Этот мир не выдержит меня. Том 6 (СИ) - Майнер Максим

Ходить по следу этих «брехунов», разумеется, никто не учил за неимением нужды. Охота для крестьян была строго-настрого запрещена, а кинологическая служба оказалась неспособна производить местных Джульбарсов и Ингусов просто за неимением таковой.

Благородные, проводившие на охотах половину жизни, для выслеживания и загона зверья в основном обходились магией. Но даже будь у каждого из них хоть по сотне собак — это ничего бы не изменило. Ближайшим к нам аристократом был небезызвестный граф вил Кьер, и обратиться к нему за помощью я по понятным причинам теперь не мог.

Впрочем, у меня имелся вариант получше. Вариант чёрный, зубастый и исключительно злобный…

— Это тот, о ком я думаю? — хладнокровно спросил Серый, когда мы спустились в подвал.

В кромешной темноте, которую безуспешно пытался разогнать свет масляного фонаря, горели два янтарно-жёлтых глаза.

— Если ты думаешь о коттаре, то это именно он, — ответил я, шагнув вперёд.

Зверь, по-прежнему невидимый во мраке, глухо зарычал. Ему не нравилась суета, отголоски которой доносилась даже до подвала, ему не нравился свет, бьющий в глаза, но ещё больше ему не нравились визитёры, заявившиеся без приглашения в его берлогу.

— В детстве, когда слышал рассказы о них, мечтал однажды увидеть хотя бы одного, — неожиданно поделился воспоминаниями Серый.

— Мечты сбываются, — ответил я рекламным слоганом, широко известным в постсоветской России.

— Не скажу, что рад этому.

— Ну, тогда в следующий раз мечтай осторожнее. Как видишь, желания имеют неприятное свойство иногда исполняться.

Я подходил всё ближе к центру подвала, но свет фонаря никак не мог выхватить силуэт коттара из темноты. Казалось, зверь просто растворился в густой черноте пространства. Лишь глаза выдавали его присутствие.

— Надеюсь, он хотя бы не голоден, — сказал Серый. — Боюсь, я не смогу защитить нас, если он вдруг решит перекусить. Хотя тебе вряд ли нужна моя защита…

Вопреки словам, в голосе моего спутника не слышалось даже тени страха. Он был спокоен как удав, словно сталкивался с легендарными хищниками если не каждый вторник, то уж раз в месяц — точно.

— А ты думаешь, зачем я тебя сюда привёл? — хмыкнул я, не отрывая взгляда от жёлтых глаз коттара. — Мне нужна помощь кисы, а значит, кису придётся покормить.

— Я вряд ли гожусь на роль лакомства, — мои слова не напугали Серого. — Боюсь, твоя «киса» заработает заворот кишок, если откусит от меня хотя бы кусочек.

— За это даже не переживай. Киса может переварить табурет, причём вместе с сидящим на нём человеком.

— Смею надеяться, я избегу столь неприятной участи.

— Вот сейчас и узнаем…

Я сделал следующий шаг.

Вся эта болтовня была нужна лишь для того, чтобы сбросить накопившееся за последнее время напряжение. Животные хорошо чувствуют состояние человека, его уверенность, его страх, его настрой. А хищники — лучше остальных.

У нас с коттаром сложились не самые близкие отношения. Точнее — их не было вообще.

Зверь худо-бедно признавал моё главенство, кое-как выполнял некоторые команды, но в основном занимался лишь тем, что было удобно ему самому. Он ел, спал и охранял Эльзу и Тори. Правда, защитить девчат от них самих оказалось не под силу даже грозе Гиблого леса…

Свет будто бы «обтекал» сотканную из мрака фигуру. Я ощущал близость к той необузданной силе, что таилась в теле коттара. Ещё шаг, и мы буквально столкнёмся лбами.

Я вытянул руку. Пальцы замерли в сантиметре от ожившей тьмы.

— Мне нужна твоя помощь, — мягко, но уверенно сказал я.

Рычание стало громче, резко изменив тон. Недовольство превратилось в угрозу.

Заматеревший с момента нашего последнего взаимодействия коттар, который к тому же находился на своей территории, плевать хотел на мои просьбы. И без того не особо прочные нити, связывающие нас прежде, оказались практически разорваны.

Ирония заключалась в том, что именно мои сестрички — в особенности Тори — сумели найти со своевольным зверем общий язык. «Красивущая киса» слушалась их практически беспрекословно.

Следующим в коротком списке особо приближённых к шерстяному телу персон был Дру-уг. Однако он покинул лагерь и сейчас нарезал круги вокруг «Наречья» верхом на Усаче, надеясь первым найти двух пропавших «маленьких челоувечекских существ».

Не знаю, что им двигало — желание получить награду или сочувствие к девчатам, — но факт оставался фактом: договариваться с коттаром придётся собственными силами, без участия морфана.

— Боюсь, тебе не удалось заинтересовать «кису» своими проблемами, — негромко сообщил Серый.

В его голосе появилось лёгкое напряжение. Похоже, мой невозмутимый спутник, наконец, ощутил если не страх, то как минимум волнение.

Впрочем, ничего удивительного в этом не было. Рычание коттара, нараставшее с каждым мгновением, могло заставить поседеть от ужаса даже записного смельчака.

— Значит, придётся превратить мою проблему в общую, — тихонько произнёс я, а затем уже громче добавил, изменив формулировку и сместив акцент: — Помощь нужна не только мне. Помощь нужна твоей стае. Эльза и Тори — помнишь таких? Сегодня ночью они ушли отсюда. Сами, но не по своей воле.

Коттар затих, будто бы обдумывая мои слова. Спустя секунду он рыкнул — коротко, без угрозы, но с явным беспокойством.

— Их обманул один очень нехороший человек, — продолжил я. — Опасный человек. Враг.

Рык стал громче, а беспокойство, слышавшееся в нём, — ещё отчётливее. Кроме того, к нему примешивались другие чувства: сожаление и… вина?

— Им грозит опасность, но мы не можем отыскать их следы.

Рык снова изменился. В «голосе» коттара прорезались отчётливые нотки презрительного пренебрежения. Похоже, зверь был не очень высокого мнения о людях как о следопытах.

— Я не смог их защитить. Ты не смог их защитить, — я специально надавил на больную мозоль. — Но мы должны найти их. Вместе. Ты и я.

Ответом на мои слова стала тишина, поглотившая подвал, и силуэт зверя, «прорезавшийся» сквозь темноту. Он позволил фонарю осветить себя, представ передо мной и Серым во всей своей жутковатой красоте.

Мой спутник не сумел сдержать восторженно-удивлённого возгласа. Да я и сам был впечатлён.

Почти неограниченные «харчи» и присмотр со стороны пусть не самого опытного, но всё-таки профессионального ба-аро-ока дали серьёзный результат. Коттар стал куда больше, чем был в момент нашей последней встречи, окончательно превратившись в настоящего монстра. Огромного, как всепоглощающая тьма, быстрого, как редкий отблеск света во мраке, и опасного, как сама смерть.

Янтарно-жёлтые глаза зверя вспыхнули от нетерпения. Он прошёл мимо меня, задержался на мгновение возле Серого, словно решая, достоин ли тот находиться рядом, а затем каким-то невероятным образом выскользнул из подвала через едва приоткрытую дверь.

— Ты… Уверен… Что он… Бежит… Куда нужно?..

Серый говорил отрывисто, экономя дыхание. Последние полчаса мы неслись через лес, не разбирая дороги, в надежде не упустить мелькавший в нескольких метрах от нас сгусток ожившего мрака.

Я ничего не ответил, потому что ответа у меня не было.

Коттар не шёл по следу — он летел по нему, как управляемый реактивный снаряд, ведо́мый указаниями безумного оператора. Непредсказуемо, хаотично, без какой-либо системы.

Зверь легко перепрыгивал через поросшие мхом валуны, ловко петлял между деревьями, а там, где не мог обогнуть препятствие, мимоходом разрушал его одним взмахом гигантской лапы.

Наши успехи были не столь впечатляющи. Даже для Серого и его людей, которые уже давно остались позади, этот безумный марафон стал серьёзным испытанием. Что уж говорить обо мне.

Нет, я привёл собственное тело в более или менее приличную форму, однако и в лучшие годы прошлой жизни мне нечасто приходилось бегать с такой скоростью.

Два шага на вдох, один на выдох. Ритм не оптимальный, но если попытаться его изменить, то станет только хуже. В ушах уже гудело от нехватки кислорода. Нехороший знак. Если наш шерстяной «локомотив» не замедлит ход, то совсем скоро я свалюсь от изнеможения…