Доктор-попаданка. Ненавистная жена дракона (СИ) - Вайс Адриана

Он медленно опускает голову, глядя на меня и в его медовых глазах вспыхивает удивление.

— Если вам нужна правая рука, — продолжаю я, и мой голос становится тверже, увереннее, — тот, кто поймет с полуслова и не предаст… я готова стать этим человеком. Я не могу обещать вам своих чувств, господин Архилекарь. Но свою верность и свои навыки вполне. Что вы на это скажете?

Ронан смотрит на меня, и на его губах появляется тень усмешки.

— А ты уверена, что потянешь такую ответственность? Для этого мало провести пару удачных операций.

«Тяжелая ответственность? Милый мой, я руководила целым кардиологическим отделением, где от моих решений каждый день зависели десятки жизней», — усмехаюсь я про себя.

— Можете не сомневаться, — говорю я вслух. — А если и сомневаетесь — скажите, что я должна сделать, чтобы доказать вам свою преданность.

Ронан задумчиво смотрит на меня, а потом на его губах появляется та самая хищная, злая усмешка, от которой у меня по спине бегут мурашки.

— А знаешь… — произносит он медленно, смакуя каждое слово. — у меня действительно есть для тебя кое-что. Но не факт, что ты не пожалеешь о своей просьбе.

Глава 36

— Я готова, — твердо киваю я.

Ронан ничего не говорит. Просто вскидывает бровь и, развернувшись, выходит из кабинета. Я, сглотнув комок в горле, покорно следую за ним.

Мы идем по тихим, пустынным коридорам, но на этот раз — в совершенно другую часть лечебницы. Туда, куда, видимо, нет доступа простым ученикам. В конце длинного, освещенного лишь редкими лампами коридора, я вижу их.

Два молчаливых истукана, здоровенные, мрачные, с лицами, не обезображенными интеллектом. Это определенно не целители, это охрана.

Увидев Ронана, они выпрямляются и кланяются. Но когда я пытаюсь пройти следом за Архилекарем, один из них выставляет вперед руку, преграждая мне путь.

— Она со мной, — холодно бросает Ронан, не оборачиваясь.

Бугай нехотя убирает руку, и я проскальзываю в дверь, чувствуя на своей спине его тяжелый, недобрый взгляд.

У меня внутри все сжимается от дурного предчувствия. Зачем такая охрана? Кого они здесь прячут? Или… от кого?

Мы оказываемся в просторной палате, обставленной с роскошью, но эта роскошь кажется холодной и безжизненной.

На большой кровати под балдахином лежит девушка. Она совсем юная, лет семнадцати, не больше. Но от ее красоты не осталось и следа. Кожа имеет странный, сероватый оттенок, губы почти белые, приоткрытые, будто ей трудно дышать. Но мой взгляд врача тут же цепляется за другое — за тонкую, синеватую кайму на ее деснах и едва заметную мелкую дрожь в пальцах.

Рядом с кроватью сидит еще одна девушка, видимо, сиделка. Увидев нас, она вскакивает.

— Господин Архилекарь! Ей снова хуже! — в ее голосе звенит отчаяние. — Последний отвар, что вы принесли, тоже не помог. Пульс слабеет.

Архилекарь мрачно кивает, отпуская девушку. Он подходит к кровати, и я вижу, как его лицо на мгновение искажается от боли. Он указывает на пациентку.

— Познакомься, Ольга, — тихо говорит он, и в его голосе я слышу нотки, от которых у меня по спине бегут мурашки. Это не просто профессиональный интерес. Это — боль. — Это Милена Конта. Ие симптомы… они до ужаса похожи на те, что были у Эланы. Я подозреваю, что ее травят тем же самым токсином.

Я слушаю его, и не могу понять, почему его голос там в кабинете звучал настолько злорадно и предостерегающе.

Передо мной — пациентка. У нас на руках явно непростой случай, да. Отравление, судя по всему. Но ведь это лечебница. С теми материалами, знаниями и людьми, которыми располагает Архилекарь, это не должно быть такой уж сильной проблемой. Разве нет? Или же здесь есть в чем-то подвох?

— Вы… вы хотите, чтобы я помогла вам с ее лечением? — осторожно спрашиваю я, пытаясь нащупать почву.

— Все далеко не так просто, — медленно качает он головой, и его медовые глаза снова становятся холодными, как лед.

Я мысленно присвистываю.

Конечно, не просто. Токсикология — это вообще не просто.

Да, я проходила ее в институте, но это совершенно не мой конек. Здесь нужен узкий специалист, а не кардиохирург.

Но его слова… в них звучит нечто большее, чем просто медицинская сложность.

— Чтобы я мог тебе доверять, чтобы я стал твоим щитом, ты должна сделать выбор, Ольга, — продолжает он, и его голос — это тихий, смертельно-спокойный шепот. — Осознанный выбор.

— Какой выбор? — настороженно поднимаю на него глаза, искренне надеясь, что он не предложит мне сейчас избавить бедняжку от мучений.

От одной только этой мысли у меня внутри все холодеет.

— Эта девушка не просто отравлена, — роняет после некоторого молчания Ронан. — Она — государственная преступница. Ее разыскивает городская стража по обвинению в краже у Великого Казначея Короны, лорда-дракона Грайона Дарквуда. Любой, кто окажет ей помощь, автоматически становится соучастником. Укрывая ее здесь, в Королевской лечебнице, я уже рискую своей репутацией. Если об этом узнают, я рискую как минимум потерять свою должность.

Ронан видит полнейший шок и смятение, проступающие на моем лице и решает добить меня окончательно.

— Поэтому, Ольга, я предлагаю тебе выбор, — его голос становится тихим, почти вкрадчивым. — Ты можешь прямо сейчас развернуться и уйти. Охранники тебя не тронут. Я не стану тебя останавливать, не стану вызывать стражу и отправлять тебя за решетку. Наш договор будет аннулирован, ты будешь полностью свободна. Но в тот момент, как ты переступишь порог этой лечебницы, я забуду, что когда-либо тебя видел. И ты можешь забыть о моей защите.

Я смотрю на него, и у меня перехватывает дыхание.

Свободна?

О какой свободе он говорит? В моем случае, это не свобода. Это — отложенный смертный приговор. Если меня не найдет Джаред, то доберется шпион Валериуса.

— Либо, — продолжает Архилекарь, и его медовые глаза впиваются в меня, — ты остаешься. Ты принимаешь мои условия. И мы вместе, рискуя стать врагами Короны, спасаем жизнь этой девушки. И в этом случае, — он делает паузу, и каждое его слово звенит, как клятва, — я стану твоим щитом. Я сделаю все, чтобы защитить тебя.

Он замолкает, давая мне время на раздумья.

Я смотрю на него, на этого опасного дракона А потом мой взгляд переходит на кровать. На бледное, почти детское лицо девушки, чья жизнь угасает с каждым ударом ее отравленного сердца.

— Выбор за тобой, Ольга. Что ты скажешь на этот счет?

Выбор без выбора. Либо мимолетная свобода, либо опасная авантюра, с неизвестной болезнью во главе стола.

Глава 37

Ронан

Она стоит передо мной в моем кабинете, эта Ольга из другой страны, и просит защиты.

Просит, чтобы я, Архилекарь Короны, рискнул всем — своим положением, своей репутацией, возможно, даже своей жизнью — ради нее.

Ради этой загадки, этой аномалии, этой оборванки с улицы, которая непонятным образом владеет знаниями, которыми не должна была владеть.

Я смотрю на нее, и внутри меня борются два зверя.

Один — хищник, привыкший к контролю и власти, — вопит об опасности. Он требует немедленно вышвырнуть ее за ворота, забыть о ней, как о дурном сне. Она — неизвестная переменная в моем идеально выверенном мире. Она уже заставила меня потерять контроль дважды за сутки, и это — непростительно!

Она должна быть благодарна уже за то, что я позволил ей, подозрительной беглянке, остаться здесь хотя бы в качестве кандидата.

В то время как она приходит и требует большего.

Но другой дракон — лекарь, ученый, тот, что посвятил года поиску знаний, — заворожен. Он чувствует этот необъяснимый резонанс, это странное родство душ. Он видит в ней не угрозу, а… возможность.

Шанс прикоснуться к чему-то новому, неизведанному.

Я в смятении.

Впервые за долгие годы я не могу принять простое, логически выверенное решение. Эта гордая, упрямая девушка… она словно заразила меня своими собственными противоречиями.