Завершив со сладким, мы покинули кофейню и двинулись к академии. По пути снова общались на отвлечённые темы. Эмма выстреливала в меня вопросами со скоростью ударов боевого мага. Мне оставалось только отвечать, но я радовался этому затишью и, признаться, ощущал спокойствие рядом с ней. Наша связь пугала больше всего. Мне следовало проводить время с Эмбер, начинать перестраивать наши отношения на любовный лад, вместо этого я проводил вечер с незнакомкой, угощал её сладким, любовался блеском серебряных глаз. И бесили лишь алые пряди в россыпи серых волос. Хотелось их уничтожить, наполнить алмазным цветом.
До жилого здания факультета воздуха удалось добраться без происшествий и опасных встреч. Но мне пришлось провести её по знакомым, чтобы найти подходящий для резонанса алмаз и избавиться от алых прядей. Оставалось надеяться, что обойдётся без слухов. Но я решил, их будет больше, если она завтра появится в академии с новой причёской.
И вот после хождения по этажам мы с Эммой замерли у двери её комнаты. Предстояло прощание, я испытывал некоторое расстройство, а моя спутница и не пыталась его скрыть.
— Скай, можно ещё поговорить? Ты так интересно и подробно рассказываешь, — Эмма умильно заглянула в мои глаза, и я почти моментально растаял.
Вот как ей противостоять? Пожалуй, стоит признать, я опасаюсь и за своё сердце.
— Эмма, уже поздно. Неправильно приглашать к себе постороннего мужчину, особенно если он почти помолвлен.
— Ты не посторонний. Сам же сказал: ты моей единственный союзник. И почему важно, что ты почти помолвлен? Мы ведь просто будем разговаривать.
— Потому что, если увидят, могут не так понять, решить, что я изменяю Эмбер, а тебя записать в коварные разлучницы, — усмехнулся, чтобы смягчить эффект слов.
— Но здесь никого нет, — она указала на пустой коридор.
— Вдруг кто появится, когда я буду выходить.
— Мы одни на этаже, — Эмма надавила на ручку и бедром подтолкнула дверь.
— Тебе надо вписать мою ауру в защиту, чтобы я мог войти.
Она права, это всего лишь разговор, нас никто не увидит. Никто не узнает… И это тоже пугает, я преодолел рубеж уместности. Как скоро захочу перешагнуть через следующую черту?
Глава 38
Эмма быстро выполнила мои инструкции и утянула меня в свою комнату. Как только за моей спиной закрылась дверь, я осознал, какую совершил ошибку. Помещение пропитал выводящий из себя грозовой аромат с нотками цветов. А на кровати расположилось разнообразное бельё и платья, напоминая, что связанная со мной драконица при своей внешней невинности привлекательная девушка и не пытается это скрыть. По крайней мере, сегодня в лёгком розовом платье она притягивала взгляды многих, мой в том числе. Может, поэтому Брайс пошёл в атаку.
— Виола и Гвинет, а потом и Септимус объяснили, как важен презентабельный внешний вид, — пояснила Эмма, принявшись собирать вещи с покрывала. — Но я пока плоха в выборе одежды, потому здесь такой беспорядок. Я сейчас уберу. Пожалуйста, подожди немного.
— Кто такой Септимус и почему ты обсуждаешь с ним выбор… одежды? — напряжённо уточнил я, наблюдая, как всё бельё отправляется в ящик шкафа.
Внутри на вешалках расположились различные платья, юбки и блузы. Похоже, мама постаралась обеспечить Эмму самыми модными нарядами. Ох, знала бы она, как это опасно для моего самообладания…
— Это мой версо-дух, — пояснила Эмма.
— Ты дала ему имя?
— Да, мне так удобно. Я понимаю, что так не принято, Джет и Рори не устают этому удивляться. Но Септимус такой умный и дружелюбный, что я бы не смогла общаться с ним без имени.
— Спасибо, Эмма, — раздался мужской голос из её кармана, и она вытянула версо.
— Это тебе спасибо, ты во всём мне помогаешь, — ответила она с улыбкой, откладывая артефакт на прикроватную тумбу.
— Всегда рад тебе помочь.
Хмурясь всё больше, я подхватил версо и оценил номер модели. Не из дешёвых, но и не ограниченной серии. Похоже, ей просто повезло с духом. Моя, например, отвечает механически и только, когда к ней обращаешься. Ещё и иногда зависает. Но я с ней давно и не стремлюсь менять на что-то более современное.
— Что-то не так? — удивилась Эмма, с любопытством приглядываясь к моему лицу.
Она всегда так внимательно рассматривает меня, заглядывает в глаза. Совершенно не умеет прятать свой интерес.
— Твой версо-дух действительно умный и самостоятельный. Это необычно, — пояснил я, возвращая артефакт на место. — Но это хорошо, есть кому подсказать даже в плане одежды.
— Он хорошо подсказал? — Эмма пригладила подол платья. — Я нормально оделась?
— Да. Тебе идёт, — подтвердил я, прочистив горло.
— Я так оделась для тебя. Чтобы ты заметил, — призналась она.
— Эмма… — я беспомощно развёл руками в стороны. — Что я тебе говорил про сохранение душевного равновесия и нашу связь?
— Что ты её не принимаешь, а я приняла, — пожала она плечами, принявшись стягивать с себя кардиган.
Я опешил от неожиданности, мысли понеслись вскачь в совершенно неприемлемом направлении, взгляд заскользил по изящным плечам и ключицам девушки, но она просто сбросила лишний предмет одежды на стул и присела на кровать.
— Давай ещё погорим, Скай. У меня много вопросов.
— Не сомневаюсь, — мотнув головой, чтобы собраться, я прошёл к окну и открыл его, впуская в пропитанное запахом грозы помещение хоть немного свежего воздуха.
К счастью, общение больше не касалось личных тем и не выводило меня из равновесия. Я снова отвечал на вопросы и с интересом слушал умозаключения Эммы. Временами они смешили своей наивностью, а местами страшили глубиной выводов. Но день подошёл к концу, стоило прощаться. И расставание оставило после себя горечь в мыслях.
Мои опасения оказались напрасными, на этаже никто не встретился. Я благополучно добрался до своей комнаты, принял душ и залёг спать. Но сегодня Эмма пришла и в мой сон. Вокруг нас кружил туман, в его глубине сверкали молнии, под ногами излучали свет цветы. Смесь запахов окружения создавала неповторимый аромат Эммы.
— Скай? — позвала она, и я ощутил её хватку на руке.
Обернулся и столкнулся с растерянным взглядом серых глаз. Каре светлых волос трепал ветер. Изящную фигуру обхватывала тонкая белоснежная сорочка.
— Где мы? — спросила она. — Ты настоящий?
— Это сон, — ответила я, удивлённый её вопросом.
Она должна быть лишь образом из моих мыслей, тогда почему кажется такой реальной? Почему растеряна, словно попала в это место вместе со мной?
— Сон? — нахмурилась она. — Это всё не настоящее? Ты уверен?
— Да.
Я коснулся её щеки, погладил нежную скулу и закопался пальцами в густых волосах. Позволил себе то, о чём запрещал даже думать. Но ведь это сон. Здесь можно себя отпустить.
Эмма вздрогнула от неожиданности, подняла ко мне загоревшийся надеждой взгляд и подалась ко мне. Её руки легли на мою грудь, губы вспыхнули улыбкой. И я сам не заметил, как припал к ним в поцелуе. Эмма ответила, но вдруг закаменела в моих руках и отпрянула. Радость её взгляда обратилась ужасом, по щекам побежали слёзы. Бледность её кожи сменилась смуглостью, волосы почернели и скользнули за спину непокорной волной, глаза стали темнее самой непроглядной мглы.
— Я не хочу… не хочу вспоминать! — взмолилась она, обнимая себя рукой и водя пальцами по губам. — Не трогайте… Прошу! Я не хочу!
— Эмма, что с тобой? — я попытался приблизиться, схватить её за плечи.
— Не трогай! — вскричала она.
И её полный ужаса вопль пронзил пространство. Я резко распахнул глаза, обнаруживая себя в кровати своей комнаты. Связь звенела и натягивалась. Кажется, это был не сон.
Глава 39
— Эмма… — выдохнул встревоженно и подскочил с кровати.
Не думал, что выбегаю из комнаты в одном белье, как и не посчитал нужным взять хотя бы версо, просто вылетел наружу и в рекордные сроки добрался до двери покоев Эммы. Она не открыла на стук, тогда я вошёл сам и вздрогнул, услышав её вскрик.
