Хугбранд. Сын Севера (СИ) - Головань Илья

Внутри Хугбранда пронеслось скребущее чувство, обжигающее огнем, будто по голой коже прошли щетинистой теркой.

— Забудь. Тебя никто не тронет.

Кашель напомнил о матери. Сентиментальности в Хугбранде не было, но далекие воспоминания о родине и той женщине, что рассказывала саги даже на смертном одре, отбили всякое желание развлекаться.

Когда дёт вышел из дома, к нему уже подходил наемник по имени Моркас.

— Сюда не входить, — сказал Хугбранд. — Передай остальным.

Он пообещал женщине жизнь, а любой другой наемник мог ее убить — просто так, ради развлечения, как это сделал Форадо.

— Лефкийцы!

Хугбранд отреагировал быстро. Затянув ремень, он выскочил на середину улицы, чтобы увидеть врагов.

Того, кто кричал, называли Жердь. И на глазах Хугбранда Жердь насадили на пику. В деревню заехал вражеский отряд кавалерии из шести всадников. Но число ничего не значило, ведь во главе отряда ехал он.

Катафракт.

Огонь ярости разгорался в теле Хугбранда. Ненавидеть катафрактов смысла не было, но смерть отца крепко объединилась со всадниками в стальных масках. Кавалерия могла пронестись через деревню стремительно, убив всех встречных врагов. И наемников спасла только телега с фуражом в самом центре деревни.

Трое поехали на другую улицу, и там раздались крики — наемники заметили врагов.

— К бою! — заорал со всей силы Хугбранд.

Катафракт тут же повернул голову к дёту. В Хугбранде он увидел главного противника, командира отряда Гернской Лиги. Хорошая кольчуга, уверенный крик: катафракт быстро сделал выбор, и его лошадь начала брать разгон.

Хугбранд посмотрел по сторонам. В его сторону ехали трое: катафракт и два всадника без брони. Нужна была помощь, хоть кто-то, чтобы остановить врагов.

Но наемники не спешили выскакивать на улицу.

«Идиоты», — выругался про себя Хугбранд. Наемники могли выглянуть и увидеть кавалерию, а потом просто остаться в домах. Что всадники им сделают? Но это была ошибка, ведь среди врагов был катафракт. Даже не верхом он мог убить каждого наемника по очереди.

— Моркас! Правого! — крикнул Хугбранд наемнику, который оказался между ним и всадниками.

Моркас двинулся вправо. Движение было быстрым, отлаженным, но катафракт швырнул копье, пронзив грудь наемника.

Слева раздался скрип резко разогнувшегося металла. Из окна дома выстрелили из арбалета, болт попал бездоспешному всаднику в глаз, и тело кавалериста упало с лошади, которая в испуге побежала быстрее, таща наездника за собой.

Только Болтун умел стрелять из арбалета так точно. Справа из дома выскочил наемник, Хугбранд не смог разглядеть, кто именно. Всаднику пришлось остановиться, но катафракт даже не стал отвлекаться — у него была цель.

С каждым футом враг казался только опаснее. Пластинчатая броня на все тело, такая же броня на лошади — катафракт казался неуязвимым. Но по-настоящему страшной была его маска. Хугбранд верил, что никогда не станет бояться врага, но сам вид маски катафракта вызывал неконтролируемую дрожь в теле, а дыхание становилось резким и беспокойным.

Когда до столкновения осталось секунды две, Хугбранд резко отбросил щит и схватил копье двумя руками. Держа древко за край, дёт смог быстро и далеко уколоть — прямо в морду несущегося вперед коня.

Катафракт резко потянул за поводья, и лошадь уперлась ногами, пытаясь остановиться. Наконечник копья врезался в пластину на груди скакуна, лошадь надвинулась, и копье просто сломалось посередине из-за напора. В следующий миг копыто угодило в грудь Хугбранда, и дёт упал на землю.

Из соседнего дома выскочил Хуго. Его не было там изначально, товарищ смог незаметно подобраться к дому и дождаться подходящего момента. Острие алебарды угодило в бок лошади точно между пластин, и катафракт упал.

Выпав из седла, враг рухнул на землю, но легко перекатился и встал. Доспехи катафрактов зачаровывали противоударной магией: элита Лефкии не боялась падать.

— Умри, сука! — прокричал Хуго, рубя алебардой. В руке катафракта была только булава, он не мог защититься. Но когда лезвие рухнуло вниз, враг резко ударил ладонью, покрытой броней, сбивая удар в сторону.

Хуго опешил. Он удивленно смотрел на катафракта и алебарду, не в силах поверить, что враг защитился рукой. Не став ждать, катафракт схватил оружие Хуго за древко и ударил булавой, ломая ее пополам. Наемник попытался шагнуть назад, но быстрым взмахом булавы катафракт попал в голову Хуго. Тело алебардиста рухнуло на землю.

Когда враг повернулся, Хугбранд только успел подняться на ноги.

— Молись своим богам, — сказал он на лефкийском катафракту, держа топор в руке. Щит был слишком далеко, за ним опасно было нагибаться.

Катафракт ничего не ответил. Он лишь молча шагнул к Хугбранду.

«У меня есть шансы. Он не верхом», — подумал дёт.

Дружинники говорили, что половина силы катафракта — в его коне. Но и не верхом катафракты оставались грозными противниками. Хугбранд остался без щита, катафракт тоже был с одной только булавой.

Как только враг сделал шаг, дёт ударил. Топор просвистел перед грудью катафракта, который слегка отклонился назад. От ответного удара булавой в плечо Хугбранд тоже уклонился. Грудь болела, лошадь смогла здорово приложить дёта, несмотря на кольчугу и стеганку, но Хугбранд не замечал боли. Все его внимание сосредоточилось на враге перед ним.

Хугбранд бил и уклонялся, то же делал и катафракт. Это был бой до первого удара, и дёт быстро начал проигрывать. Для катафракта булава была все равно, что игрушка, он крутил ею так легко, что Хугбранд перестал поспевать и начал отходить спиной, делая круг. Болтун и еще один наемник могли разобраться со своим врагом и помочь своему капитану, нужно было только не попасть под удар.

Хугбранд знал расстояние, на которое может ударить катафракт. Враг не мог достать его. И когда дёт в это поверил, булава врезалась ему в бок.

«Как?», — успел подумать Хугбранд, сжимая зубы от боли. Враг держал булаву не за рукоять, а за кожаную петлю на конце, которую всадники надевали на руку, чтобы не потерять оружие. Дёт наотмашь ударил топором — кулак катафракта врезался в ладонь, едва не сломав пальцы Хугбранда. Оружие выскочило и отлетело в сторону, а катафракт снова ударил — в этот раз ногой, роняя дёта на землю.

Хугбранд не мог дышать. Удар тяжелого сапога выбил из легких весь воздух. Над дётом возвышался идеальный боец Лефкии, с которым Хугбранд не мог сравниться. Опыт последних месяцев и тренировки в детстве оказались ничем перед воином, который долгие годы оттачивает удары.

Но катафракт не был сосредоточен на одном только Хугбранде. В какой-то момент он резко повернулся, и арбалетный болт вскользь прошел по грудным пластинам.

Воздух наконец-то хлынул в грудь. С трудом подавив кашель, Хугбранд наклонил голову в сторону и увидел поломанную алебарду Хуго.

Катафракт успел отреагировать и на это. Он развернулся к Хугбранду, но добить дёта не успел. Схватив алебарду, Хугбранд вскочил на ноги и уколол, как копьем.

Из осторожности катафракт сделал шаг назад. Он не боялся, просто действовал так, как его учили — холодно и рационально. Поломанная алебарда теперь напоминала двуручный топор со слишком большим лезвием. Таким оружием долго не помашешь, да и враг хорошо видел состояние Хугбранда.

Дёт наклонился, собираясь броситься вперед. Но вместо этого выхватил кинжал и швырнул его в лицо врагу. Катафракту нечего было бояться, его лицо защищала стальная маска, и все же враг закрылся рукой, от которой кинжал отскочил, как от каменной стены.

Все это было лишь для того, чтобы снять зелье с пояса и опустошить глиняный флакон.

На родине берсерки пили отвар и готовились к бою полчаса. Но отвар, рецепт которого когда-то рассказал Хугбранду Ивар, был другим. Он действовал сразу, но последствия были жесткими. Сейчас Хугбранд ни в чем не сомневался: только это и могло помочь.

Сердце бешено колотилось в груди, эхом отдавая в голову. Вокруг заплясали разноцветные круги, и немыслимая ярость захлестнула Хугбранда. Это была не злость, не эмоции в сторону врага. Хугбранд испытывал нечто другое, будто в его тело влили саму стихию, сам морской шторм, гневающийся на весь мир, а не на корабль.