Алхимик 2 (СИ) - "Айлин"

Убедившись, что все при деле, я вернулась к попытке изобразить перегонный куб, чувствуя себя тем самым танком, который грязи не боится, потому что мне надо было сделать в горшке дырку, в которую можно вставить полую бамбуковую трубку. После того, как под моими руками треснул и пришёл в негодность второй горшок, Сяо Ма закатил глаза и поинтересовался:

— Чего вам кувшин-то не взять? Он уже с носиком. Или вам принципиально горшки расколотить? Они, между прочим, денег стоят! А они не из воздуха берутся! Вы ж ещё не абы какие горшки берёте, вам поизящнее, покрасивше…

Я недоумённо моргнула, пытаясь понять, что сейчас услышала, не вслушиваясь в то, что уже перешло в привычное ворчание. Точно! Кувшины с носиками. Я рванула в кухню, не обращая внимания на ворчание Сяо Ма про бесславную жертву очередной глиняной посуды в рамках моих безумных экспериментов. А охлаждать бамбуковую трубку можно попробовать с помощью ци! — осенило меня. Кажется, есть вариант использования ледяного ци. Или оно работает только с теми, у кого ледяной духовный корень? Ладно, потом разберёмся. В смысле, попробуем, конечно.

Наконец признав конструкцию относительно вменяемой, я залила брагу и зажгла под глиняным кувшином духовный огонь, медитативно глядя на то, как разгорается пламя. Всё-таки это действительно медитативный процесс — смотреть на волшебный огонь. К тому же это очень неплохая тренировка изменения духовного пламени на элементное. Я сосредоточилась. Направила ци в пламя, пытаясь добавить туда элемент дерева. Разжигать элементный огонь у меня получилось так себе, соответственно, поддерживать его тоже. Духовное пламя, которое горело под кувшином, несколько раз моргнуло. Мне показалось, я увидела в нём несколько искорок элементного. Это показалось мне хорошим знаком. До этого я сразу пыталась использовать элементное пламя, не смешивая два типа огня. Ладно, пусть пока побудет так, а я подожду, пока появится первый конденсат, и вернусь к благовониям.

Ждать пришлось долго. Мне показалось, даже дольше, чем в прошлый раз, но наконец из трубки появились первые несколько капель. Вспомнила о попытке использовать ледяную ци, и сразу поняла: либо духовное пламя с вкраплениями элементного, либо ледяное ци, точнее, ветер, создаваемый ци. Короче, раскатала губу — закатай обратно, рано мне пока такие выверты делать. Но мы всё равно продолжим совмещать несовмещаемое, ибо что? Главное по итогу — доработать напильником! Подождав немного, пока наполнится первое блюдце, поставленное под бамбук, удовлетворённо хмыкнула. Кажется, воспользоваться советом господина Менделеева, переданного голосом тётки в моём кошмаре — убрать «голову» и «хвост», — будет правильной идеей. Пахло, как и в прошлый раз, отвратительно. В чашке я видела мутно-белое нечто, вызывавшее у меня ассоциации с молочным ликёром, правда, исключительно цветом. Если осторожно покрутить чашечку, можно было увидеть часть осадка. Я даже думать не хотела о том, как такую гадость можно пить в трезвом уме и твёрдой памяти.

Ну а пока брага очищается, можно вернуться к приготовлению благовоний. На самом деле рецептов благовоний, вызывающих кошмары, я нашла несколько — одно другого мощнее. И понимая, что даже в процессе мести важно не переборщить, выбрала то, которое показалось мне относительно слабеньким и безобидным, хотя даже его название «Цзи мэн» вызывало сомнение. Но пусть лучше будет «Тернистый сон», чем «Гниль изнутри» или «Скверна в родной крови».

Честно говоря, описание некоторых благовоний вызывало отвращение — от них явно веяло чем-то демоническим, и мне очень хотелось думать, что от демонического там только названия. Впрочем, некоторые ингредиенты, которые должны были использоваться при их приготовлении, вызывали сильные сомнения, а также вопрос: где их достал — как я надеюсь — праведный предыдущий владелец этого домика. Хотя я, с одной стороны, понимала, зачем одним из основных ингредиентов «Цзи мэн» указаны лепестки лотоса «Ван лянь фэнь» — «забвение» в названии как бы намекает, что возможно, тот, против кого будут применены благовония, потом о них не вспомнит. Но ведь с другой стороны, был пепел бумажных денег, которые сжигают для умерших, и сажа из лампы, горевшей в поминальном зале. Вот они-то и заставляли меня испытывать некоторую брезгливость и вызывали стойкую ассоциацию с приворотами и порчей из старой книжонки, случайно попавшейся на глаза в буккроссинге, когда я ждала поезд, уже не помню куда. Там примерно такие же ингредиенты были, правда, пепел надо было закапывать на перекрёстке или подсыпать под порог того, кого хотелось наделить бессонницей, но смысл, мне кажется, был примерно одинаковый. Вот уж действительно забавно: миры разные, а ингредиенты для кошмаров одинаковые.

Отмахнувшись от неприятных чувств, я принялась разбираться с тем, что имелось. По рецепту в благовония шла кровь зимнего комара «Дун вэнь сюэ». В моих ингредиентах такого не было — заменим чем-нибудь другим. Мне нужно что-то с сильной энергией инь и стихиями земли и металла. В голову ничего особо не приходило, хотя, возможно, пыльца лунного лотоса подойдёт — она тоже насыщена инь, а немного пыльцы есть у меня в шкафчиках. Единственное — по энергиям не совсем подходит, но сделаем вид, что это не так уж и серьёзно. Смола чёрного сандала есть, лотос есть — пары лепестков мне хватит, не переводить же целый цветок. Вместо шкурки гремучей многоножки возьмём то, что есть — шкурку геккона обыкновенного. Не совсем равноценная замена, точнее, я бы сказала, совсем неравноценная, но гремучие многоножки — это могущественные монстры, обитающие, судя по заметкам на полях, где-то в месте, называющемся Чжэнь гу лэй. Не думаю, что место, которое называется буквально «Гремящий костяной курган», на моём уровне рекомендовано к посещению.

С уровнем, кстати, Бай Шань так и не определился, и не потому что он, зараза, такой вредный и скрытный, нет. Как Бай Шань объяснил, запас моей ци мог соответствовать как стадии очищения ци, так и стадии зарождения основ — и это все в течение дня! Этот феномен заставлял практика с очень умным видом ходить вокруг и рассматривать меня, как забавную зверушку до того момента, пока мне не надоедал этот взгляд. В какой-то момент, когда я прямо спросила:

— И что это может значить?

Бай Шань флегматично пожал плечами и ответил:

— Да кто ж знает, госпожа Лу Шиань. Это надо в родословной копаться — откуда такие выверты. Кровь, она, знаете ли, и не такие фортели может выкидывать. Не зря же подбор партнёров — это не столько про любовь, сколько про потенциальное усиление, а то и про возможность пробудить наследие крови. Гении, они, знаете ли, не просто так гении, особенно если это гений, несущий в себе изначальную кровь феникса или дракона, а то и кого-то из забытых богов. Так что предлагаю отложить этот вопрос и наблюдать.

На мой беззвучный крик «а культивировать тогда как?» никто, естественно, не ответил.

Глава 19

Есть вещи, которые я больше всего не люблю делать. Как оказалось — готовить благовония. С этим рецептом я почти трое суток провозилась. Мне оказалось гораздо быстрее трижды прогнать на своём импровизированном алхимическом кубе ту брагу, что тётка Вэнь выдавала за приличный алкоголь. На выходе получилось несколько крохотных бутылёчков, в которых плескалась кристально чистая жидкость. Я бы даже за воду её приняла. Да и мерзкого запаха сивухи тоже почти не осталось. Хотя, конечно, хотелось бы аппарат понадёжней, но этот тоже работал.

И да, даже перегонка, несмотря на запах, нравилась мне гораздо больше, чем создание благовоний. Конкретно этих. Лишь потому, что я не могла понять, каким образом это всё должно работать — я решила, что с заменёнными ингредиентами ничего не получается. Но всё оказалось гораздо проще. Просто этот проклятый лотос надо было не измельчать, плющить или ещё что-то, а сделать из него эссенцию, настоянную на росе, на утренней росе. То есть вставать до рассвета и собирать всё, что там сконденсировалось. И узнала я это, естественно, не из книги с рецептами. Пришлось поднимать те «Основы алхимии», которые у меня были. Как раз одним из вариантов работы с растительными ингредиентами цветочного типа было использование этой самой эссенции, когда цветы настаиваются в воде, желательно на солнце. Однако, с учётом того, что благовония у меня были кошмаровские, я решила попробовать настоять их на лунном свете. И в принципе не пожалела — по итогу всё получилось очень даже неплохо. Мне даже вставать за росой не пришлось. Мыши собрали три чайные чашки, одну из которых — с куста. Эту росу я отложила отдельно, а своим помощникам выдала остатки того, что не пошло в благовония. Мыши были довольны, куст доволен — его я подкормила ци, а то, по мнению отдельно взятого практика, он у меня недоедает и выглядит слишком мелким по сравнению с тем, что должно быть.