Подумала немного.
— А потом вы на мне, я так полагаю, женитесь?
— Вообще, не планировал, — мужчина с новым интересом уставился на меня.
— Боюсь, что в этом случае наши с вами переговоры зашли в тупик, — призналась я. — Я не готова демонстрировать свои сокровенные места постороннему мужчине. Это слишком личное.
— Но что я скажу госпоже Иванне? Что мне отказали?! — патетично воскликнул мужчина, но в глазах его я разглядела веселые искорки.
Определенно, это самый странный доктор на моей памяти. И он мне нравится. Но сейчас мне не до флирта. Не потому что я стыдливая, а потому что битая, и к сожалению, не только жизнью.
— Что тетушка приехала зря и ее надежды не оправдались. Но раз ваша специальность повитухи осталась невостребованной, может посмотрите, что у меня с плечом? Я не могу двигать одной рукой.
Это было абсолютной правдой. После того, как лекарство подействовало, Иванна помогла мне сесть, и я даже чувствовала себя неплохо, вот только болела голова и правая рука висела плетью.
— И тогда вы позволите осмотреть вас? — доктор сощурился, явно насмехаясь надо мной.
— Издалека, — согласилась я.
Рассмеялся.
— Ладно, непросвещенная девушка из деревни. У меня есть диагностический артефакт, но я должен сам лично положить его вам на живот так, чтобы он касался голой кожи.
Подумала, что пожалуй можно еще что-то выторговать у лекаря, но решила быть скромнее. И произнесла просящим тоном хорошей девочки, задирая таки подол:
— А как же мое плечо, доктор?
* * *
С плечом оказалось все печально, на один перелом наложился второй и что-то там вдобавок защемило, поэтому, несмотря на все манипуляции и лечение доктора, ходить мне в ближайшее время с рукой, подвешенной на “косынке”. Еще выяснилось, что у Айны неправильно срослись кости в ноге, и поэтому я буду хромать. Кроме того, у девушки сломано два ребра, разбит затылок, она получила сотрясение мозга и вообще выжила не иначе как чудом и божьим промыслом.
Когда тетушка и баронесса выслушали заключение доктора, последняя заявила:
— Говорю же, совершенно бесполезная, бестолковая и неловкая девка. Муж терпел ее из жалости и добросердечия. Так и норовит убится, глаз да глаз за ней нужен.
Тут в комнате рядом заплакал ребенок, и баронесса немного подождала, глядя на меня с раздражением, но поскольку я не двигалась, отправилась к малышу сама.
Она что, правда думала, что я сейчас все брошу и пойду успокаивать ребенка?
“Хотя да, именно так она и думала”, — дошло до меня чуть погодя, когда все больше осколков о жизни моей предшественницы всплывало в памяти. Эта “добрейшая” женщина мало того, что держала баронскую дочь в черном теле, так она еще все время норовила выставь ее полной неумехой. Специально толкала под руку, когда барон не видел, не гнушалась поставить подножку, толкнуть или дернуть за волосы.
Однако, милая семейка мне досталась.
Иванну я тоже с трудом, но припомнила. Она была сестрой барона, удачно вышла замуж и уехала в столицу. Пока Айна была ребенком тетка ее или старательно не замечала, или шпыняла. А сейчас зачем-то пожаловала… Тоже нужна нянька?
— Айна, я все же настаиваю, чтобы ты поехала со мной, — сказала тем временем тетушка, устраиваясь рядом. — Что тебе делать в этой дыре? Сингрид однажды убьет тебя, столкнув с лестницы, или устроит еще что-нибудь. Подумай, как это расстроит твоего отца.
Моего отца уже скорее всего сильно расстроило, что его дочь погибла в аварии. А я ведь хотела родителям денег отправить… Не успела.
— Это не баронесса, — сказала я, — это была случайность.
— И все равно я не понимаю тебя! Я даю тебе шанс увидеть столицу! — тетка не намерена была сдаваться, тем более, что доктор подтвердил мою нетронутость.
— Тетя, мы обе понимаем, что вы приехали сюда не за этим. Что вам от меня нужно на самом деле? — я устала, а мысли о родных вовсе ввергли меня в тоску.
— Ладно, — женщина прошла по комнате и села на колченогий табурет, жалобно скрипнувший под ней. — Я скажу. Но обещай не отказываться сразу.
И тут за хлипкой дверью снова зашелся плачем ребенок. Я дернулась в порыве встать и забрать его у баронессы, и тетушка это заметила.
— Я знаю, что тебе предложить, — сказала она, решительно поднимаясь.
Она вышла, оставив меня в недоумении, но вскоре вернулась с ребенком. Положила его рядом со мной. И я потерялась в своих чувствах. Комочек было одновременно жалко до слез, и что-то в душе наполнялось теплом и нежностью. Довольно необычные ощущения, которые я никак не могла переварить.
Иванна, пока я приходила в себя, рассыпала что-то у порога каморки.
— Варварская магия, — пояснила она мне. — Но действенная. Называется “шепоток”. Создает помехи и мешает подслушивать.
Магия? Еще и она вдобавок? Нет, все же это слишком для моей психики. Я человек сугубо рационализированный и в мистику не верю. В мультимиры еще могу, но магия… Перебор.
— К делу, дорогая племянница, — тетку мои терзания не волновали. Она с упорством носорога двигалась с своей цели. — Не знаю, откуда взялась твердость в твоем характере, мой брат слишком мягкотел, и мне ты тоже запомнилась скромной, тихой и забитой девочкой, но раз ты желаешь знать, так и быть, объяснюсь. Все дело в этих ужасных северных князьях-варварах. Они, видите ли, должны быть женаты.
Видимо последний факт тетушку очень расстраивал, потому что она снова принялась перебирать снадобья, оставленные ее лекарем.
У меня же появилась пауза для раздумий. В памяти Айны было что-то о том, что на севере холодно. Не просто холодно, там вроде какая-то ледяная пустошь то ли с демонами, то ли еще с кем, и злая Стужа, которая рвется на материк. И ей тут с младенчества пугают детей. Глянула на брата. Мальчонка уснул под моей рукой и теперь сладко сопел. Сердце мое снова затопило нежностью.
Господи, ну что за сказки-то? Они тут в бабу Ягу не верят, случайно? И как можно такого кроху запугивать какими-то снежными демонами? То ли дело у нас: “Придет серенький волчок и ухватит за бочок”! Кхм, тоже альтернатива так себе вообще-то.
Не найдя нужного, Иванна полезла к себе в сумочку, достала оттуда пузырек, приложилась к нему, потом подышала в платочек и чинно сложила руки на коленях.
— Тетушка? — поторопила я женщину, стараясь избавиться от смятения, охватившего меня, пока я тихонько гладила по головке спящего брата.
— Эти Стражи Севера просто невыносимы. Один из князей пожелал устроить отбор невест. Разумеется, наш король не смог ему отказать. Ты же помнишь, насколько мы уязвимы перед всеми их проделками.
Она уставилась на меня, и я на всякий случай согласно кивнула, одновременно пытаясь вытащить из головы, что Айна знала о князьях и стражах.
С погодой, как я уже вспомнила, здесь творилось черт-те-что. Баронство отца Айны находилось севернее столицы и больше других страдало от замораживающих ветров и внезапных поземок. Сообразила, что это как-то связано с наступлением ледникового периода, и в голове наконец-то прояснилось.
На севере есть семь независимых княжеств. Их правители каким-то образом сдерживают глобальное обледенение и не дают ему продвигаться вглубь континента. Но время от времени оттуда приходят ветра, и они страшное бедствие для местных аграриев, поскольку вызывают внезапные заморозки и губят урожай.
Также при недосмотре Стражей Севера, как зовут тут князей, среди лета может выпасть град или случиться еще какая-нибудь шляпа. Все понимают, что работа мужиков важна, но при этом проклинают их, уверенные, что они специально творят эти гадости.
— Стражи хоть и варвары, но князья же, считаются равными нам, аристократам, — продолжала тетушка. — И жен им нужно не простых. Жребий пал в том числе на нашу семью. Но ты же понимаешь, что Ванга не может отправиться на север? Моя девочка не приспособлена для этого!
Снова пришлось напрягать память, и от этого сотрясенный мозг тихо взвыл к пощаде. Но что делать, надо, значит надо.
