Жрец Хаоса. Книга ХVI (СИ) - Борзых М.

Едва додумав эту мысль, я зацепился взглядом за стоящих чуть в стороне Ясенева и Ветлова, о чем-то тихо беседовавших. При этом командир отряда, что-то рассказывал своему начальству и активно жестикулировал, благодаря чему я заметил, что один из камней на браслете Лучика налился угольной тьмой. Аналогичное воздействие я уже видел ранее в воспоминаниях Ульяны.

— Василий Николаевич, а откуда у вас такие интересные браслеты? — я указал взглядом на артефакт на запястье у Ветлова, подойдя к ним вплотную.

— Так это стандартные государственные артефакты противодействия магии тьмы. В зависимости от количества камней на браслете, являющихся накопителями, бывают разные ранги. У нас, как у ОМЧС, как видишь, ранг едва ли не максимальный. От архимага тьмы, конечно, не прикроет, но удар уверенного магистра выдержит.

Я насчитал шесть камней на браслете.

— Достать такие для личного пользования можно? — сразу же уточнил я у Ясенева.

— Если речь о тебе, то не проблема, — тут же отреагировал Василий Николаевич. — Как консультанту ОМЧС, пусть не внештатному, можем достать.

— Речь не обо мне. Я видел подобный артефакт на руке человека, скорее нарушающего закон, чем работающего империи на благо. Если это столь редкий артефакт и столь дорогостоящий, то есть у меня подозрение, что где-то в системе имперского аппарата что-то явно прогнило, в результате чего мы получили магическую инициацию мага тьмы с пострадавшими.

— Опасные предположения, — нахмурился Ясенев, — особенно с учетом того, что девчонку в притоне отыскали.

— Девочка не обвиняемая, а жертва. Её пытали, чтоб спровоцировать срыв. На запястье личного изувера Ночиной был точно такой же браслет. Удар он выдержал. После девчушку должны были заковать в магоподавитель, а уж дальнейших планов я не знаю. Если я прав, то кто-то из безопасников либо хотел получить в личное пользование Ночину как мага, не находящегося в чьей-либо сфере влияния, либо…

— Да ну, — прервал меня Ясенев. — Ты думаешь, безопасники работали бы так грубо и грязно, ещё и подвергая людей опасности? У них для этого есть собственные застенки, лаборатории, экранированные кабинеты. Если бы они хотели получить себе Ночину в качестве агента, они бы действовали совсем иначе.

— Отсюда вывод, — подытожил я слова Василия Николаевича. — Что-либо это кто-то из исбшников, но работающих не в интересах короны, а на сторону. Если я прав, то сейчас им выгодно девочку попросту устранить и подчистить концы.

Ясенев с Ветловым переглянулись, уже понимая, к чему я клоню.

— Я могу попросить вас о личном одолжении?

— Какого толка? — тут же напрягся Ясенев.

— Возьмите спецгруппой девочку под охрану. Я, конечно, химер рассадил, да и надеюсь, что всё-таки не рванут они устранять или воровать Ночину из-под носа у моей сестры. Но мало ли кому какая кровь в голову ударит. А я пока направлюсь прямиком к Савельеву и уточню у него некоторые особенности работы их службы.

Ясенев колебался, как и положено любому начальствующему лицу. Зато Ветлов проявил себя более человечно:

— Пусть будет частная инициатива, — хмыкнул тот. — Возьмём под опеку сестру нашего внештатного консультанта во избежание провокаций со стороны. Ну а то, что в этой же палате ещё и Ночина находится, ну так это не наша проблема. В крайнем случае за самоуправство отделаемся лёгким выговором.

— А я пока вашу группу сниму с дежурства, — добавил Ясенев. — Ведь в свободное время вы вполне имеете право заниматься чем угодно и где угодно.

— Спасибо, — поблагодарил я сослуживцев и взмахом руки подозвал к себе супругу.

Эсрай тут же отлипла от дверного косяка у входа в палату и с невозмутимым лицом прошла, словно ледокол среди айсбергов, между исбшниками.

— Слушаю, дорогой, — с улыбкой обратилась она ко мне.

— Подстрахуй ребят из ОМЧС в палате. Там уже есть химеры. Доступ разрешён Резвану и нашим лекарям. А внешний контур будет держать Ясенев с группой особого назначения. Ты уж как последний рубеж.

— А в связи с чем у нас осадное положение? — вздёрнула удивлённую бровь супруга.

— Да, есть подозрение, что ситуация с Ночиной далека от нормальности. Я, конечно, во многое готов поверить в работе государственной машины, в том числе и в пресловутый человеческий фактор. Но из того, что я увидел в её кошмаре, речь идёт скорее о вредительстве и незаконных махинациях. А если так, то девочку вполне могут уничтожить как живого свидетеля.

— Прикрою, — кивнула Эсрай и направилась обратно в палату.

Я же по мыслесвязи с химерами тоже внёс свою ушастую супругу в список исключений, допущенных в палату.

Второй день коронационных торжеств был посвящён императорской охоте. А это значило, что оставшиеся местные гости и зарубежные дворяне были разделены по пристрастиям в охотничьем деле. Гостям предлагалась на охоте большая русская семёрка. А именно: охота на медведя, волка, зайца, белку, лося, оленя, кабана. Для охотников, не желающих заниматься загонной охотой, а предпочитающих меткость и скорость, использовали глухарей.

А теперь представьте, какое количество гостей было перевезено баржами на охотничью заимку в заранее расставленные шатры, где должна была проходить императорская охота. Подготовка началась едва ли не раньше, чем в самом Кремле. Но лично для меня во всём этом имелся плюс: охотничьи угодья императора располагались рядом с имением новоявленной супруги Алексея. А это значит, что порталом я мог перейти прямиком туда, а уже оттуда направиться на поиски Григория Павловича Савельева. Почему-то я был абсолютно уверен, что тот должен находиться в непосредственной близости от императорской четы.

Пролетая на Горе над верхушками зимнего леса, я видел разноцветные кляксы нёсшихся во весь опор между стволов всадников. Трубили охотничьи рожки, хрипели ездовые питомцы, раздавался лай и рычание «загонщиков». Глядя на всё это, я искренне сочувствовал Савельеву. Я даже слабо представляю, чего стоило обеспечить безопасность на подобном мероприятии, где едва ли не в каждом сугробе мог прятаться диверсант. Агенты ИСБ делили берлоги на двоих с медведями для пущей незаметности. При всём при этом задача Савельева была обеспечить безопасность императорской семьи и следить за тем, чтобы остальные представители русского дворянства не убились в процессе.

Неудивительно, что во всеобщем гвалте Алису смогли упустить. Но отчасти я оказался не прав в оценке происходящего как минимум в той части, где думал, что новоявленный император с императрицей участвует в охоте наравне со всеми. Оказалось, что нет. Часть гостей, имеющих вторую животную ипостась, вполне осознанно отказалась участвовать в охоте, предоставив сие развлечение на долю одноипостасных людей. Ведь тот же Урусов во второй ипостаси вполне мог быть перепутан с объектом охоты. Тогда исход оказался бы вполне печальным.

Потому пока вдовствующая императрица участвовала в охоте, являясь единственным представителем императорской семьи на этом действе, у Андрея Алексеевича, Шанталь, Григория Павловича вместе с Лисицыным проходила небольшая планёрка. Проходила она в абсолютно неприметном шатре. По внешним данным его скорее можно было бы соотнести с шатром для слуг, но тем проще было спрятаться в его недрах. Имелся даже некий артефакт, скрывающий ауры находящихся внутри, а заодно и скрадывающий звуки речи. И если бы не усиленная охрана, я бы, возможно, и дальше носился по лесу в поисках принца.

В шатре я оказался едва ли не впервые самым что ни на есть пристойным образом без использования порталов, попросив одного из гвардейцев Пожарских доложить о моём прибытии. Не прошло и минуты, как меня впустили внутрь. Внутренняя картина отдавала сюрреализмом: главные люди государства сидели на грубо сколоченных дощатых лавках, накрытых поверх коврами. И пока Савельев грелся у небольшого артефактного очага, закутанный в соболиную шубу, накинутую поверх костюма, Андрею Алексеевичу и Шанталь нужды греться не было в связи с их оборотнической природой. А уж Лисицын и вовсе выглядел уместней здесь, посреди снегов, чем посреди дворцовых залов: в расстёгнутом тулупе, накинутом поверх лёгкой рубахи с холщовыми штанами и подвязанных ярко-красным кушаком.