Из кухни доносились приглушенные голоса, звон посуды и шипение масла на сковороде. Я босиком, стараясь ступать бесшумно, прошла по узкому коридору и замерла в дверях, наблюдая за открывшейся мне картиной.
Аэрон, в простой белой рубашке, закатанной по локоть и открывающей его сильные, мускулистые предплечья, колдовал у старой, видавшей виды плиты. Он ловко переворачивал на сковороде нарезанные крупно овощи, подкидывая их в воздух с грацией, которую никак нельзя было заподозрить в таком крупном и мощном парне. Его белые волосы, влажные видимо после душа, были немного взъерошены, а на лице застыло выражение предельной сосредоточенности, словно он не обед готовил, а проводил сложнейший алхимический опыт. Рядом с плитой на столе исходила паром тарелка с тушеным мясом, а в глиняной миске, накрытой полотенцем, поднималось дрожжевое тесто.
Ничего себе. Ему явно нечем было заняться пока я спала.
Вейн сидел за небольшим деревянным столом у окна, развалившись на стуле с грацией ленивого кота. Он, в отличие от Аэрона, и не думал изображать из себя повара. Вместо этого он методично нарезал крупными ломтями свежий хлеб, и делал это с той же надменной, чуть небрежной элегантностью, с какой делал всё на свете. Его темные, с редкими серебристыми прядями волосы были стянуты в низкий хвост, открывая точеные скулы и высокий лоб. Заметив меня, он поднял глаза и усмехнулся, но в его серо-голубых глазах, обычно холодных и колючих, сейчас плескалось тепло.
— О, сонная принцесса проснулась, — протянул он, и от звука его голоса, низкого, с легкой хрипотцой, по моей спине пробежали мурашки. — А мы уж думали, не разбудить ли тебя запахом мяса. Аэрон, она проснулась!
Эльф резко обернулся, едва не уронив сковороду, и его лицо озарилось такой искренней, светлой улыбкой, что у меня внутри что-то сладко сжалось.
— Лори! С добрым утром! Ты как? Выспалась? Голова не болит? — он засыпал меня вопросами, одновременно вытирая руки о висящее на плече полотенце и в два широких шага пересекая кухню, чтобы заключить меня в объятия.
— Всё хорошо, Аэрон, — ответила, утыкаясь лицом в его теплую, надежную грудь. — Правда, всё просто замечательно.
— Тебе нужно поесть, — заявил он, чуть отстраняясь, но не отпуская моих плеч. Его серебристые глаза серьезно смотрели на меня. — Ты утром почти ничего не съела. А после пережитого нужно обязательно восстанавливать силы. Заглядывал Адальгард, принес твою одежду и продукты, чтобы мы могли приготовить свежее для тебя. Я приготовил тушеное мясо, рагу, и еще Вейн сделал свой фирменный травяной чай.
— Фирменный, — фыркнул Вейн, не отрываясь от нарезания хлеба. — Скажешь тоже. Просто положил в заварник побольше сушеной мяты и смородинового листа, только и всего. Но голова от него и правда проходит.
Я высвободилась из объятий Аэрона и уселась за стол, с наслаждением вдыхая ароматы. Солнце за окном припекало всё сильнее, заливая кухню ярким светом, и в его лучах даже простая, грубоватая мебель казалась уютной и красивой. На столе уже стояли две тарелки, а Вейн как раз ставил третью для меня.
— Вы что, еще не ели? — удивилась, глядя на нетронутые приборы.
— Тебя ждали, — просто ответил Аэрон, ставя передо мной тарелку с пышущими жаром рагу и мясом. — Не могли же мы начать без тебя.
— Семейный обед, так сказать, — добавил Вейн довольно улыбаясь.
— Спасибо, — тихо сказала, чувствуя, как к горлу подкатывает комок благодарности. — За всё. За то, что были рядом. За то, что искали меня вчера. За то, что... приняли меня, со всеми моими тайнами.
— Это не сложно, — Аэрон сел напротив и, подавшись вперед, накрыл мою руку своей. Его теплые пальцы обхватили мои, и от этого простого жеста мне стало невероятно хорошо и спокойно. — Ты нас тоже приняла друзьями. Сразу. С момента нашего знакомства. А для нас это... важно.
— Особенно для меня, — чуть тише добавил Вейн, отставляя в сторону нож. Он поднял на меня взгляд, и в его серо-голубых глазах мелькнуло что-то уязвимое, что он обычно так тщательно прятал за маской надменности и сарказма. — Я никогда не думал, что у меня будет истинная. И тем более не думал, что она окажется той самой принцессой, которая с первого дня в академии начала переворачивать всё вверх дном. Но, знаешь... я рад. Очень рад, что это именно ты.
Глава 45. Допрос
Ближе к вечеру, когда солнце начало клониться к горизонту, окрашивая небо в розовые и оранжевые тона, а в доме стало чуть темнее, тишину нарушил тихий стук в дверь. Мы все трое одновременно вздрогнули и повернули головы. Аэрон напрягся, его мышцы под моей щекой стали тверже камня. Вейн неслышно поднялся с дивана, готовый в любой момент призвать свою магию.
— Это Даль, — сказала, сама не зная, откуда взялась эта уверенность. Просто почувствовала. Связь, о которой он говорил, отозвалась знакомым, чуть холодным, но приятным покалыванием где-то в груди. — И Элиан.
Вейн бросил на меня быстрый, удивленный взгляд, но спорить не стал. Он подошел к двери и открыл её. На пороге и правда стояли Адальгард и магистр Элиан.
Мой супруг выглядел собранным и серьезным. Его темные волосы, всё так же стянутые в тугой хвост, отливали синевой в лучах закатного солнца. Он сменил свою простую рубашку на что-то более официальное — строгий черный камзол с серебряной вышивкой по вороту, который делал его еще выше и внушительнее. На груди, как всегда, висел кулон «Кровавая Заря Вечности», пульсируя ровным голубым светом. Его синие глаза скользнули по мне, по Аэрону, всё еще сидящему рядом, и в них мелькнуло как мне показалась удовлетворение.
— Добрый вечер, — произнес он ровным, спокойным голосом. — Вижу, ты пришла в себя.
— Да, — ответила, поднимаясь с дивана и поправляя плед. — Еще раз, спасибо тебе. За вчера.
Он лишь кивнул, принимая благодарность.
Элиан, стоявший позади него, тоже кивнул мне. Он выглядел уставшим. Под его глазами залегли легкие тени, а волосы, обычно собранные в аккуратный хвост, были перехвачены как-то небрежно, будто он делал это второпях. Но его взгляд, обращенный на меня, был полон тепла и заботы. Той самой заботы, которую он проявлял с первого дня моего появления в Академии.
— Пойманный член клана содержится в отдельной камере в подземельях Академии, — перешел сразу к делу Адальгард, его тон стал жестче, официальнее. — Ректор и несколько доверенных магистров, включая Элиана, организовали дополнительную защиту. Допрос назначен на сегодня. Ты хотела присутствовать, и я дал слово, что возьму тебя. Так что, если ты всё еще не передумала...
— Не передумала, — твердо ответила, встречая его взгляд. — Я должна увидеть того, кто посмел на меня напасть. И узнать, кто за ним стоит.
— Хорошо, — Адальгард снова коротко кивнул. — Тогда собирайся. Нам пора.
Аэрон и Вейн тут же поднялись следом за мной, но Адальгард остановил их одним лишь властным движением руки.
— Вы пойдете с нами, но не пройдете к камере.
— Но... — начал было Аэрон, его брови нахмурились.
— Допрос не цирковое представление, — отрезал Даль. — Чем меньше людей будет в камере, тем лучше. Мы с Элианом лично проведем допрос. Ректор будет наблюдать. Лорелея по её собственному настойчивому желанию, присоединится. Этого более чем достаточно. Договорились?
— Он прав, Аэрон, — мягко сказала и Вейн так же согласился.
— Хорошо. Идем.
Мы вышли из домика, последовав за Адальгардом и Элианом на улицу. Вечерний воздух был свежим и прохладным, пахло влажной землей и хвоей. Солнце почти село, и длинные тени от деревьев ползли по мощеной дорожке, ведущей к главному корпусу Академии, чьи шпили уже виднелись в сгущающихся сумерках. Мы шли впятером, и в этой тишине было что-то давящее, полное скрытого напряжения.
И вдруг над моим ухом раздался знакомый, ехидно-веселый голосок.
— Ну что? Уговорила-таки мужа посмотреть на допрос. Молодец. Надо знать больше об этих уродах. Если бы с тобой что-то вчера случилось… лучше не вспоминать.
