Системный Кузнец XIV (СИ) - Мечников Ярослав

— Марко.

— Марко. И вот тот тихий, неприметный, что сквозь щель пролезет. Сельмо. Такой в разведке цены не имеет. — Он загнул ещё палец. — Нико, вертлявый, тропы знает. И задира этот, огневик, что тебе дерзил. Гвидо.

Я нахмурился.

— Гвидо и Сельмо — тут я не согласен.

Брок поднял бровь.

— Это отчего?

— Не понравились глаза. — Я пожал плечами. — Как смотрел Гвидо, когда дерзил — там не строптивость даже, а гнильца. А Сельмо своё прошлое поминать не захотел, и глаза у него бегали при этом. Мне и снаружи борьбы хватит. Внутри отряда её ещё разводить неохота.

Брок усмехнулся в усы.

— Там как раз строптивость, а не гнильца. А я строптивых уважаю — сам такой. — Он покачал головой. — Тут не соглашусь с тобой, парень. Из дерзкого, коли его к делу приставить, лучший боец выходит. А тихого с тёмным прошлым я в узде удержу, не впервой.

— Тогда бери их себе, — сказал я. — Под свою руку и под свою ответственность. Держи в узде, раз берёшься.

Брок хмыкнул.

— По рукам. Мои будут.

— Ещё кто?

Охотник глянул на меня искоса, и по лицу его пошла хитрая прищурка.

— Да есть ещё, — протянул он. — Только я нарочно всех не назвал. Хотел сперва тебя послушать. Кто тебе приглянулся. Сойдёмся мы с тобой глазом или разойдёмся.

Я кивнул. Имена были у меня наготове.

— Рыжий, Ренцо. Быстрый, глаз цепкий, и загорелся честно, сам себя выдал. Такой рвётся к делу, его не тянуть придётся, а придерживать. Пьетро, что нас окликнул. Молодой, горячий, а сердце на месте — за родню свою в Деревнях болеет, оттого и не спит. Такой не продаст. Вигго, что молчал да взвешивал всё — за ним ум чувствуется, не пустой. Раф, у которого руки в ожогах, — этот работы не боится и терпелив. — Я перевёл дух, вспоминая. — И ещё двое, что назвались вяло, а глядели твёрдо. Гвин со второй шеренги и тот, второй, широколицый, Орсо.

Брок молчал. Лицо у него сделалось серьёзным, он глядел на меня и не перебивал.

Я закончил и ждал.

Он выдержал паузу, а потом крякнул и хлопнул себя по бедру.

— Ну, парень. — Голос у него был довольный. — А ты не дурак. Ровно тех назвал, кого и я себе на ум брал. Всех до одного. — Он покачал головой. — Значит, глаз у нас с тобой один. Это хорошо. С этим и работать можно.

Через десять минут в Сборном чертоге остались только те, кого мы назвали. Тринадцать человек. Прочих помощник вывел обратно к постам, и зал сразу переменился. Народу поубавилось, а места будто прибавилось. И воздух стал другим. Остались те, кто был нужен, и я это чувствовал, ещё не оборачиваясь к строю. На душе от этого сделалось теплее. Всё шло верно.

Тринадцать пар глаз повернулись к нам. Больдо стоял впереди, Хаген поднялся со скамьи и держался прямее прежнего, Пьетро переминался с ноги на ногу, не в силах устоять на месте.

Я вышел на середину.

— Значит, так, — сказал я. — Вы теперь Калёные. Все, кто тут стоит. И на этот час отряд делится надвое. Каждый пойдёт под своё дело, потому что дела у нас два, и оба неотложные.

Народ подобрался.

— Первое дело — на Броке, — продолжил я. — С ним пойдёт половина. — Я стал называть, глядя на каждого. — Больдо. Дарио. Марко. Гвидо. Сельмо. Раф. Шестеро.

Названные шагнули к охотнику. Больдо кивнул мне коротко и встал по правую руку от Брока, и остальные потянулись за ним.

— Вторая половина — со мной, — сказал я. — Хаген. Нико. Ренцо. Пьетро. Вигго. Орсо. Гвин. Семеро.

Мои перешли на мою сторону. Хаген шёл ровно. Пьетро оказался у меня за плечом первым.

Я оглядел, как встали два отряда. Больдо возьмёт на себя порядок при Броке, у него к этому годы опыта. Дарио ходил по морю матросом, и там, у воды, на лодке, он будет на своём месте. Марко закроет собой любой пролом. Хаген с его шестёркой и огнём пойдёт со мной вниз, к каверне, где жар и теснота. Нико знает тропы вокруг города лучше прочих, а нам к каверне ещё добираться. Разошлось само собой, ладно.

— Теперь по делу, — сказал я. — Брок, слушай ты и твои.

Охотник кивнул, скрестил руки.

— Из туши сейчас тащат ядро морского Лорда. — Я говорил ровно, чтобы всё дошло. — В проливе, под вражьими вымпелами. Как вытащат — его повезут на остров. От этого ядра зависит многое. Война с Альдорией, целость острова, и всех Вольных Городов заодно. За такое золото любой глотку перегрызёт. Ваше дело — довести его до места и уберечь. Брок, ты сам охотник Гильдии Ядра, тебе там всё знакомо. Разузнай, как именно его думают везти, и собери вокруг него конвой свой. Калёные это ядро и повезут, и стеречь будут.

Я повернулся к помощнику, что стоял у стены.

— А тебе первое поручение от Ока. Готовь лодку и место для ядра надёжное, чтоб спрятать хорошо, под замок и под стражу. К утру доложишь Броку, что сыскал, когда они вернутся.

Помощник склонил голову.

Мужики у Брока переглянулись, и я увидел, как их подобрало. Каждый понял, к чему приставлен. Дело было крупное — не караул у ворот отстоять, и от этого спины у них выпрямились. Брок уже перекинулся с Больдо парой слов вполголоса, хлопнул Марко по плечу, оглядел своих с его коронной хищной прищуркой.

— Ну, соколики, — проговорил он им. — Слыхали? Ядро на нас. Хрен кто у нас его уведёт — хоть с моря, хоть с суши. Я за такое дело сам кому хочешь руки поотрываю.

Гвидо хмыкнул, но уже без прежней дерзости.

Я перевёл взгляд на своих семерых.

— Теперь мы. — Голос я сбавил. — Под горой бьётся Спящий Лорд. Его нужно усыпить обратно, пока он не пробил скалу. Сейчас в каверну пойдет особый отряд охотников с моим оружием. Мы пойдём с ними и проследим, чтоб оружие пустили в дело как надо, по цели, и чтоб оно не ушло по дороге в чужие руки. Там два оружия будет. Так вот — надо проследить, чтоб первым пустили то, которое я укажу. Это важно. Ошибутся с порядком — беды не оберёмся.

Хаген прищурился.

— А цена ему какова, оружию-то? — спросил он.

— Такая, что за один похожий болт кое-кто предлагал мне двести золотых, — сказал я. — И я отказал. Вот вам и цена. Но дело не в цене даже, а в значимости его.

Хаген присвистнул тихо. Пьетро уставился на меня во все глаза. Вигго молчал, но по лицу его было видно, что он всё складывает и взвешивает. Нико переступил с ноги на ногу, готовый хоть сейчас бежать искать тропу. Орсо стоял тяжело, и только моргал, принимая слова. Гвин глядел твёрдо, из-под бровей, но в твёрдости уже не было прежнего равнодушия. Ренцо кусал губу, словно сдерживая себя, чтобы не выпалить что-нибудь вперед времени.

— Лорд этот, если вырвется, сотрёт остров, — добавил я. — Так что тут не побегушки. Тут всё решается.

Люди закивали.

Я обернулся к Эйре, что стояла у двери с Ульфом.

— Ты пока пристрой Ульфа здесь, в Цитадели, где потише и понадёжнее. Чтоб был в безопасности, пока мы в делах. — Я поглядел на великана. Пых у него на плече приоткрыл глазок. — А сама жди тут. Как принесут ядро — будь при нём. Что ты станешь делать дальше, в делах Цитадели — решим, когда с этими двумя делами управимся.

Эйра кивнула. Ульф прогудел тихо, что подождёт, что им с Пыхом тут тепло.

Я оглядел оба отряда ещё раз.

— Вопросы есть? Всё ли ясно?

Мужики молчали, поглядывали друг на друга. Кто-то пожал плечами.

— Ясно всё, — сказал Больдо за всех. — Дела важные. Чего тут не понять.

— Один вопрос есть, — подал голос Ренцо из моих.

— Говори.

Он помялся, потом всё же выпалил:

— А за такое к жалованью прибавят? Или так, за честь одну?

По залу прошёл смех. Понятно было, что шутка, но с той долей правды, которая в таких шутках всегда есть. Даже Хаген усмехнулся сухо.

— Обсудим, — сказал я серьёзно. — Считаю, что за такое дело платить надо, и платить по совести. Сам переговорю с Иль-Примо. Добьюсь, чтоб надбавка была, и весомая.

Тут уж оживились все. Я увидел это по лицам разом у обоих отрядов. Ренцо расплылся, Пьетро толкнул локтем соседа, даже Дарио со своими тяжёлыми веками чуть повёл углом рта. Слово про весомую надбавку зашло вернее всех моих речей про остров и Лорда, и я это отметил про себя, не расстроившись. Люди есть люди — деньги всем важны.