— Прости, — он останавливается, выдыхает, с жадностью рассматривая линии женского тела под устаревшим костюмом для верховой езды.
Он сам велел тем же Рушам не дать Мари выиграть. Ее унижали по его приказу. Досада оседает горечью на языке и император трясет головой как беговой конь, сжимает пальцы в кулак, но ужас в ее глазах останавливает его на полдороге.
“Истинная не должна бояться”.
Это не его мысли, не его воля, это инстинкт, который держит сильнее любых пут.
Страх девушки отрезвляет, окатывает ледяной водой и Эдриан с трудом выдавливает:
— Я уверен, что мы сможем договориться. Лучшие покои? Драгоценности? Платья? Лорд Роберт упоминал, что иномирянки независимы и любят науку, чтение, саморазвитие.
Она распахивает глаза и ужас в них сменяется непониманием, а затем удивлением.
— Только подумайте, золото дает безграничные возможности, — он делает в ее сторону осторожный шаг. — Я представляю вас в шелках, усыпанную драгоценностями. Вам подойдут сапфиры, Мари.
Эдриан сам не знает, зачем произносит всю эту чушь — голова трещит от рычания зверя, а сила вибрирует в руках, кажется, еще немного и он задымится.
Не то, не то он предлагает. Сам осознает, что не то. Но драконье сердце в нетерпении ждет ответа.
В памяти всплывают обрывки воспоминаний, как Клер клянчит новый браслет… авто последней модели… обновить счет, она спустила все деньги в салоне модистки…
— Мне не нужно ваше золото, — ответ летит ему в лицо и Эдриан шало улыбается.
— Я не предложу второй раз, — собственный голос слышится как будто со стороны, а сердце затопляет радостью.
— Сказать, где я видела ваше золото и наряды? — Мари гневно шипит, а он запускает пальцы в ее пшеничного цвета волосы.
— Рейси не продаются, — произносит он. — Рашборны уяснили это много веков назад.
— Я не Рейси,— она дергается, а он утопает в ее аромате.
— Ты лучше всех Рейси вместе взятых, этих жестоких мерзавцев, — он сталкивает их лбами, целует истинную в висок.
Император понимает, что проворонил важное… главное. Он не знал, что истинность может ощущаться так.
— Вы меня пугаете, — ее громкий шепот заставляет Эдриана отстраниться.
— Развод в императорской семье не может пройти без скандала. Да и вообще… есть много нюансов, Мари. Уйти с концами у тебя не выйдет, — предупреждает он.
— И что с того? Я буду жить вдали от вас, — ее глаза гневно сверкают и Эдриан пожимает плечами:
— Я намерен за тебя бороться.
— Убирайтесь…
Он наклоняется и затыкает ее поцелуем, но получает удар кулачком под дых.
— Решили подкупить меня… шелками… — Мари все еще шепчет, но так возмущенно, что он усмехается.
— Я найду к тебе ключ.
— Уходите уже, ваше величество.
— Может быть, подарить тебе библиотеку?
— Поздно!
Она указывает пальцем на дверь и Эдриан, наконец, покидает ее покои. Виски пульсируют, он не представляет, как ее потерять… Как?!
А потом вспоминает, что в казино его драконица была с каким-то “мужем”.
Рейси... Рейси дергают за ниточки его истинную? Эдриан почти не сомневается, что их старейшина предстанет перед ним очень скоро.
44.
Поначалу программа предполагала десять конкурсов, но ее быстро свернули, оставив одно мероприятие, а также закрывающий отбор бал.
Миссис Лойд заносит новую папку, на этот раз фиолетовую, а в ней на нежно-сиреневых листочках подробно расписаны все мероприятия.
— Всего лишь демонстрация грации и умения украшать собой императорские приемы, — умиротворенно произносит она, когда я, ознакомившись с новыми правилами, отдаю ей листки.
Украшать собой приемы? Хм. Боюсь, у меня нет практики в подобных развлечениях.
Миссис Лойд шелестит листами и охает, обнаружив самый последний.
Я киваю ей — все так, на последнем сиреневом листочке размашистым почерком, при этом красными чернилами, написано: “После долгих размышлений и отсева нескольких кандидатур, император останавливает выбор на своей супруге, Мари Рейси-Саршар, ныне Рашборн”. И внизу росчерк — подпись Эдриана.
— Он издевается, — обращаюсь я к миссис Лойд.
Та в ответ складывает ладони вместе и облегченно выдыхает:
— Это же такая радость, Эдриан-Шейн прозрел.
— Нет, нет, — я сержусь. — Как можно унижать человека целый месяц, а потом как ни в чем не бывало прозреть? А мне что делать? Возлечь с ним на супружеском ложе и научиться украшать приемы? — я говорю лихорадочно, так как нахожусь в самом настоящем раздрае.
Давненько со мной подобного не приключалось. Вроде бы за трудную жизнь обросла броней, но теперь ее как будто срезали тонким ножом, обнажив нервы.
Бог Всех Миров загнал меня в ловушку и впутал в драконьи игры, воспользовавшись тем, что я умирала и плохо соображала.
Если я уйду, что будет?
Рейси не должны обратиться, но они и не обратятся, пока император не на крыле.
Я читала, сила владыки так огромна, что когда его дракон обретет свободу, магия выплеснется, запустив оборот у всех.
Падаю на пуф и устало тру переносицу. Мне необходимо почитать о разводах в императорских семьях.
И Деймон снова пропал. И все еще не объяснил мне, какая у него договоренность с божеством.
Миссис Лойд присаживается рядом на стул и некоторое время молчит.
— Если вы все-таки покинете супруга, я с вами, — она хмурится и что-то мучительно обдумывает. — Если, конечно, согласитесь взять меня в свой новый дом. А владыка обязательно вам выделит дом, такие вещи не обсуждаются. После развода вы продолжите считаться частью рода и носить кольцо… до следующего брака Эдриана-Шейна. До этого вас не отпустят.
Я поднимаю голову и не моргая смотрю на миссис Лойд. Да, я читала о дремучих законах Дургара, но понадобится более подробная информация.
— Спасибо, что поддерживаете, миссис Лойд.
— Я видела, как леди Клер издевалась над вами. А владыка потакал, — она глубоко вздыхает, я же решительно поднимаюсь с пуфа.
— Мне нужно наведаться в библиотеку, — расправляю складки на юбке, а когда выхожу в приемную часть покоев, в двери громко стучат.
— Дары от императора, ваше величество, — кричат с той стороны и я быстро снимаю с запоров коды.
Взгляд упирается в огромную коробку и в следующий момент в покои вваливается служанка с “дарами”.
Покопавшись в коробке, я прикусываю губу и задерживаю долгий взгляд на девушке:
— Можете идти. Спасибо.
Служанка делает почтительный книксен и выходит.
Вечерний наряд, драгоценности, тончайшее нижнее белье, туфельки и шикарный веер. Что же, я приму подарки и появлюсь на последнем конкурсе при полном параде. Почему бы и нет?
***
В библиотеке пусто и я быстром шагом пересекаю огромный читальный зал и скрываюсь в отдаленном отсеке, где лежит юридическая литература. Боже, сколько тут томов!
Нет, мне не интересно, как разводились драконы десять тысяч назад. Впрочем... это может быть важно.
Глаза разбегаются и я все же хватаю старинные разводы, и разводы в нынешнем столетии, и императорские отдельно. А вот в этом увесистом фолианте собраны все самые громкие случаи и прецеденты.
На столе лежат свежие газеты и я с удовольствием кошусь на них.
Деймон достал мне снимок Клер в настоящем неприглядном облике. Его человек не выпрыгнул из окна с остальными журналистами и утек на задний двор, избежав столкновения с Турбишем и его людьми.
Но я… я не использовала это фото для своей статьи. Не захотела марать руки.
Накатала обличительную статью о том, как ужасно организован отбор, что невест подвергают опасности. Использовала другие снимки, на которых меня несет конь. А потом обошла магазины артефактов для животных и обнаружила, что существуют специальные, передающие команды на расстоянии.
К статье я приложила снимок такого артефакта и предложила тайной канцелярии узнать, кто именно приобрел подобную штуку незадолго до конкурса на ферме.
