Пока Агата говорила, одновременно подталкивая меня на первый этаж, мои мысли лихорадочно метались, возвращаясь к сказанным миссис Воулсен словам.
Неужели она увидела призрак бывшего хозяина замка?
Да так испугалась, что… умерла…?
— Миссис Оливия.
Я посмотрела на обеспокоенную служанку.
— Садитесь в кресло.
— Х-хорошо, — я села в кожаное кресло, приставленное к камину.
— Мне нужно позвать прислугу, а потом я вернусь к вам, — я понятливо кивнула, — позже приготовлю вам комнату, где вы заночуете.
— Заночую? — с недоумением переспросила я.
— Конечно.
— О нет… — едва слышно прошептала я, покачав головой.
Глава 51
Глава 51
Последующие три дня я провела в каком-то бессознательном состоянии. Я кивала, соглашаясь на всё, что мне предлагали, шла, куда мне говорили, стояла там, где просили постоять.
Затуманенный разум помог мне пережить похороны тётушки. Ведь мои мысли были далеко... Я узнала от Агаты, что в их замок доставляли письма из моего дома.
Но, обыскав все ящики письменного стола тётушки, так и не нашла ни одного клочка бумаги, с упоминанием моего имени. Лишь счета и расписки.
Мои нехорошие предчувствия начали крепнуть, когда Агата рассказала, что покойная госпожа каждый вечер, сидя около камина, что-то жгла, нашептывая какие-то проклятья.
Неужели она посмела?
Я, раздумывая над словами служанки, мерила шагами каминный зал. Плохо, если покойница сжигала письма, предназначавшиеся мне, но хорошо, то, что я теперь могу сама распоряжаться своей жизнью. И, вызвав кучера, велела готовиться к дальней дороге.
Поручив Агате присматривать за замком, ранним утром выехала домой.
Кутаясь в меховую накидку, я смотрела на мелькающие в окне чёрные стволы деревьев. Осенний лес казался зловещим и неуютным. Находясь в полудрёме, представляла мою встречу с мамой.
Мне так хотелось поделиться с ней всеми своими горестями… Найти в её родных объятьях спасение. Почувствовать себя маленькой девочкой, которую она защитит от всех бед.
Вспомнив о сестре, уже не почувствовала обиды. Мне были безразличны её интриги. Они все остались в прошлом, как руины замка. На данный момент, в моей жизни происходили куда более важные события, от которых зависела моя дальнейшая судьба.
Я меньше всего хотела беспокоиться о том, что затевала за моей спиной Милена и Роберт. Их жизнь и их желания навредить мне, чтобы привнести в свою жизнь больше значимости, уже казались ничтожными.
Я мысленно попрощалась с ними, вычеркнув из своей жизни. Конечно, я неоднократно буду с ними сталкиваться, но их мерзкая сущность меня уже не волновала.
Мама… вот что сейчас занимало мою душу.
С каждой милей, которую преодолевала карета, моё воображение рисовало всё более и более страшную картину.
Я тряхнула головой, дабы избавиться от гнетущих мыслей. Глубоко вдохнув и медленно выдохнув, прошептала:
— С ней всё хорошо…
Кучер останавливался на крупных постоялых дворах. Он был уверен, что там лошадям обеспечат достойный уход. Я не оспаривала его решение…
Пока он занимался экипажем, я ходила чуть поодаль, разглядывая близлежащие дома и проезжающие кареты.
Если бы я могла… я бы побежала по полям, преодолела горы, овраги… лишь бы побыстрее обнять маму.
— Госпожа, можем ехать, — устало вымолвил мой кучер, смахнув пот со лба.
— Иду, — кивнула я и поспешила к карете.
Во владения моей семьи мы въехали на рассвете. Золотые лучи пробивались сквозь предрассветный туман, ложась на поля и леса мягким сиянием. Я невольно улыбалась, разглядывая знакомые дубы, высаженные ещё дедом. Их могучие стволы, устремлённые ввысь, походили на стражей.
— Я дома…
Когда карета остановилась около главного входа, ко мне навстречу выскочила сестра. Хрупкая, бледная, с растрёпанными волосами и запавшими глазами. Она была одета в простое траурное платье.
Она, щурясь от лучей восходящего солнца, смерила меня растерянным взглядом. И видимо узнав, изменилась в лице. Её кожа сделалась бледнее, а в глазах застыл ужас.
— Ты… — просипела она, едва слышно.
— Да… — я слабо улыбнулась, стараясь скрыть волнение, — мама у себя?
— Оливия… — Милена нахмурилась, и её лицо исказилось от боли. — Мы писали тебе…
Я застыла, уставившись на неё.
— Мама умерла…
— Что…? — выдохнула я, чувствуя, как подкашиваются ноги.
Сестра подбежала ко мне и приобняла за плечи.
— Не падай… — дрожащим голосом пробормотала она, прижимая к себе. — Отец заперся в кабинете…
Я посмотрела на осунувшуюся сестру.
— Пьёт… Целыми днями пьёт. Боюсь, вскорости будут вторые похороны.
— Третьи, — произнесла я ровным голосом.
Милена вперила на меня недоумённый взгляд.
— Я задержалась, потому что тётку хоронила, — едва шевеля губами, вымолвила я, глядя куда-то в пустоту. — А так я бы успела к маме…
Судорожно хватая ртом воздух, я начала всхлипывать.
— Ох… — сестра сокрушенно покачала головой. — За что нам это…?
Выпрямившись, я слегка оттолкнула сестру.
— Мне нужно к маме…
Милена посмотрела на меня обезумевшими глазами.
— В конце сада.
Я слабо кивнула и, чуть пошатываясь, пошла в яблоневый сад.
У нас было своё кладбище. На нём были захоронены все почившие родственники. И теперь там лежала мама…
Из груди вырвался то ли стон, то ли рёв, полный боли и отчаяния. Я шла медленно, будто боясь найти подтверждение словам сестры.
Но, обойдя старые деревья, увидела свежий холм, усыпанный цветами.
— Мама…
Я почувствовала влагу на лице. Сморгнув, подняла глаза к небу. На удивление дождя не было.
Проведя пальцами по щеке, провела ими же по губам. Солёные.
Значит, я плачу… Беззвучно плачу.
Сил на истерику не было. Мне нужны были силы, чтобы дойти до мамы.
Путаясь в дорожном платье, я шла к могиле.
В груди ощущалась боль, которая увеличивалась с каждым шагом.
— Мама…
Покачав головой, я ухватилась за кружевной ворот и начала его тянуть во все стороны. Ткань треснула и обнажила грудь. Холодный ветер обжёг кожу. Глубоко вдохнув, я медленно выдохнула и, подойдя к могильному холму, упала на колени.
— Мама… — едва слышно произнесла я, положив ладони на могилу. — Почему…?
Сжав пальцы в кулаки, набрала земли и, стиснув зубы, поднялась.
Метнув хмурый взгляд на дом, направилась к отцу.
Ярость, клокотавшая внутри, давала силы идти, чтобы посмотреть в его глаза и спросить, о том, как он будет теперь жить? Как жить мне? Без мамы…
Глава 52
Глава 52
Попадавшаяся мне на пути прислуга отводила взгляды в стороны, не решаясь заговорить со мной. Я кожей чувствовала, их немое осуждение. Знали бы они, что их косые взгляды мне безразличны. За возможность попрощаться с самым родным человеком на свете, я бы отдала всё что угодно.
Всё в доме напоминало о прежней жизни. Именно сюда я так стремилась вернуться. Но оказавшись здесь, поняла, каким всё стало чужим… без мамы. Словно дом лишился сердца.
Остановившись напротив двери, ведущей в отцовский кабинет, я осторожно разжала кулаки. Чёрная земля сквозь дрожащие пальцы посыпалась на пол. Нахмурившись, пробормотала:
— Ненавижу…
Шумно вдохнув, толкнула дверь и вошла в комнату. Отец сидел на полу, прислонившись к боковой стенке шкафа. Его пунцовое лицо было опухшим, мутные глаза казались безумными. В комнате пахло старым вином и пОтом.
— Ты… — взревел он, — зачем приехала?
Я, метнув на него гневный взгляд, шагнула в сторону окна и оглядела кабинет. Повсюду были разбросаны пустые бутылки, куски заплесневевшего хлеба, ветчины и клочья бумаг.
— Опоздала, — оскалившись, протянул отец.
Не проронив ни слова, я приблизилась к окну и сдвинула тяжёлую бархатную занавеску. Солнечные лучи, ворвавшиеся внутрь, мгновенно отвоевали половину комнаты.
