Жрец Хаоса. Книга VII (СИ) - Борзых М.

Что-то в слове «нашем» зацепило меня. Нужно однозначно будет поговорить с бабушкой про Капелькина. Они, наверняка, знакомы.

— И последнее: все вы оказались в столичной магической академии лишь потому, что ваш ранг в какой-либо из магий либо в нескольких направлениях является стратегическим государственным ресурсом. И вы обязаны научиться виртуозно им владеть. В будущем вы — щит на защите империи и вы — меч, разящий её врагов. Ваша учёба — это оттачивание вашей магии и умение с ней правильно обращаться для того, чтобы не причинить раны себе и окружающим. На сегодня все. Подумайте о том, что я сказал.

Капелькин резко развернулся. При этом в нашу сторону полетело множество ледяных сосулек. Я тут же выставил перед нашей тройкой щит пустоты, как и многие первокурсники, однако сосульки на подлёте рассыпались брызгами, явив на столе перед каждым студентом свёрнутый в трубочку лист бумаги, перехваченный синей лентой с тремя каплями — судя по всему, гербом Капелькина.

Развязав ленту, я вчитался в теоретический план занятий. Пробежав взглядом, я задумался над тем, что в целом общие предметы, которые я должен был проходить вместе со всеми, были не так уж и сложны: пространственная геометрия и драконник были азбукой магических конструктов. Их предстояло штудировать всем и вся. Дипломатию, этикет, историю империи и мира, политологию, экономику артефактов и реагентов постигать тоже предстояло долго и упорно, особенно, самородкам из народа и мне, всё ещё плавающему в местных реалиях. Было в программе и кое-что от классического светского образования, как те же иностранные языки, высшая математика, философия, история искусств, фехтование, танцы и верховая езда. Последние два пункта не вселяли в меня оптимизм. Ну и особняком стояла тактическая боевая магия на более поздних курсах, ведь большинство из нас, имея хороший потенциал, должны были защищать империю на поле боя и прикрывать имперскую армию в боях как с другими государствами, так и с магическими угрозами, то и дело возникавшими как внутри неё, так и на границах империи.

А потому, пробежавшись взглядом, я признал, что большинство из того, что нам предлагали для изучения, мне пригодится, и академию желательно посещать не для галочки, а для собственного развития.

Глава 21

Мечта всех и каждого — хотя бы раз в жизни разорваться на парочку собственных копий, чтобы успеть везде. У меня этой ночью появилась такая возможность. Готовились к штурму мы основательно. Бабушка мне выдала несколько энергетических накопителей для подзарядки и почти ведро всевозможной алхимии, заточенной на регенерацию, восстановление резерва, ясность мысли и прочие полезные воздействия.

Всё это отправилось ко мне в личное Ничто, в то время как сердце демона, скрижали пустоты и самоучитель по магии кошмаров пришлось оттуда убрать. Нагрудник Атикаи я отдал Кхимару, но тот отказался от подобного «подарка».

— Рановато его выпускать, пусть ещё потомится.

Если я правильно понимал подоплёку происходящего, пространственный карман был подарком Пустоты, а она барышня обидчивая и наверняка постарается забрать у меня всё и даже больше. Потому хранить там ценности не имело смысла.

Убрав всё в родовой тайник, мы выдвинулись на химерах в посёлок Каменный Брод, наименьший из трёх выделенных Светловыми в качестве виры. Чуть меньше трёх тысяч душ и семь с половиной тысяч десятин земли, затерянных среди непролазных лесов. Основные статьи дохода: заготовка мёда, ягод, грибов, деревообработка в прошлом и торфодобыча.

Минимум свидетелей и минимум жертв в перспективе среди местного населения. Какой бы скотиной ни был Светлов, но ставить под удар своих же людей он не стал.

Химеры несли нас в сторону Петербурга в размеренном ритме, будто войска, вышедшие на марш.

— Ты уверен, что у тебя получится? Одно дело держать иллюзию, и совсем иное вдохнуть в неё жизнь, — Кхимару беспокоился. Проникнувшись волнениями бабушки, он хотел меня подстраховать от возможной неудачи. — Расход энергии будет колоссальный. К тому же Кродхан и Маляван тоже запитаны на тебя и спустя час начнут использовать твой резерв в качестве батарейки.

— Значит, нужно справиться быстрее, чем за час, — сделал я закономерный вывод.

Погода, на удивление, способствовала спокойному перелёту. Грозовой фронт мы обошли по краю и теперь могли любоваться чистейшим небом с мириадами звёзд Млечного Пути. Мы летели почти над верхушками леса, потому легкие распирало от хвойной свежести.

К Каменному Броду мы должны были прилететь к трем-четырём утра, времени, когда любой человек чувствовал усталость больше всего. Каждый из демонов знал свои задачи, а я знал свои. У Войда и вовсе была только одна задача — жрать любую попавшую вражескую силу и подпитывать нас. Я же был отчасти предоставлен собственным мыслям.

Отчего-то меня потянуло на философию. Допустим, у меня в прошлой жизни была семья. Вероятно, не была, а даже есть, раз они обо мне беспокоятся, пытаются меня отыскать. Другой вопрос, какая она? Родители, брат, сестры… Явно кто-то могущественный в плане магической силы, если смогли пробиться в другой мир, заточенный и зацикленный на перерождения.

До восемнадцати лет, прожив сиротой, Юрий Угаров не предполагал наличия семьи, попросту не зная о ней, был одиноким. Я своей нынешней семьёй уже привык считать Эльзу, бабушку, людей, которые доверили Угаровым собственные жизни и трудились на их благо. Даже тот же Гор и Войд были близкими мне существами. Что же касается демонов, пока я не мог их никак отнести к какой-либо категории, скорее воспринимая как временных соратников.

Но я даже сейчас понимал, что каким-то чудом в лице Елизаветы Ольгердовны и Эльзы обрёл великую редкость для аристократов, а именно — любящую семью. И пусть пока она состояла исключительно из женщин, но тот же Олег Ольгердович и Алексей тоже беспокоились обо мне, хоть мы не были с ними достаточно близки.

Интересно, какой же была та прошлая семья? Родители, брат, сестры… Я поднял взгляд к Млечному Пути, который эрги называли Рекой Времени, и задумался, что, по сути, её видела и моя семья из прошлой жизни. Возможно, в этот момент кто-то из моей родни точно так же взирал на Реку Времени и думал о том, в какие дебри меня занесло. Скучали ли они по мне, тосковали? История умалчивает. Я же из-за потери памяти не испытывал в отношении них никаких чувств, кроме любопытства. Возможно, это было спасением. А возможно, амнезия нацелена было вовсе не на это, а на то, чтобы скрыть истинные объёмы знаний и силы. В любом случае, кем бы я ни был раньше, свой жизненный путь в этом мире мне ещё предстояло пройти.

Ну а для подобных кратких мигов размышлений оставалось взирать лишь на Реку Времени, которая была дверью в один конец при путешествии между мирами.

Юрдан Эсфес, наследный принц империи Сашари

Юрдан перенёсся на крышу Обители Крови, дождавшись, пока отец отправится в Чертоги Высших и не сможет отследить его перемещение в пределах мира. Усевшись у основания накопителя, ставшего тем самым ковчегом тринадцатого Великого Дома Эсфес, наследник империи Сашари облокотился спиной на адамантиевые лозы и позволил им оплести себя.

— С какой бедой ты пришёл ко мне, Юрдан Эсфес? — поинтересовался ковчег. — Мальчишкой ты привык бегать сюда пожаловаться на несправедливость, чрезмерную опеку и требовательность отца. Что же сейчас привело тебя ко мне?

Юрдан молчал какое-то время, подбирая слова, но спустя несколько секунд всё же заговорил:

— Моя душа с рождения была привязана к тебе. У меня не было шансов отправиться в Реку Времени, слишком уж ценна была роль Йордана и всех остальных аспидов из рода Эсфес, пожертвовавших собой ради возрождения нашего Великого Дома. Но некоторые жертвы всё же должны быть принесены не только в прошлом. И потому я хочу спросить у тебя: возможно ли временно отключить привязку моей души к тебе после смерти?