Анель судорожно вздохнула, пытаясь собраться с мыслями. Её пальцы всё ещё царапали мою руку.
— Я… искала… — она запнулась, словно подбирая слова, — Вас.
39
Элли
Я проснулась от странного ощущения пустоты. Ещё не открыв глаза, потянулась рукой в сторону, но вместо тёплого плеча Адриана под пальцами оказалась лишь холодная медвежья шкура.
Резко распахнула глаза.
Хижина была залита ярким утренним светом, пробивающимся сквозь узкие окна. Камин почти угас. Лишь несколько углей тлели в золе, отбрасывая тусклые отблески на бревенчатые стены.
— Адриан? — позвала я, но ответом была тишина.
Сердце тут же сжалось от нехорошего предчувствия.
Где он? Куда мог уйти так рано? Мысли закружились в калейдоскопе. А если его поймали? Если Эмерсон уже добрался до него?
Я вскочила с медвежьей шкуры, едва ощущая холод пола под босыми ногами. Руки дрожали, когда я торопливо натягивала платье, затем плащ. Пальцы никак не могли справиться с застёгжками, и пришлось несколько раз глубоко вдохнуть, чтобы унять дрожь и успокоиться.
Подойдя к камину, я подхватила кочергу и осторожно разворошила угли. Несколько сухих поленьев, сложенных рядом, отправились в очаг. Пламя робко вспыхнуло, потянулось вверх, разгоняя сумрак.
Пока огонь набирал силу, я металась по хижине, осматривая каждый угол в надежде найти хотя бы какую-нибудь записку.
Я подошла к двери, прислушалась. Вроде никого.
Собравшись с духом, распахнула тяжёлую деревянную створку.
Утренний воздух ударил свежестью, заставил на мгновение зажмуриться. Солнце уже поднялось. Туман почти рассеялся, оставив на траве лишь россыпь хрустальных капель.
Я сделала несколько шагов по тропинке, уходящей в пролесок. Может, Адриан просто вышел осмотреться? Или…
Мысли снова начали путаться, но я одёрнула себя.
Паника не поможет.
Я двинулась вдоль опушки.
Пройдя ещё немного, я вышла к небольшому ручью. Вода бежала по гладким камням, сверкая на солнце.
Присев у кромки воды, я опустила ладони в поток. Ледяная волна пробежала по коже, прогоняя остатки сна и тревоги.
Я зачерпнула пригоршню и плеснула в лицо. Холод пронзил до самых костей, зато мысли становились яснее.
Умывшись ещё раз, я подняла глаза. В отражении воды мелькнуло мое отражение. Бледное лицо, растрёпанные волосы, загнанный взгляд.
Вытерев лицо краем плаща, я огляделась. Ручей уходил вглубь леса, петляя между деревьями.
Вот бы ещё понимать, где я находилась и в какую сторону идти. Но с местной географией я не просто не дружила, а понятия не имела, что и где находится. И вообще, как далеко от замка Адриана.
Нужно было решить, ждать его здесь или попытаться найти?
Я присела на плоский камень у воды, обхватив колени руками. Солнце поднималось выше, согревая плечи.
Вернувшись в хижину, я на мгновение замерла на пороге. Огонь в камине разгорелся вовсю. Поленья потрескивали. Тепло медленно растекалось по телу, прогоняя утренний озноб.
Чтобы отвлечься от тревожных мыслей, я решила заняться хоть чем-то.
Сначала собрала разбросанные вещи. Аккуратно сложила плед, поправила подушки, стряхнула пылинки с деревянного стола. Рутина успокаивала. Пока что-то делала, я не думала о худшем.
Решив, что бездействие хуже любой суеты, я поднялась и подошла к сундуку в углу. Открыла крышку — внутри лежали запасные плащи, шерстяные одеяла, несколько книг в кожаных переплётах. Я вытащила одно из одеял, встряхнула его, затем аккуратно расстелила его на медвежьей шкуре.
Потом взялась за книги. Перелистала страницы, стёрла пыль с корешков. Одна из них оказалась дневником отца Адриана. Я осторожно закрыла её, не решаясь читать. Это было слишком личным.
Наконец, когда все возможные дела были переделаны, я выдохнула. Теперь, по крайней мере, хижина выглядела не заброшенным убежищем, а домом.
Передвинула стул ближе к камину, подняла с пола несколько выпавших из стопки листов пергамента, которые вчерашним вечером рассыпались из папки Адриана. Аккуратно сложила их, разглаживая уголки. Взгляд невольно задержался на страницах, но я отложила их на стол, чтобы вернуться позже и уже внимательно изучить.
Вместо этого я занялась камином: подбросила ещё пару поленьев, поправила угли кочергой. Огонь откликнулся весёлым треском, выбросив вверх сноп искр. Взяв снова документы, я присела на низкий табурет.
40
Адриан
Я слегка ослабил хватку, но не убрал руки совсем, на случай, если Анель вздумает бежать или играет на другой стороне.
— Говори, — тихо произнёс я. — Что ты знаешь об Эмерсоне и моей матери?
Анель сглотнула. Её пальцы всё ещё дрожали, но виду она не подавала. Настоящий боец, который все эти годы должен был оберегать мою мать, что она и делала.
— Я не хотела… не хотела предавать вас, господин, — выдохнула она. — Но леди Серра велела молчать.
Я отстранился, но остался между ней и дверью — на всякий случай. Кивнул на стул напротив, указывая, чтобы она присела.
— Садись. И рассказывай всё.
Женщина тут же выполнила молчаливый приказ. Она опустилась на край сиденья и выпрямила спину. Её руки заметно тряслись, но она тут же переместила их к краю передника и начала его теребить.
— Три дня назад леди Серра получила предложение руки и сердца. Как только вы с супругой отбыли. Лорд Эмерсон предложил ей тайный брак. Сказал, что это будет отличным сюрпризом, если они поженятся и уедут в его поместье, чтобы у вас с детишками было больше места.
Внутри всё похолодело. Тайный брак — это уже серьёзнее, чем я предполагал.
— Когда? — спросил я.
— Сейчас. В малой часовне. Он уже договорился со священником.
Я резко встал, сделал шаг к окну, затем обратно. Мысли метались. Мать не могла согласиться на такое без причины. Значит, Эмерсон либо шантажирует её, либо убедил, что это необходимо.
Ни одна нормальная женщина не может быть настолько влюблена, чтобы вот так, с головой в омут, спустя столько лет после смерти мужа. Это неправильно.
Хотя после встречи с Элли я уже ни в чём не был уверен. Возможно, она так истосковалась по любви, что это не кажется ей чем-то предосудительным.
— Почему она согласилась? — спросил я, глядя ей прямо в глаза.
Анель опустила взгляд.
— Она влюблена. Разве это грех?
Вот оно что. Всему виной любовь. Как всегда.
Я не мог её судить. Уже не мог.
— Ты знаешь, где сейчас моя мать?
— В своих покоях. Готовится. Эмерсон прислал ей платье. Белое, как для настоящей свадьбы.
Я сжал кулаки. Значит, всё идёт по плану Эмерсона. Но он не учёл моего возвращения.
Вероятно, именно поэтому пока никто не в курсе, что наша повозка улетела в обрыв. Эту новость он припас на вечер.
А ведь план хорош, ничего не скажешь! Сначала свадьба, а потом моя мама станет единственной наследницей всего и вся, чтобы затем сам Эмерсон остался единственным наследником.
Нужно было переходить от слов к действиям.
— Анель, — я снова посмотрел на неё, — ты хочешь помочь леди Серре?
Она вскинула голову — в её глазах мелькнул огонёк.
— Конечно, господин. Я готова.
— Нужно выманить Эмерсона. Если он будет рядом с мамой, то ничего не выйдет. — Анель кивнула. — Сообщи ему, что его уже ждут в часовне, а потом запри её в спальне. Остальное я сделаю сам.
— А если она захочет пойти вместе с ним? — встревоженно спросила Анель.
Такой вариант тоже был возможен, но маловероятен. Скорее всего, она захочет припудрить носик или что там обычно делают женщины, когда им нужно выглядеть на полсотни лет моложе.
— Тогда скажи, что ей нужно поправить причёску. Локон выбился или вроде того.
Она на мгновение задумалась, затем кивнула. Соображала она быстро. Другая бы растерялась или вовсе побоялась выступить против хозяйки, но у Анель с инстинктом самосохранения всё было в порядке.
