— Благодарю вас, — ответила я, стараясь сохранить спокойствие.
— Вы давно здесь живёте? — спросил он, внимательно изучая моё лицо.
— Не очень, — уклончиво ответила я, отводя взгляд в сторону.
— Позвольте полюбопытствовать… — я промолчала, — почему ваша служанка сидит подле вас?
Я подняла на него глаза и, как можно ровным голосом сказала:
— Это моя сестра.
Хмыкнув, незнакомец прошептал:
— Конечно… Конечно…
И, цокнув языком, вернулся к своему другу.
В этот момент я поняла, что нас обнаружили. За мной пришли…
Глава 60
Глава 60
— Мэри, нам пора готовиться ко сну, — нарочито громко произнесла встревоженная Агата.
— Да, ты права… Пора… — ответила я, стараясь не выдать своего волнения. Я встала и, расправив складки на платье, направилась в коридор.
Я почувствовала, как «сестрёнка» схватила меня за руку и, приблизившись, прошептала:
— М-мэри, вы бледная совсем сделались.
— Тори, мне кажется… Нет, я уверена, это люди короля.
— И как они нас нашли? — испуганно прошептала девушка.
— Я не знаю… — покачала я головой, чувствуя, как колотится сердце.
Остановившись, я посмотрела на Агату и едва слышно произнесла:
— Тори, попроси Жана разузнать у их кучера всё, что можно.
— Хорошо. — кивнула она и, оставив меня в коридоре, быстро зашагала на кухню.
Я, придерживаясь за шершавую стену, начала медленно подниматься на второй этаж. Каждая ступенька скрипела под моими ногами, отзываясь эхом в тишине. Войдя в комнату, закрыла за собой дверь. Прислонившись к деревянной преграде, оглядела комнату. С трудом переставляя ноги, подошла к кровати и опустилась на жесткую постель.
Не знаю, сколько прошло времени, но, когда в дверь постучали, я вздрогнула, словно от удара хлыстом.
— Войдите, — уставившись на дверь, произнесла я тихим, дрожащим голосом.
И, увидев Агату, просочившуюся внутрь, с облегчением выдохнула.
— Ох, чего вы без света сидите? — всплеснула она руками и кинулась к столу, на котором стоял подсвечник. Через мгновение её лицо осветилось мягким светом от пламени свечи.
— Рассказывай, — слабым голосом вымолвила я, не отрывая взгляда от её лица.
Агата, зажгла свечу и повернулась ко мне. Тяжело вздохнув, едва слышно сказала:
— Эти мужчины приехали прямиком из дворца. Жан уверен, что это люди работают на Тайного советника, — я ахнула, прикрыв рот ладонью, — и вот ещё что… — «сестрёнка» подошла ко мне и села рядом, — в их карете Жан нашёл спрятанное оружие.
— Зачем? — просипела я, чувствуя, как кровь отливает от лица.
— А зачем королевским псам оружие? — заговорщическим голосом спросила девушка.
Нахмурившись, я начала судорожно думать, как мне поступить дальше.
— Госпожа… Я вам должна кое-что рассказать…
Я вскинула на неё заинтересованный взгляд, чувствуя, как нарастает тревога.
— Что ещё?
— Мне кухарка рассказала… Я много дней думала…Рассказывать вам или нет…
— Агата, что случилось? Говори…
— В эту глушь новости доходят с большим опозданием. Но я кое-что узнала от кухарки. В ту ночь, что мы с вами убежали из замка вашей тётушки… — Агата тяжело вздохнула, её глаза наполнились слезами, — те мужчины, которые… Они…
Она начала всхлипывать.
— Агата, успокойся… Всё уже в прошлом… — я приобняла её, стараясь успокоить.
— Они убили семь человек, — вымолвила она, её голос сорвался на шёпот.
— Что?! — ужаснулась я, отпрянув от неё.
— Кухарка услышала про это, когда в деревню ходила за сушёными грибами. Кто-то из путников обмолвился, и она подслушала.
— Но там же… стражники… Почему?
— Они вошли в замок, словно тени, и тех, кто попался им на пути, убили и скрылись.
Я, мученически закрыв глаза, простонала:
— О боже…
— Госпожа, эти двое приехали с оружием… Я боюсь, что они сделают то же самое… А вдруг их король направил сюда? И ему хочется поубивать всех, кто укрывал вас всё это время?
— Не-е-ет… — я покачала головой, будто отрицая. — Этого нельзя допустить… — вздрогнув, я обратилась к Агате: — почему ты мне сразу не рассказала?
— Я испугалась… за вас… Не хотела, чтобы вы горевали… Куда ж ещё вам, после всего…
— Агата, милая… — я обняла её и произнесла, глядя в окно, за которым уже бушевала снежная буря: — ничего плохого больше не случится… Обещаю…
Когда Агата ушла, я встала и подошла к окну.
Зимой мне всегда становилось грустно. Мама говорила, что я, словно белочка, готова спрятаться в гнёздышке и заснуть на время холодов.
Все месяцы, что я провела в своём укрытии, напоминали зимний сон. Но пора просыпаться и возвращаться к жизни.
Поджав губы, я сокрушенно покачала головой. Я не должна допустить кровопролития.
То, что устроил король в замке Блэквуда, меня привело в ужас. Мне захотелось взглянуть ему в глаза. А после… Я готова умереть…
Я обвела комнату взглядом и, вскинув подбородок, решительно направилась на первый этаж.
В зале было тихо, лишь потрескивал огонь в камине, отбрасывая причудливые тени на стены. Два незнакомца сидели за столом, поглощая скромный ужин. Их лица, освещённые пламенем свечей, казались суровыми и непроницаемыми. Хозяин, склонившись в почтительном поклоне, что-то им втолковывал, но они лишь молча кивали, не отрывая взглядов от тарелок.
Я подошла к их столу, чувствуя, как на меня поочерёдно устремляются их глаза. Страх, который терзал меня ещё мгновение назад, внезапно отступил, оставив место холодной решимости.
— Господа, — произнесла я твёрдым голосом, стараясь, чтобы он не дрожал. — Я знаю, кто вы и зачем приехали.
Мужчины удивлённо переглянулись, а затем один из них, поднял бровь и усмехнулся.
— И кто же мы, по-вашему?
— Вы посланники короля, — ответила я, не отводя взгляда. — Вы ищете меня.
— Ошибаешься, милая, — возразил он. — Мы просто путники, ищущие ночлег и пропитание.
— Ложь, — отрезала я. И, набрав полную грудь воздуха, произнесла: — Я Оливия Боварни.
На лицах мужчин не дрогнул ни один мускул, но чувствовалось, как воздух в зале сгустился и усилилось напряжение.
— Вот так просто? — изумлённо протянул тот, что был с тёмными волосами.
— Да, — бросила я и, встретившись с ним взглядами, сказала: — едем к королю.
Глава 61
Глава 61
Прощание с Агатой мне далось нелегко. Её слёзы обжигали моё сердце, словно к нему прикладывали раскалённое железо. Когда я отвела в сторону рыдающую девушку, ставшую мне близкой подругой, то шепнула ей на ухо, где спрятаны оставшиеся золотые монеты. И попросила, если ей удастся выяснить, где меня захоронят, перевести моё тело к маме. Я умоляла её сделать это, чтобы я моя душа обрела покой. Я не сомневалась, что Аскер казнит меня.
Она лишь сильнее расплакалась, прижав меня к себе так крепко, что мне стало трудно дышать.
Подбежавший к ней её Жан, осторожно оттащил рыдающую девушку от меня. Он был мрачен и сосредоточен. В его глазах промелькнула жалость то ли ко мне, то ли к беременной невесте.
Накинув меховую накидку, я вышла на улицу и подошла к карете.
— Госпожа, вам помочь? — елейным голосом поинтересовался подбежавший королевский посланник.
Я метнула на него испепеляющий взгляд и произнесла:
— Мне уже никто не поможет, — и, подобрав подол платья, забралась внутрь кареты.
Я села на жесткое сиденье и закрыла глаза. Когда мужчины сели напротив, карета дёрнулась и покатилась.
Я думала о маме, об отце, о сестре… Но, когда вспомнила о Теодоре Боварни, сердце сжалось от боли.
Это был единственный мужчина, который честно и открыто говорил о своих намерениях и не причинил мне вреда. Единственный, кто не предал меня.
Он, имея законное право консумировать брак со мной, не воспользовался этим правом. Он, уходя на войну, понимая, что может не вернуться, не применил силу, чтобы разделить со мной ложе…
