118. Sue S. In search of cultural competence in psychotherapy and counseling // American Psychologist. – 1998. – Vol. 53. – P. 440–448.
119. Sze K.M. & Wood J.J. Cognitive behavioral treatment of comorbid anxiety disorders and social difficulties in children with high-functioning autism: A case report // Journal of Contemporary Psychotherapy. – 2007. – Vol. 37 (3). – P. 133–143.
120. Taylor S. & Clark D.A. Transdiagnostic cognitive-behavioral treatments for mood and anxiety disorders: Introduction to the special issue // Journal of Cognitive Psychotherapy: An International Quarterly. – 2009. – Vol. 23. – P. 3–5.
121. Temkin A.B., Yadegar M., Laurine C.J. & Chu B.C. Transdiagnostic approaches with children // The Oxford handbook of clinical child and adolescent psychology / edited by T.H. Ollendick, S.W. White & B.A. White. – London: Oxford University Press, 2018. – P. 753–769.
122. Tosey P. The peer learning community: A contextual design for learning? // Management Decision. – 1999. – Vol. 37. – P. 403–410.
123. Training in and dissemination of empirically-validated psychological treatments: Report and recommendations / American Psychological Association, Division of Clinical Psychology // The Clinical Psychologist. – 1995. – Vol. 48. – P. 3–27.
124. Transdiagnostic treatments for children and adolescents: Principles and practice / edited by J. Ehrenreich-May & B.C. Chu. – New York: Guilford Press, 2013.
125. Turner K.M. & Sanders M.R. Dissemination of evidence-based parenting and family support strategies: Learning from the Triple P – Positive Parenting Program system approach // Aggression and Violent Behavior. – 2006. – Vol. 11 (2). – P. 176–193.
126. Weersing V.R., Brent D.A., Rozenman M.S., Gonzalez A., Jeffreys M., Dickerson J.F., Iyengar S. Brief behavioral therapy for pediatric anxiety and depression in primary care: A randomized clinical trial // JAMA Psychiatry. – 2017. – Vol. 74 (6). – P. 571–578.
127. Weisz J.R., Chorpita B.F., Frye A., Ng M.Y., Lau N., Bearman S.K., Hoagwood K.E. Youth Top Problems: Using idiographic, consumer-guided assessment to identify treatment needs and to track change during psychotherapy // Journal of Consulting and Clinical Psychology. – 2011. – Vol. 79 (3). – P. 369–380.
128. Weisz J.R., Chorpita B.F., Palinkas L.A., Schoenwald S.K., Miranda J., Bearman S.K., Gray J. Testing standard and modular designs for psychotherapy treating depression, anxiety, and conduct problems in youth: A randomized effectiveness trial // Archives of General Psychiatry. – 2012. – Vol. 69 (3). – P. 274–282.
129. Weisz J.R., Southam-Gerow M.A., Gordis E.B. & Connor-Smith J. Primary and secondary control enhancement training for youth depression // Evidence-based psychotherapies for children and adolescents / edited by A.E. Kazdin & J.R. Weisz. – New York: Guilford Press, 2003. – P. 165–183.
130. Weisz J.R., Ugueto A.M., Cheron D.M. & Herren J. Evidence-based youth psychotherapy in the mental health ecosystem // Journal of Clinical Child and Adolescent Psychology. – 2013. – Vol. 42 (2). – P. 274–286.
131. Youngstrom E.A., Choukas-Bradley S., Calhoun C.D. & Jensen-Doss A. Clinical guide to the evidence-based assessment approach to diagnosis and treatment // Cognitive and Behavioral Practice. – 2015. – Vol. 22 (1). – P. 20–35.
Часть II
Расстройства поведения
Глава 4
Синдром дефицита внимания и гиперактивности
Стивен В. Эванс, Джули Сарно Оуэнс и Томас Дж. Пауэр
Синдром дефицита внимания и гиперактивности (СДВГ) – это хроническое нейро бихевиоральное расстройство, которое характеризуется несоответствующими возрасту симптомами невнимательности и/или гиперактивностью/импульсивностью; они вызывают нарушения во многих сферах функционирования [American Psychiatric Association, 2013]. Расстройство обычно проявляется в раннем детстве, а симптомы и связанные с ними нарушения сохраняются в зрелом возрасте для большинства людей с этим диагнозом [Barkley, Fischer, Smallish & Fletcher, 2002; Klein et al., 2012]. Основное внимание в этой главе уделяется лечению детей и подростков с СДВГ в различных условиях. Это те методы лечения, которые имеют хорошо зарекомендовавшую себя доказательную базу, и те, которые показывают хорошие результаты в процессе исследований и разработок. К сожалению, существуют множество видов помощи, предоставляемых детям и подросткам с СДВГ, которые не подходят ни к одной из этих категорий, поскольку известно, что они либо неэффективны, либо не имеют научной основы [Spiel, Evans & Langberg, 2014]; они здесь не рассматриваются. Перед изучением методов лечения мы кратко рассмотрим характеристики расстройства, связанные с лечением и проблемами оценки.
СИМПТОМЫ И РАСПРОСТРАНЕННОСТЬ
Чтобы соответствовать современным критериям СДВГ в соответствии с DSM-5 [American Psychiatric Association, 2013], ребенок до 16 лет должен:
1) демонстрировать не менее шести симптомов дефицита внимания и/или гиперактивности/импульсивности, выраженные чрезмерно для уровня развития ребенка;
2) симптомы должны проявляться как минимум в двух ситуациях (например, дома и в школе);
3) симптомы должны были проявляться до достижения 12-летнего возраста;
4) симптомы должны вызывать ухудшение социального или академического/профессионального функционирования;
5) симптомы не могут объясняться другим психическим расстройством.
У пациентов в возрасте 17 лет и старше должны присутствовать не менее пяти симптомов невнимательности и/или гиперактивности/импульсивности. На основании профиля симптомов у ребенка может быть диагностирован один из трех вариантов СДВГ: вариант с преимущественным дефицитом внимания; вариант с преимуществом гиперактивности/импульсивности или смешанный вариант [American Psychiatric Association, 2013]. Доказательные процедуры оценки [Pelham, Fabiano & Massetti, 2005] включают использование интервью с родителями для получения анамнеза, в том числе историю развития ребенка и историю болезни, а также информацию о возможных сопутствующих заболеваниях или состояниях, которые могут лучше объяснить симптомы, оценки родителей и учителей как симптомов, так и нарушений, а также наблюдение за ребенком в различных контекстах.
Согласно DSM-5 [American Psychiatric Association, 2013], СДВГ встречается у 5 % детей (примерно у одного из каждых 20 детей). Аналогичным образом, согласно метааналитическому исследованию, обобщающему более 300 статей, в которых сообщается о показателях распространенности СДВГ, полученных в семи континентов и глобальных регионов, совокупная распространенность СДВГ во всем мире составила 5,9 % с диапазоном 3–12 % по географическим регионам [Polanczyk, de Lima, Horta, Beiderman & Rohde, 2007]. Интересно, что последующий анализ показал, что вариативность диагностических показателей в значительной степени объяснялась вариациями диагностических критериев (например, оценивался ли критерий конкретного дефицита, рассматривались ли данные, полученные от учителей, так и от родителей), а не географическим регионом.
В США данные Национального обзора здоровья детей, опроса родителей, с помощью которого осуществляется сбор информации о состоянии здоровья детей, показывают, что распространенность СДВГ у детей в возрасте 4–17 лет увеличилась за последние два десятилетия с 7,8 % в 2003 г., до 9,5 % в 2007 г., до 11 % в 2011 г. и до 9,4 % в последнем опросе [Danielson et al., 2018]. Показатели диагностики различаются в зависимости от штата, причем самые высокие показатели наблюдаются в штатах Среднего Запада (например, Огайо, Индиана, Айова) и центральных южных штатах (например, Кентукки, Алабама, Миссисипи, Луизиана, Арканзас), а самые низкие показатели наблюдаются в западных штатах (Аризона, Калифорния, Колорадо, Невада, Юта). Эта вариабельность является функцией множества факторов, одним из которых, вероятно, является применение различных подходов к определению диагноза.
