вопросов: он как будто не верил в рассказанную историю. Или пытался найти в моих словах подвох. Как будто я сама спровоцировала нападавших или дала им повод меня бить! Чувство унижения, испытанное в парке, вернулось с новой силой.

— Скажите, — спросила я. — Такое произошло только со мной?

Бейли плотно сжал узкие губы:

— Такое — только с вами. Хотя в Станингеме за последние недели было несколько уличных конфликтов, в которых одной из сторон выступали люди вашего типажа.

— Что вы подразумеваете под словом «конфликт»? Равноправную драку или нападение на безоружных людей?

— Под конфликтом я понимаю любое столкновение, — он подумал и добавил, глядя куда-то на стену. — Я советую вам уехать из города, мисс Робертс. С вашей внешностью для вас это будет безопаснее. Или, по крайней мере, носите парик.

Я почувствовала, что меня бьет озноб, и, несмотря на духоту и жару, мне захотелось обнять себя руками.

— Мне нужно записать ваш адрес, — продолжил Бейли, — на случай, если понадобится уточнить дополнительную информацию. Где вас можно найти?

Мне совершенно не хотелось об этом говорить, но деваться было некуда:

— Я живу с отцом в Тихом переулке, в доме номер восемь. Но в последние месяцы я проживала у своего работодателя, по адресу Зеленая Аллея, 69.

Бейли вскинул на меня глаза:

— Вы работает у мистера Брикмана?

— Совершенно верно.

— И кем, позвольте спросить?

— Гувернанткой.

Он кивнул, и его рот превратился в практически невидимую линию.

После опроса Бейли сообщил, что решение о наказании нападавших примет суд, на котором мое присутствие не потребуется. Также он предупредил, что информация о происшествии, которому были свидетелями десятки отдыхающих в парке, обязательно попадет в газеты, поэтому Дозор тоже даст свой комментарий. Лишнее внимание мне было ни к чему, но я подумала, что людям будет полезно узнать, что напасть способны не только виталисты.

— Ливингстон, — крикнул Бейли в сторону коридора, где за приоткрытой дверью остался ждать сотрудник Дозора, который сюда меня проводил.

Стражник с седыми висками заглянул в кабинет. «Почти все подозреваемые в сборе, только Харриса не хватает», — подумала я.

— Отвези мисс Робертс, куда она скажет. На служебном магмобиле.

Ливингстон бросил на меня короткий взгляд и согласно кивнул. Выйдя из кабинета, я увидела пару, которая помогла мне в парке — в Дозоре я узнала, что мужчину зовут Джейкоб Ховард, а девушку, которая оказалась его невестой — Элизабет Стюарт. Они как будто ждали меня:

— Мы решили, что вас стоит проводить домой, мисс Робертс.

У меня на глазах выступили слезы, которые я изо всех сил постаралась сдержать:

— Я не знаю, как вас благодарить. Но провожать меня не нужно — следователь распорядился, чтобы меня отвезли.

— Хорошо, мисс Робертс, — мужчина чуть улыбнулся. — Но благодарить не стоит. Кем бы мы были, если бы не помогли?

Проговорив еще несколько минут, мы, наконец, попрощались. От горячей поддержки и слов ободрения этой пары мне стало чуть легче. Ливингстон, стоявший рядом, не торопил, за что я была ему благодарна, но на лице стражника не было ни следа участия.

Потом в полном молчании, которое было прервано только раз для уточнения адреса, Ливингстон отвез меня домой. Я вышла из магмобиля и постаралась быстро проскользнуть во двор, отчаянно надеясь, что никто из соседей не увидит меня в том состоянии, в каком я была.

Но, едва шагнув через калитку, я услышала громкий оклик:

— Мисс Теодора!

Я обернулась и увидела Эдриана. Он торопливо выходил из другого магмобиля, остановившегося в начале улице, — двум транспортным средствам в нашем переулке было не разъехаться.

Эдриан почти побежал ко мне вначале, но чем меньше становилось расстояние между нами, тем медленнее становился его шаг и тем больший ужас был в его глазах. Похоже, он хорошо разглядел и мои начавшие опухать скулы, и мою разбитую губу с запекшейся кровью, и оцарапанные щеки, и рваное платье.

Магмобиль, на котором я приехала домой, уехал. Я обреченно смотрела, как Эдриан подходит к калитке и останавливается, не решаясь войти во двор. Меньше всего я сейчас хотела его видеть. Не в таком состоянии. Но он подошел, и мы заговорили одновременно:

— Как вы себя чувствуете? — сказал он.

— Как вы узнали? — спросила я.

Я молча посмотрела на него через порог калиточного проема, предлагая ответить первым.

— Меня вызвал через зеркало Бейли. Он посчитал, что я захочу узнать о нападении на свою гувернантку.

— Понятно, — ответила я, опуская глаза. — Но я бы не хотела сейчас обсуждать…

Прерывая мои слова, неожиданно, наверное, даже для себя самого, Эдриан шагнул во двор, ко мне, и крепко прижал меня к себе. Оторопев, я несколько секунд не реагировала. Потом вцепилась в него из всех сил и разрыдалась. Меня затрясло.

— Очень больно? — спросил он спустя десять минут, чувствуя, что я успокаиваюсь.

— Нет, — солгала я. — Почти нет.