Бастард рода Неллеров. Книга 12 (СИ) - Усов Серг

Не пойму только, с чего вдруг Хельга решила мне пожаловаться на свою бедность? Во-первых, все долги перед внешними кредиторами она наполовину закрыла, а оставшиеся легко отобьёт благодаря нашим выплатам следующих двух лет, во-вторых, не так уж и мало казна получает. Если бы мой добрый друг Эдгар, её братец, думал головой, прежде чем занимать деньги у верцийцев и Юстиниана, то не разорил бы Кранц процентами выплат по ним. Да, меня никто особо не посвящал даже в финансовую деятельность Неллера, а уж о королевских доходах полноценно судить я не могу, однако опыта, полученного при ведении монастырского хозяйства, вполне хватает, чтобы понять, не всё так плохо у Хельги, как она тут пытается из себя сироту казанскую строить. Помню, в каком шоке пребывал, когда узнал, сколько приходится платить за товары обители на таможенных пунктах королевства. Там реально не сборы, а поборы. Грабёж среди бела дня.

Что-то мне подсказывает, моя венценосная подруга, вопреки своим словам, всё ж решила отправиться по той же дороге, по которой шли все её предшественники на троне. Она решила тоже отменить злополучную хартию. Только сделать это не с наскока, а умнее, постепенно и опираясь на сторонников в самих герцогских родах. Нет, не сомневаюсь, я Хельге очень нравлюсь как парень и могущественный друг. Только мой реальный возраст позволяет видеть в её действиях второе дно. Собирается начать с направления королевских мытарей в провинции? Вроде бы дел безобидное. Знаю, как та же мачеха с братцем сумеют их у нас окучить. Ничего толком не увидят. Но это только на первый взгляд. Однако, если ей удастся наладить отношения со значимыми персонами в некоторых герцогских родах, то взывая к их чести и ставя в нужный момент нужные вопросы сможет добиться немало уступок. А там и вовсе дезавуировать положения душащего её старинного договора. Хитра подруга. Только, извини, есть дела, в которых я тебе не помощник.

— По своему небольшому опыту, скажу, что дело не столько в доходах, сколько в расходах. — отвечаю и шутливо советую: — Ты бы провела среди дворян королевства отбор на самого жадного и победителя назначила главным казначеем.

— Точно! — чуть наигранно удивляется. — Как я сама не догадалась, Степ? Зато я знаю, что мой скромный умишко не сможет осознать, мне может подсказать кто-нибудь очень умный. О, а это ещё слаще! — оценила она кусок Наполеона. — И вкуснее! Да, так вот, Степ, а кто у нас самый мудрый, самый сильный, самый лучший и вообще самый-самый в Кранце, о ком уже знают далеко за пределами королевства? Погоди, не гадай, я сама отвечу. Это мой лучший, единственный друг баронет Степ Гринфорский, прелат Рансбургский.

— Ты мне льстишь. — понимаю уже, к чему клонит. Хочет сделать меня советником? К гадалке не ходи, так и есть.

— Ничего не льщу. — отмахивается и, закрыв глаза, издаёт тихий стон, показывая, как ей нравится торт. — В общем, Степ, я уже заезжала к кардиналу, и он согласился назначить тебя моим духовником. А свой указ о введения тебя не только в Большой, но и Малый королевские Советы подпишу сегодня вечером. Ты же меня не бросишь в столь серьёзные дни? Не откажешься? Вскоре приезжают кузены со своими свитами, уже к торжественным празднествам, граф Сергий Фелмский с графиней Ангелой Тирванийской слишком уж сильно желают мне добра, настолько, что готовы вместо меня управлять королевством, ваш друг маркиз Маркус Ормайский спешит назначать своих прево и тиунов, в общем, мне очень нужна будет твоя поддержка и во дворце, и при принятии решений, касаемых всего.

А она хороша. Одним ходом прицепила меня к себе в свиту.

— И в самом деле, — не скрываю некоторого недовольства в голосе. — зачем было моего мнения спрашивать, когда маркиз Рональд, и мой церковный начальник, и старше меня по положению в нашем роду? С ним обговорила, и вот уж я у твоих ног.

— Ай, Степ. — морщится. — Перестань. Тебя ведь не силой заставляют. Если хочешь, можешь отказаться, предать друга, который тебя очень-очень любит и ценит.

— Ох, лиса. — только и остаётся, что помотать головой.

Ей смешно. Конечно, довольна и весела. Сразу и о проблемах казны забыла, и о дядюшке с кузенами, и об аристократах, которые своей поддержкой душат её будто удав. А ведь уже понимаю, к чему в конечном счёте всё идёт, если говорить о наших с ней личных отношениях, вон, как глазки победно сверкают. Ох, Хельга. Я ведь и сам, похоже, хочу того же. Не знаю, почему ещё бастионы моей осторожности не пали, но, чую, недолго им стоять. Нравится мне эта девушка, и внешне, и фигуркой, и как человек. Да, недостатки Хельги — властолюбие, жестокость не только к врагам, но и к представителям низших сословий, хитрость — отлично вижу, только ведь и на солнце бывают пятна.

Гостья предложила вином и фруктами угощаться на диване, видать, подруга не только насытилась, но и устала на стуле-то, хотя они у меня мягкие. Только спинки здесь всё ещё не умеют делать удобные, приходится сидеть как на табуретке. В моей бывшей обители уже давно мастерят нормальные, но где сейчас я, а где Готлинский монастырь. Вызванные Елена с Ирэн, быстро всё переставили на столик, и мы с королевой удобно расположились на расположенном у окна мягком кожаном диване.

Думал, Хельга предпримет очередную попытку моего соблазнения, пользуясь тем, что служанки ушли, но та, похоже, не спешит теперь. Действительно, куда торопиться? О политике ей тоже говорить расхотелось, и мы принялись строить планы на совместные развлечения, когда у неё более-менее утрясётся с делами и появится больше свободного времени.

Когда часы на храме и подворье пробили по три раза, королева засобиралась в свою резиденцию. Только покинуть мой дворец быстро у неё не получилось — вначале пришлось ждать виконтессу Ольборг, слишком увлёкшейся в апартаментах милорда Монского разглядыванием его коллекций оружия и артефактом или, не знаю, чем там они ещё занимались, но появились оба довольные и смущённые до румянцев, а затем разбираться с тем, кто стал зачинщиком драки между моими охранниками и королевским эскортом. Тоже мне, паргейский эрзац мушкетёров Людовика Тринадцатого и гвардейцев кардинала Ришелье. Дюма отдыхает. Поскольку Хельгу поджимало время, договорились наказать обе стороны конфликта. От меня достанется троим, включая Ивана Чайку. Последнему, понятно, нисколько не удивлён.

— Когда приедешь ко мне? — спросила Хельга, усаживаясь в карету, до которой я её проводил.

— Дай хоть нормально обосноваться в городе — тут дел ещё полно, да с подарком твоим, имею в виду Гринфор, определиться с первоочередными делами, — развожу руками, извиняясь. — Но как будет появляться возможность, стану посещать. Обещал ведь уже.

Посмотрев вслед уехавшим гостям, вернулся к себе, где даже не стал смотреть протянутый дворецким свиток с огромным списком желающих нанести мне визит. Отослал к Сергию, тот разберётся, кого и когда пригласить, а кому-то и вовсе во встрече отказать. Пусть в храм приходят и слушают мои проповеди. Чего ещё-то нужно? Или, вон, через секретариат свои просьбы. Рассмотрю.

Затем с Калом на пару — вдвоём веселее — занялись изготовлением амулетов. Приятель конечно же не мог не похвастаться своими успехами на любовном фронте. Впрямую подробности не рассказывал, но и намёков хватало, чтобы понять, что всё у него в ажуре. Хитрован с чего-то решил меня подвигнуть на более смелые действия по сближению с Хельгой. Хотя, чего тут гадать? Наверняка с подачи королевы Бритни ему на уши присела по этому вопросу во время их сегодняшних встреч — утром в городе и здесь.

К Ригеру с Эльзой решил ехать незаметно, поэтому сделал себе амулет отвода глаз. Со мной отправятся Карл, Арчи Добнес и пара бойцов, я ж незаметно составлю им компанию, меня никто и не увидит. У бывшего опекуна сегодня поочерёдно встречаюсь с Люсильдой, Леоном Роффом и Фрицем с Тимохой, не хочется, чтобы кто-то случайно увидел одновременное пребывание в магазине неллерских товаров прелата Рансбургского и не совсем однозначных личностей. Начнут ещё себе вопросы задавать и строить всяческие предположения или догадки. Вдруг найдут правильные ответы?