— «Пряная голубика», серьёзно? — Я искренне удивился, увидев здесь свою продукцию. — И не лень было везти из Минской губернии⁈
— О, я вижу, вы, ваше сиятельство, знаете!.. Ах, да, конечно! — половой мазнул глазом по моему «флигельскому» шнуру и всё понял неправильно, но переубеждать я его не стал. Как и отказываться от настойки — её там, и правда, полчарки [1] всего, проверю рекомендацию шефа. И, надеюсь, запах специй и кофе перебьёт запах спирта.
После обеда с сюрпризом, кстати — под настойку жаркое и впрямь заиграло новыми красками, надо будет учесть этот опыт на следующем приёме у меня дома, да и домашним рассказать — поймал извозчика и поехал на казённый механический, пребывая в редком для меня в последнее время благодушии. Которое и на проходной не пропало, хоть меня внутрь и не пустили. Нет, узнали, даже слишком хорошо, но без сопровождающего, как было сказано, не положено. Этот самый сопровождающий — тот же отставник, что провожал меня к воротам в прошлый раз, пришёл минуты через три, но в управлении меня уже ждала вся администрация, разве что не выстроившись «во фрунт». Тут и новый управляющий (временный), и такой же временный новый главный инженер, и старый технолог, которого прежнее руководство отставило за несговорчивость, а новое за то же самое качество вернуло, и новый начальник цеха… Видимо, прежнего позиция «всё вижу, но никуда не лезу» не спасла в данном случае. И выздоровевший представитель ГАУ — тоже, как и я, инженер-полковник, но не гвардии.
Не вспоминая отсутствующих, отчитались о состоянии дел:
— Ваше высокоблагородие, годные стволы, по распоряжению из Министерства, отгрузили в Ярославль три дня назад. Брак устранили, продукция на складе, ждёт вашего одобрения. Последнюю партию, где брак неустранимый, использовали для изготовления учебных пособий.
— Да, творчески развили вашу, ваше сиятельство, идею насчёт макетов. Здесь недалеко артиллерийская школа, где готовят расчёты для миномётов, мы с ними договорились и заменили на учебных орудиях стволы на эти недоразумения, только резьбу под предохранители нарезали. Благо, все посадочные размеры совпадают, заменить один ствол на другой недолго.
— Очень в школе эта идея понравилась. Пусть мины у них и учебные, но в сочетании с макетом, где спускового механизма в принципе нет, им гораздо спокойнее. И им, и солдатам, и можно весь цикл отработать, вплоть до заряжания.
— А как потом учебную мину вытряхивают?
— Вместо головного взрывателя рым-болт [2] вкручивают, от него — тросик, за который и вытаскивают. Заодно и показывают, как предотвращается двойное заряжание, и что крышка выстрелу не мешает.
— Молодцы, хорошо придумали — как даже из явного брака пользу извлечь. Вот это — хорошая инициатива здорового человека. — Я спохватился, что дедова присказка окажется непонятной, и уточнил: — Психически здорового, имею в виду. Ну, что же, давайте теперь посмотрим, что и как вы исправили…
[1] То есть — около 64 мл.
[2] Если кто не знает — специальный болт, в котором вместо головки кольцо или крюк для присоединения такелажной оснастки.
Глава 23
Сразу бросились в глаза мелкие изменения. Не то, чтобы я так хорошо помнил, как оно было раньше и сразу увидел отличия. Но то тут свежая краска, то там светлое или, наоборот, тёмное пятно. Понятное дело — новое начальство тут же начинает ремонт в кабинете или перестановки в конторе. Эти пока состоят в ранге «временных», так что кабинетами заниматься не стали, но вот обойтись без переделок вообще оказались не в силах. Не факт, что эти изменения на самом деле к лучшему, нередко бывает так, что через пару-тройку месяцев или через полгодика всё потихоньку, явочным порядком, откатывается к прежнему состоянию, как удобнее. Но — вот совсем не моё дело, абсолютно! Увидели только с дедом вместе, что начальственные рефлексы в обоих известных мирах одинаковы.
Заглянул в цеха, посмотреть, как запускают новую партию будущих стволов, после чего отправился на склад — смотреть, что и как они исправили. Так-так, что это у нас тут? А здесь? А на остальных?
— Господин… ээээ… — я только сейчас понял, что мне представили присутствующих по должности, но не по имени! — Господин инженер, подойдите пожалуйста.
Подошёл, выглядит недовольным, но вроде бы не чем-то конкретным, а так, в целом.
— Да, ваше высокоблагородие? — по званию обращается, подчёркивает чисто служебные отношения, или ещё какая причина? В прочем, всё равно.
— Вот здесь зона с неравномерной термообработкой. Прослабление металла.
— Все параметры в пределах нормы.
И морда каменная, мол, что ты от меня хочешь?
— На нижней границе.
— Параметр выдержан? Норма от ста пятнадцати [1], здесь сто семнадцать.
— Почти сто семнадцать.
— Значит, всё нормально. Дефекта нет.
— Зато остальной металл почти перегрет.
В ответ только пожатие плечами и уже надоевшее:
— Параметры в пределах нормы.
— Лукавить не надо. Норма не «от ста пятнадцати». Норма сто двадцать плюс-минус пять. У вас вот здесь вот — сто двадцать четыре.
— В норматив укладывается.
Не хочет человек идти на контакт.
— Мне, как автору конструкции и держателю подлинников, прямо сейчас внести требование по равномерности термообработки, или вы, господин инженер, перестанете вставать в странную позу, и мы начинаем нормальный разговор.
— О чём вы желаете поговорить, ваше высокоблагородие?
— О технологии термообработки, принятой на вашем предприятии. Поскольку один и тот же дефект…
— Дефект — это отклонение от заданных параметров. Здесь всё в допусках.
Как же он задолбать успел, а⁈
— Ситуация, близкая к дефекту. Вы, чтобы вытянуть характеристики вот здесь — чуть не загнали в брак всё остальное.
— На всём изделии параметры…
— Надоело, честное слово! Вы чего добиваетесь, чтобы я прямо сейчас дополнил требование к прочностным характеристикам после термообработки «допускается неравномерность не более трёх единиц на метр» и забраковал всю партию?
— Нет…
— Так в чём причина недогрева?
— Подставка там, что же ещё?
— Погодите! Должна быть коническая форсунка, фиксирующая дульную часть за счёт частичного погружения в неё, и подпружиненный двузубый упор в казённой части, входящий вот в эти пазы. И передающий вращательный момент на ствол, для равномерности прогрева.
— Оснастка была уничтожена прежним руководством. — Это уже временный управляющий вмешался. — Описания были, но пока нашли чертежи в макулатуре… Сейчас заканчивается изготовление первого комплекта, эту партию уже будем греть, как положено.
— Ну, и стоило Ваньку валять⁈ Кстати, что мешало на подставке сделать пропилы, продольные и поперечные? Чтобы контакт был не по площади, а в нескольких точках? И подвод тепла через пропилы…
Управляющий только руками развёл, а инженер отвёл глаза. Видимо, сам понимает убогость временной конструкции, оттого и переживает, потому и злится. Во всяком случае, хочется надеяться, что так оно и есть, как мы с дедом предполагаем. Я же вздохнул и за несколько минут привёл в порядок лежавший на столе ствол.
— Давайте остальные, поправлю. Поскольку норма — нормой, а неравномерность прочностных характеристик — отдельный разговор.
После повторного исправления бывшего брака вернулись в контору. Там я заполнил все нужные бумаги, узнав, наконец-то, полные имена временных руководителей завода и прочие их регалии. Заметив, как представитель ГАУ недоуменно косится на мой летний мундир, пояснил:
— Я, господин полковник, уже месяц в разъездах, нигде больше двух дней не задерживаясь. Шинель-то можно и готовую купить, а вот мундир правильно построить — недели две нужно. Я уж лучше до дома дотерплю — надеюсь, сильных морозов не будет в ближайшие дни, а надолго меня не задержат.
