Пожар войны (СИ) - Коган Мстислав Константинович

Я ещё несколько раз моргнул, пытаясь прийти в себя. Затем помотал головой, отгоняя остатки дурноты. Осмотрелся. Нет, это были не казематы. Просто нижний этаж каменной башни. А в двери стоял вовсе не палач, а мой старый знакомый.

— Порядок. Прошу меня извинить, — слова всё ещё давались мне с трудом. Язык хоть и перестал болеть, но опух. Мысли в голове путались, — Это со мной бывает. Иногда уходит надолго, а иногда возвращается. Когда в очередной раз дадут по башке или… или я сам тряхну ей слишком сильно. А иногда просто… случается.

— Да, я слышал, — кивнул Бертран, — Эхо войны.

— Угу, — я отлепился, наконец от колонны и чуть пошатываясь пошёл к выходу, — Но лучше держаться от меня подальше в такие моменты. Я могу и убить. Случайно.

— Буду иметь ввиду, — кивнул Бертран, — Мне позвать лекаря?

— Нет, не стоит, — я пригнулся, чтобы протиснуться в крохотный проём и вывалился наружу. В ноздри тут же ударил свежий прохладный воздух, в котором едва-едва чувствовались запах навоза и конского пота. Неудивительно. Тут же недавно проехал отряд всадников, — Уже прошло. Да и лечится такое разве что временем. И то, если меня по голове бить перестанут. Ладно… — я сделал паузу, снял с пояса фляжку и прополоскал рот свежей, чуть кисловатой от вина водой. Вкус крови уже почти не ощущался, — Пойдем что-ли разбудим мою супругу да парней найдем. А потом в город. Посмотрим, как там ребята обустроились. И не поубивали ли они друг-друга от скуки.

— За вашей супругой идти нет никакой необходимости, — Бертран взглядом указал в сторону ворот, — Так же, как и за вашей охраной.

Они и правда все были там. Стояли и о чём-то тихо переговаривались. Изредка до моих ушей доносился сдавленный смех. Ну, хоть кому-то весело в этой богадельне. Хотя… Кто хочет, тот всегда найдет повод для радости, как говорил один мудрый человек. И иногда добавлял: а тот, кто видит вокруг лишь дерьмо, рано или поздно в него вляпается.

— Эй, Генри, — Айлин помахала мне рукой, подзывая к себе.

Я улыбнулся, как умел, и едва заметно прихрамывая потопал вперёд. Правая нога противно ныла. Похоже, я её подвернул, когда падал с лестницы, да из-за языка и приступа не обратил внимания сразу. Бертран, как обычно, шёл позади.

— С добрым утром парни, — кивнул я, поравнявшись со своим небольшим отрядом, — Ну, как вам в гостях у барона.

— Честно, товарищ командир? — оскалился Эрик, зачёсывая пятернёй назад свои слипшиеся светлые патлы, — Тоска зелёная. Даже рожу набить — и то некому. Все, сука, такие вежливые.

— То что зелёная, это точно, — кивнул Ивар, — Вот только в твоём случае, это скорее зелёный змей.

— Пол бочки добротного эля вчера выхлебал, скотина, — прогудел Ольрих, — А наутро целое ведро выблевал. Такую добрую выпивку и так зазря перевёл.

— Ещё поучи меня пить, — хмыкнул Эрик, — Сам то, небось, вчера, тоже рожей в тарелке валялся.

— Под столом, — поправил Ольрих, — В тарелке, это вон Жак валялся.

— Так это… — Остин потёр виски. Судя по тёмным кругам под его глазами, у бойца тоже выдалась та ещё ночка, — Кто вчера победил то в итоге? Я вот вообще нихера не помню. Даже как…

— Портки обгадил, — заржал Ивар, — Быть тебе теперь Остин Грязноштанный.

— Не-не, так неинтересно, — перебил его Эрик, — Мыж от обратного прозвища даём. Даже Ульф Полудохлый потому, что наполовину живой. Так что Остин у нас чистюлей будет.

— Да я и не сильно против, — хмыкнул боец, обвёл всех слегка осоловелым взглядом и добавил, — Так а выиграл то кто.

— Ульф, — коротко отозвался Жак, — Эту полуживую скотину брага вообще не берёт. Вот у кого нам всем поучиться надо.

— Так, а хренлиты молчишь тут и мнёшься, как девка перед выданьем? — Эрик ухмыльнулся своей щербатой улыбкой и с вызовом посмотрел наискалеченного бойца.

— А что тут скажешь? — Ульф равнодушнопожал плечами, — Учить вас ещё и учить.По тридцать хуёв всем в жопу всучить.Каждый день по одному вынимать, хоть кто-то тогда да начнёт понимать.

По внутреннему двору замка прокатился гогот семи глоток. Даже Айлин едва заметно улыбнулась, а Бертран прикрыл рот ладонью. Я выдохнул. На этот раз, с облегчением. Кто бы в высшем свете что ни думал, про этих людей, а мне в их окружении было находится намного проще и приятнее, чем общаться со всякими титулованными хмырями, копаясь в их пафосном дерьме.

— Ладно, мужики. Это всё замечательно, но у нас день не резиновый. Давайте, седлайте ко…

— Давайте лучше пешком, — попросила Айлин, — В платье верхом ездить очень неудобно, да и мне хотелось бы немного проветрить голову после этого замка.

Мысль, в принципе, была неплохой. Беседа с бароном изрядно меня вымотала. Быть может, потому и случился очередной приступ, а не из-за лестницы. Хрен его разберёт. Но, перед собранием мне определённо нужна ясная голова, а горный воздух и впрямь творит чудеса.

— Так, отставить коней. Пойдем пешком, — скомандовал я, обведя взглядом нагло ухмыляющиеся рожи. Интересно, кто из них не выдержит первым?

— Я что-то не понял, а кто у нас вообще отрядом командует, — первым не удержался Эрик. Он всегда был самый наглый и задиристый во всей сопровождающей меня братии. Я открыл было рот, но Айлин успела первой.

— А это будет тебе пищей для размышления, — улыбнулась девушка, беря меня под руку, — Сам выбирай, какой из этих двух вариантов меньше ущемляет твоё мужское достоинство.

Громогласный гогот вновь эхом отразился от старых стен нижнего двора крепости.

— Морт! Эй Морт! Вставай ленивая скотина! — заорал я, когда ребята слегка поутихли.

— Да не сплю я, не сплю… — раздался сонный голос откуда-то сверху. Спустя несколько секунд из бойницы барбакана показалось одутловатое, раскрасневшееся лицо гиганта. Короткостриженная голова, осоловелый взгляд, с шумом раздувающиеся ноздри. Больше всего он напоминал быка, которого какой-то хрен, возомнивший себя бессмертным, только что разбудил, как следует пнув под зад.

— А, это ты, маленький человек, — проглатывая окончания слов, сказал он, — Ты знаешь, я бы мог раздавить твою голову голыми руками.

— Большой шкаф громко падает, — рявкнул я в ответ.

— Чего… — непонимающе уставилась на меня голова. Похоже, он и правда был тем ещё тугодумом.

— Говорю, пока ты будешь разводить руки, чтобы меня схватить, я уже успею отпилить тебе яйца тупым ножом и засунуть их в твою же необъятную задницу.

— Зачем сразу яйца… — в голосе гиганта послышались плаксивые нотки. Парни, судя по сдавленным смешкам, раздававшимся позади меня, с еле сдерживались, пытаясь не заржать в голос, — Все норовят обидеть старого Морта.

— А если не хочешь, чтобы поднялся и отпилил, будь так добр, открой нам ворота. Мы собираемся в город.

Лицо исчезло. Сверху донеслось глухое ворчание. Слов было не разобрать. Разве что «поспать не дают» слышалось отчётливо. Складывалось впечатление, что этот хрен — как кошак, спит по двадцать часов в сутки. Впрочем, с такой то тушей… Оно и неудивительно. Солдатской пайки для её поддержания будет мало. Ему бы жрать за целую десятку бойцов. Вот только что-то я сомневаюсь, что его так кормят. Потому и храпит весь день.

Железная решётка глухо заскрипела и медленно поползла вверх. Со стороны барбакана доносилось глухое ворчание. Мать твою, сколько же силищи в этом гиганте, раз он её вот так запросто в одно рыло тягает. Там наверняка противовес, но всё равно…

Решётка с глухо лязгнула упорами и встала. Мы неторопливой походкой отправились в путь. Впереди я и державшая меня под руку Айлин. Бертран с ребятами — чуть позади.

Первое время шли молча. Я всё ещё пытался уложить в голове разговор с Байраном. Айлин думала о чём-то своём. Парни изредка едва слышно перешёптывались и сдавленно хихикали, когда один из них начинал рыгать. Последствия вчерашней попойки давали о себе знать.

— Оно опять случилось, — девушка легонько толкнула меня локтем в бок.

— Угу, — кивнул я, — Ты как догадалась.

— У тебя всегда после этого взгляд такой… будто ты смотришь и не видишь. Или смотришь сквозь, куда-то далеко… — Айлин запнулась, пытаясь подобрать нужные слова, — Не знаю, как объяснить. Но оно в последнее время происходит всё чаще.