Пожар войны (СИ) - Коган Мстислав Константинович

— В таком случае, мне понадобится четыре набора штемпелей, — бросил кузнец, — И две печати. Для оттиска на металле и для прожига на коже.

— На это у нас тоже найдутся средства. Но к работе надо приступить сегодня же. И желательно закончить её до нашего отъезда из Торбруне.

— Но как-же о… — мне снова пришлось перебить кузнеца.

— Я не припомню, чтобы ты перетрудился на поле боя. Кроме того, после того, что я увидел и услышал сегодня утром, отдыхать не будет никто. У нас накопилось слишком много проблем, и слишком много работы нужно проделать, чтобы их решить. С одной мы, надеюсь, разобрались. Едем дальше через мост, — я ненадолго замолчал, вспоминая, что у нас там дальше по списку. Ага. Свободное время и отсутствие иных источников дохода, кроме контрактов. Если приплести сюда переизбыток трофеев, то пожалуй можно прихлопнуть трёх зайцев одним выстрелом.

— Трофеи. Свободное время. И источники дохода, — коротко резюмировал я, — Все три проблемы можно решить одним махом. Вернее, одним человеком, — я выдержал паузу, чтобы приковать к себе всё внимание собравшихся, — Роте нужен собственный торговец. Не человек, на постоянном жалованье, а именно купец, который будет выкупать у нас трофеи и перепродавать их на местных рынках, оставляя себе разницу в ценах. Учитывая, сколько у нас скопилось разного барахла, неплохо бы найти такого в самое ближайшее время.

— Ну, как он может помочь нам с деньгами, я, пожалуй, могу понять, — хмыкнул Бернард, — Продажа трофеев и правда, не самый дурной способ дохода. Тем более, что банда Когтя — явно не последние бандиты, с которыми нам предстоит иметь дело. Да и с трупов Алерайцев мы тоже сняли богатый урожай. Однако, хоть убей не понимаю, при чём тут свободное время.

— Всё просто, — улыбнулся я, — Он ведь будет скупать не только наши трофеи. Но и то, что ему притащат солдаты. Всякие мелкие безделушки, шкурки животных, добытые на охоте, всякую мелочёвку, снятую с трупов и оттёртую от грязи, крови и ржавчины.

— Но ведь у нас запрещено мародёрство, — возмутился поэт, — За это разве…

— Запрещено, — перебил его я, — Но все всё равно им занимаются. И никак ты это не остановишь. Хватит того, что они честно сдают нам мечи, шлема, кольчуги и всё то, что не могут спрятать за пазухой. Вот пусть и развлекаются, приводят в порядок, продают и зарабатывают. Тем более, — я снова взял паузу, чтобы привлечь внимание собравшихся, — После смерти большая часть из того, что они заработали и не пропили, отойдет в казну отряда. Тех, у кого есть семья, в отряде можно сосчитать по пальцам одной руки. Не считая тех, кто обзавёлся ей тут. Так что, мы немногое потеряем, позволив людям делать это открыто.

— Кое-что всё-таки потеряем, — покачал головой Бернард, — Дисциплину. Сейчас, конечно, они воруют вещи. Но делают это украдкой. Знают, что получат пиздюлей, потому и стараются не провоцировать драки и не бегут обдирать трупы прямо на поле боя. Если им это разрешить — то отряд рассыплется очень быстро. При виде золота или камней, которые можно прикарманить, большинство забудут и о контракте и о боевом братстве, превратившись в стаю стервятников, дерущихся над трупом.

Это и правда, имело смысл. Вот только, как решать эту проблему, я не знал от слова совсем. Запретить людям обирать трупы? А кто тогда будет этим заниматься? Командиры самолично будут шариться по их карманам, и стягивать с немытых ног вонючие сапоги? Создать специальную команду из солдат, которая будет этим заниматься? А кто будет проверять их?

— Н-у-у… — начал было я, судорожно прикидывая в уме, как решить эту задачку. Но в этот раз лейтенант меня опередил. Бернард понимал, что в подобных вопросах мне просто недостаёт опыта. Того самого, который имелся в избытке у него. Однако, в отличие от множества других командиров, я был готов слушать и этот опыт перенимать.

— Круговая порука, — отрезал он, — И наказание такое же, как за воровство. Спёр с поля боя — значит, украл у собратьев. Но! — Бернард выдержал многозначительную паузу, — Придётся выплачивать людям не только премию за риск, но и как минимум половину от стоимости этих самых трофеев, поровну распределяя деньги между бойцами.

Решение… Весьма изящное. Большинство предпочтёт честно сдать трофеи и получить часть их стоимости деньгами, чем прятать и пытаться сбыть их самостоятельно, рискуя получить палкой по хребтине. В моменте мы, конечно, потеряем в доходе, но зато сохраним отряд. Да и всё равно, часть потом вернётся в казну, тем или иным способом.

— Годится, — кивнул я, — Однако это не помешает бойцам заниматься ещё и личным… предпринимательством. Многие из них раньше имели профессии. Кто-то работал с деревом, кто-то с металлом, кто-то с кожей. А если дать людям возможность зарабатывать, то кто-то захочет и научиться. Глядишь, и наши мастера себе из таких парней подмастерьев отобрать смогут.

— Мне уже хватает учеников, — покачал головой Вернон, — Однако если парни начнут сами собирать целебные травы, то я вполне могу их выкупить за счёт казны отряда. Это, как минимум, будет дешевле, чем брать их у местных травников. А, если случится излишек — я вполне могу сбывать его нашему торговцу либо в виде сушёных пучков, либо в виде отваров и зелий.

— А вот мне бы парочка учеников пригодились, — почесал затылок Алфрид, — Конечно таких, у которых руки не из одного места растут и не трясутся после парочки кружек хорошей водки.

— Так ты себе учеников ищешь или собутыльников? — хмыкнул Роберт, и над столом вновь повис шепоток лёгких, и в то же время — едва сдерживаемых смешков.

— А одно другому мешает? — кузнец с искренним удивлением воззрился на поэта, — Как говаривал мой дед, когда есть с кем выпить, тогда и работа вдвое лучше спорится.

— Ага, и умер он от цирроза печени, — едко заметил Вернон, устало откинувшись на спинку стула. Бессонная ночь давала о себе знать. Вот только у лекаря она была куда менее приятной, чем у меня.

— Не, от колик в животе, — начал было Алфрид, не поняв подколки, — У него так живот раздуло справа и…

— Достаточно, — снова отрезал я, на этот раз воздержавшись от удара по столу. Не стоило демонстрировать свою силу слишком часто. Это могло просто-напросто её обесценить, — Значит купим ещё парочку походных наковален, простых инструментов и материалов. Пусть делают гвозди, вьют кольчугу или ещё чем-нибудь не слишком сложным, но полезным занимаются. Деньги на это выделим.

— Я бы тоже мог предложить им кое-что, — добавил Хавель, до этого момента сидевший тихо и внимательно наблюдавший за нашим разговором, — В отряде есть несколько опытных лучников. Я мог бы обучить их некоторым приёмам охоты. Так у отряда всегда будет свежее мясо в котле, вместо солонины, а шкуры они смогут продать. Или отдать кожевеннику, если у нас такой появится.

— После Тура, у нас осталось немало плотницкого инструмента, — заметил Вернон, — Возможно стоило бы поискать среди наших того, кому не чужда эта профессия. Нам ведь нужно будет чинить телеги, как-то латать щиты и заниматься прочими… — он на мгновение замялся, пытаясь вспомнить, что ещё в отряде делает плотник, но затем, махнув на это рукой, добавил, — работами. А кроме того, некоторые поделки из дерева тоже можно продать. От кукол до деревянных солдатиков, если они, конечно, хорошо сделаны. Быть может такое ремесло тоже скрасит чей-то досуг.

— В общем, мысль мою вы уловили верно, — я попытался улыбнуться, но долбаный нерв опять всё испортил.

— Угу, — кивнула Айлин, — Осталось только найти торговца. Достаточно отчаянного, чтобы лезть ту задницу, в которую регулярно залезаем мы.

— Скорее уж отчаявшегося, — поправил её Бернард, мрачно ухмыльнувшись. И тут, внезапно раздался голос шпиона, который, как на первый взгляд могло показаться, тихо спал всё собрание.

— Похоже боги вам благоволят, — улыбнулся он, не открывая глаз, — Как раз такой торговец попался нам по пути. Мастер Фаррад. Вы могли его видеть в гостевом домике, когда вчера поднимались в замок, или когда сегодня спускались. Он там остановился со своим слугой и телохранителем, — Бертран замолчал, слегка приоткрыв веки и обведя нас тяжелым, но ничего не выражавшим взглядом.