Спустившись на землю, я, пользуясь своей нематериальной природой, зависла в воздухе, не касаясь проклятой земли.
Не то чтобы мне это могло как-то навредить… просто не хотелось, чтобы тёмные эманации сбивали меня с концентрации и мешали совершить задуманное.
Я уже поняла, что именно здесь произошло. И сделала себе мысленную пометку поговорить с Гораном и расширить его знания в некоторых разделах магической науки. В частности, артефакторике.
Медленно плывя по воздуху, точно воздушный змей, я добралась до руин и вошла внутрь.
Здесь тяжёлая тёмная энергия ощущалась особенно сильно, и я даже невольно поёжилась – ощущения были не из приятных.
Раскинув руки в стороны, я прикрыла глаза, внимательно прислушиваясь к своим ощущениям – мне нужно было найти источник заразы, чтобы уничтожить его.
Однако секунды текли, но ничего не происходило – казалось, тёмная энергия напитала всё вокруг, проникла в землю и даже отравила воздух, а заодно разрушила то, что её породило.
Это значительно усложняло дело. Потому что куда проще избавляться от проклятья, уничтожив его источник, а потом очистив поражённую территорию. Но как быть, если сама земля стала источником заразы?
Я тяжело вздохнула. Очевидно, придётся пойти на крайние меры.
Недовольно скривившись, я медленно опустилась на землю, позволяя тёмной энергии оплести меня, точно щупальца спрута, сама же в ответ мощным потоком выпустила собственную магию, пытаясь выжечь дурную энергию.
Две силы, равные по мощи, столкнулись друг с другом, и у меня в ушах раздался протяжный звон, с каждым мгновением становившийся всё сильнее и пронзительней.
Волна боли, прокатившаяся по телу, стала неприятным сюрпризом. За свою бытность джинном я ни разу не испытывала ни малейшего дискомфорта, ведь, по сути дела, была нематериальна. Однако тысячелетнему проклятью, судя по всему, на это было глубоко плевать – оно действовало по своим законам.
Разумеется, из-за небольшой боли я не собиралась сдаваться. Раз решила уничтожить проклятье, нужно идти до конца! Так что я лишь усилила поток своей магии, выплёскивая её наружу мощными толчками.
Секунды тянулись одна за другой, и в какой-то момент мне начало казаться, что моих сил, которые совсем недавно казались мне практически бесконечными, может не хватить. Картинка перед глазами плыла и двоилась, а потом резко всё поглотила абсолютная тьма.
Когда я снова открыла глаза, то с удивлением обнаружила себя в башне Джафара. Причём, судя по тому, насколько огромными казались предметы интерьера, я почему-то умудрилась уменьшиться до размеров воробья.
Разумеется, я попыталась вернуть себе человеческий размер, но у меня ничего не получилось, и я с ужасом поняла, что практически не ощущаю течение магии внутри.
– Джафар! Джафар! – раздался откуда-то сверху громкий крик Яго. – Она вернулась!
Тут же послышались торопливые шаги, и спустя мгновение в комнату стремительно вошёл Джафар.
– Привет, – я улыбнулась мужчине, старательно делая вид, что ничего не произошло.
– Привет? – он наградил меня недовольным взглядом. – И это всё, что ты мне хочешь сказать?
– Отлично выглядишь.
– Спасибо, – голос Джафара был полон негодования. – Правда не могу сказать того же о тебе. О чём ты вообще думала, когда отправилась уничтожать проклятье в одиночку? – а вот теперь его голос дрожал от едва сдерживаемого гнева. – Ты чуть не погибла!
– Ты преувеличиваешь, – отмахнулась я. – Да, мероприятие было рискованное. Но точно не смертельно опасное.
Джафар хмуро посмотрел на меня.
– Ты практически полностью лишилась своих сил, – с нажимом проговорил он. – Буквально растворилась в воздухе! Только струйка синего дыма и осталась.
Звучало и впрямь не очень хорошо.
– И как вам удалось меня найти? – поинтересовалась я.
– Когда ты к ужину не вернулась домой, Назира разволновалась и отправила Вэйна с Гораном на поиски. Когда они добрались до руин замка, то обнаружили среди груды камней клубящийся голубоватый дымок. – Джафар скривился. – Им понадобилось некоторое время, чтобы сообразить, что этот дымок и есть ты. А когда до них это дошло, они срочно слетали домой за Аладдином и волшебной лампой, надеясь,что возвращение в неё поможет тебе быстрей восстановиться.
– И как, получилось? – уточнила я.
Учитывая, что я сейчас нахожусь не в лампе, ответ напрашивался сам собой.
– Нет. Поэтому они вызвали меня в надежде, что я придумаю, как доставить тебя в безопасное место.
– Судя по тому, что я нахожусь в твоей башне, ты смог найти способ моей транспортировки?
Джафар наградил меня каким-то очень странным взглядом.
– Ты сама пошла ко мне в руки, – сообщил он. – Просто свернулась дымным кольцом на ладони и позволила тебя унести.
Я судорожно сглотнула. Вот это было действительно неожиданно.
– Ну, у тебя и правда очень красивые руки, так что ничего удивительного, что даже в полубессознательном состоянии я захотела находиться именно в них, – постаравшись звучать как можно более непринуждённо, заявила я. А затем, чтобы хоть как-то развеять неловкость, поспешно задала самый важный на данный момент вопрос: – Так что там с проклятьем? Надеюсь, мои усилия были не напрасны. Мне удалось его одолеть?
Джинни желает помочь Аграбе
Джафар преувеличенно тяжело вздохнул и наградил меня укоризненным взглядом, после чего, выдержав театральную паузу (которая не произвела на меня ни малейшего впечатления), ответил:
– Да, у тебя всё получилось.
Я радостно улыбнулась.
– Ну, и славно. Главное, что получилось. А потраченные силы это так, мелочи. Они со временем восстановятся.
– Вот теперь я вижу, что ты, и правда, являешься наставницей Горана, – хмыкнул Джафар, продолжая буравить меня недовольным взглядом. – Его, значит, обвиняешь в легкомысленности и совершении необдуманных поступков, но сама при этом поступаешь точно также.
– Не надо приписывать мне чужие грехи, – возмутилась я. – У меня и своих предостаточно. И моё решение избавиться от проклятья не было необдуманным и легкомысленным. Наоборот, я всё тщательно взвесила, прежде чем идти на риск.
– И зачем тебе вообще это понадобилось?
– На то есть несколько причин, – менторским тоном проговорила я. – Во-первых, Аладдину нужна земля. Ну, не может быть принц без собственных владений! Я посчитала, что мой бывший замок и прилегающие к нему территории вполне подойдут.
При упоминании Аладдина Джафар недовольно скривился, однако никак комментировать мои слова не стал (а ему явно хотелось, это было большими буквами написано на его лице).
– Во-вторых, – продолжила я. – уничтожение проклятья наконец-то избавит Горана и Вэйна от чувства вины. Тем более что, как выяснилось, их вина в случившемся минимальна.
– Что ты хочешь этим сказать?
Я тяжело вздохнула: признаваться в собственной ошибке совершенно не хотелось, тем более Джафару. Но и скрывать правду я не собиралась.
– Как ты понимаешь, мои знания о магии не возникли на пустом месте, – начала издалека я. – У меня, как и у любой ведьмы, была наставница. Её звали Фрида, и она была тёмной ведьмой в классическом понимании этого слова: она не чуралась проклятий, ненавидела людей и с удовольствием устраивала мелкие и крупные пакости окружающим. – Я ощутила лёгкую грусть при воспоминании о наставнице. – После её смерти её сила перешла ко мне. А также множество древних манускриптов по тёмной магии и некоторые артефакты, среди которых были крайне опасные вещицы, которые, по-хорошему, стоило бы уничтожить. Однако у меня рука не поднялась это сделать, и я долгие годы хранила всё это крайне опасное барахло у себя в сундуке под множеством защитных чар.
– Всплеск магии уничтожил чары на сундуке? – догадался Джафар, в очередной раз демонстрируя остроту ума.
– Да, – кивнула я. – Магия ритуала многократно усилила их действие, и они породили проклятье, уничтожившее всё вокруг.
