Стоп. Почему я в комнате кронпринца?
Пытаюсь встать. Но что-то не даёт мне сделать это, сковывает пространство под грудью. За спиной ощущается какая-то неподвижная стена…
Взгляд скользит вниз. Большая жилистая рука обнимает меня, не давая пошевелиться. Рельефная, украшенная шрамами. Делаю ещё попытку, и она ослабляет хватку, позволяя мне отодвинуться.
Я поворачиваю голову.
Это он. Кронпринц. Он одет в чёрную шёлковую рубашку и брюки. Кажется, спит. На его лице — спокойствие и умиротворение. Брови расслаблены, а рот чуть приоткрыт. Мой взгляд невольно цепляется за его губы.
Подумать только…
Он обнимал меня, лёжа со мной на одной кровати! И я сейчас в его покоях. Но стоит ли мне быть здесь? Нужно поскорее убираться.
Наверное, заметив шевеление, Морвин открывает глаза. Он смотрит на меня. От этого взгляда, прямолинейного, ясного, меня бросает в жар. Нужно что-то сказать, спросить, сделать…
— Как я оказалась здесь?
Мой голос эхом отдаётся от стен полупустой комнаты.
— Я принёс.
Кронпринц не спешит что-то делать. Просто продолжает спокойно лежать, подложив руку под голову.
— Почему сюда?
— Думаю, тебе было бы неприятно, если бы я пришёл в твои покои без ведома и начал там хозяйничать.
Камень в мой огород? Но да, в чём-то он прав.
— А почему… Ты обнимал меня?
Он приподнимает бровь.
— Ты дрожала. Я накрывал тебя одеялом, но это не помогло. Пришлось греть… иначе. Если ты была против, извини.
Щёки вспыхивают румянцем. Верхняя пуговица его рубашки расстёгнута и слегка приоткрывает крепкую грудь. Я изо всех сил стараюсь не смотреть туда.
— Нет, я не против… Кажется я потеряла сознание?
— Да. Повезло, что не прямо там.
Ко мне начинают возвращаться воспоминания. Они болезненной гримасой отражаются на моём лице. До этой минуты я была столь шокирована пробуждением в компании кронпринца, что даже не замечала, как сильно ноет голова. Я массирую виски, пытаясь унять эту боль.
Лёгкое касание на плече заставляет меня вздрогнуть. Морвин уже стоит надо мной, склонившись и протягивая мне кубок.
— Пей. Медленно.
Я беру его в руки, чувствуя холод серебра на ладонях. Но даже когда я принимаю этот кубок, кронпринц не отпускает его, а аккуратно придерживает за дно.
Внутри всего лишь вода. Я делаю пару глотков и развожу ладони, позволяя Морвину забрать кубок. Он ставит его на тумбу у кровати и садится рядом.
— Тошнота, головокружение?
Взгляд кронпринца внимательно изучает меня. Ладонь, на удивление тёплая, прилегает ко лбу. Жест механический, но приятный.
— Нет. — Отвечаю я, пытаясь сосредоточиться на своём состоянии.
— Мне позвать лекаря?
А этого точно не нужно. Как мне объяснить, что я потеряла сознание от того, что почувствовала страх толпы?
— В этом нет необходимости. Я просто…
По спине пробегают мурашки. В памяти всплывает ледяной взгляд, полный ненависти и презрения. Взгляд полковника, пытавшегося убить меня.
Мой голос вдруг звучит сдавленно.
— Его казнят?
Кронпринц убирает руку со лба. Его взгляд ещё пристальней впивается в меня, в нём читается непоколебимая решимость.
— Если ты скажешь.
— Но он же… Он воин. И вроде как не последний человек для королевства. А судя по разговорам с Её Величеством, вы с ним знакомы давно…
— Это не имеет значения. Он пытался тебе навредить. Я должен был отдать приказ прямо там, а лучше — исполнить приговор собственноручно.
В голове проносится воспоминание. То, как Морвин сказал стражнику, что может убить полковника.
Но я не хочу его смерти. Я вообще против того, чтобы кто-то из-за меня умирал. И вообще… Чего стоит моя жизнь? Не жизнь принцессы, а жизнь Беатрис, простой служанки, надевшей диадему и кольцо, чтобы ненадолго ввести всех в заблуждение. Мой грех и так слишком велик. И я не хочу пачкать руки кровью.
— Для начала мне бы хотелось поговорить с ним.
— Исключено. — Тут же прерывает меня Морвин.
Его слово твёрдое, как сталь.
— Но я должна узнать, почему он сделал это… — Я начинаю запинаться от переполняющего меня волнения. — Пытался меня убить. Намеренно или случайно… Я не собираюсь выносить приговор вслепую.
Он шумно выдыхает и переводит взгляд на окно. Кажется, его мысли сейчас где-то далеко. Я чуть не погибла, но даже так… Насколько же, наверное, ему тяжело…
— Отдохни. Потом решим. Феликс вряд ли сейчас способен на разговор. Ему нужно остыть, а тебе — успокоиться.
Морвин встаёт с кровати. И снова с его отдалением я чувствую прохладу. Такую же, как если бы я вылезла из-под тёплого одеяла холодным зимним утром.
Он направляется к двери.
— Уже уходишь? — Вдруг спрашиваю я. Меня пугает перспектива оставаться одной сейчас.
— Здесь тебе ничего не грозит. Я поставлю караул у дверей покоев и на проходах в крыло.
— Дело не в этом… — Мой взгляд падает на руки, безвольно лежащие на коленях. — Я… не хочу сейчас оставаться одна.
Кронпринц замирает.
— Мне нужно решить кое-какие дела. Твоя служанка очень переживала за тебя, я разрешу ей прийти сюда. Барон Тинрейт пока ничего не знает, но скоро и до него дойдут слухи. Его прикажу не впускать.
— Что? Почему?
— Сначала тебе нужно прийти в себя. Потом будете свои интриги плести. Или чем вы с ним там обычно занимаетесь.
Я даже не нахожу, что ответить на это. У него что, повсюду есть глаза? Надеюсь, он не слышал наших разговоров. Хотя, если бы слышал, точно относился бы ко всему иначе и давно бы разоблачил нас.
— Я постараюсь как можно скорее закончить с делами. До моего возвращения не выходи из покоев. — Он бросает взгляд на шкаф. — Можешь почитать что-то из книг. Или мои письма. Только в этот раз сложи их в нужном порядке.
Мои уши загораются краской стыда. Прежде чем он успевает открыть дверь, я задаю вопрос, который мучил меня с того самого разговора в казармах.
— Как ты узнал, что это была я?
Он задерживает на мне взгляд огненных глаз.
— Кай хранит в себе образы всех, кто когда-либо смотрел на его клинок.
Кай? Точно, иногда воины дают имена своим мечам. Значит, это не просто оружие, а какой-то артефакт. Неудивительно, что у него есть собственная аура.
— Мне пора.
Морвин исчезает за дверью, оставляя меня наедине с тревожными мыслями.
Глава 44
Зельда чуть ли не врывается в комнату, толкая дверь снаружи.
— Ваше Высочество! — Она сразу находит меня взглядом. Стражники, рослые мужчины в стальных доспехах, провожают её строгими покачиваниями голов. — Слава Стальной Деве!
Она спешно прикрывает дверь и, кажется, опомнившись, поправляет подол коричневого платья. Её аура слегка встревоженная.
— Вы в порядке, госпожа? — Продолжает она уже более спокойным и размеренным тоном.
Я киваю и слегка улыбаюсь ей. Неужели Зельда и правда так переживала?
— Всё уже позади. Расслабься.
Её аура понемногу обретает прежнее лёгкое сияние. Она подходит ближе и останавливается в паре метров, ожидая моих указаний. Как приятно, что здесь есть человек, который действительно искренне переживает за меня.
— Хотите чего-нибудь, госпожа? Может, принести вам чашечку кофе? Скоро ужин, но если пожелаете, я могу попросить сделать для вас десерт.
Скоро ужин? Значит, я была без сознания несколько часов. И всё это время кронпринц провёл рядом со мной? Просто лежал рядом и обнимал, пытаясь согреть и унять дрожь в моём теле?
— Всё точно хорошо, Ваше Высочество? Вы покраснели.
Я резко хлопаю себя по щекам. Не время витать в облаках.
— Зельда, мне нужна твоя пом…
Не успеваю я договорить, как вдруг из коридора доносится знакомый голос.
— Вы издеваетесь? Пропустите меня! Мне немедленно нужно проведать Её Высочество!
Это что, Кас?
— Если вы сейчас же не дадите мне пройти к ней — пожалеете. И не сомневайтесь, власти Велмара узнают о покушении на принцессу!
