Жрец Хаоса. Книга VIII (СИ) - Борзых М.

Поэтому я решил подстраховаться и направился прямиком в Кремль. Чем хорош был почётный шифр камер-юнкера, так это возможностью беспрепятственно попасть к принцу на беседу. Понятно, что злоупотреблять подобным не следовало, однако же сейчас был именно тот случай, когда подобная привилегия сыграла мне на руку. Во дворец меня пропустили беспрепятственно.

В приёмной принца меня встретил один из отпрысков Морозовых, которого как раз-таки назначили в качестве замены Солнцеву.

Интересно, а вернётся ли графский наследник обратно на службу, либо же принц окончательно даст ему отставку? С проблемами кошмаров ведь уже покончено.

Размышляя подобным образом, я попросил Морозова доложить обо мне принцу. Тот кивнул и ушёл, вернувшись через четверть часа, не меньше.

— Его Императорское Высочество ожидает вас у себя в кабинете, — сообщил Морозов. Уж не знаю почему, но парень робел в моём присутствии, хотя возраст у нас с ним был примерно одинаковый.

Принц действительно был у себя в кабинете. Стоило мне войти, как он с лёгкой улыбкой поприветствовал меня, отложив в сторону артефакторное перо. Кабинет его отражал сдержанную мощь: высокие стеллажи с кожаными корешками томов, тяжёлый дубовый стол, заваленный картами и документами, и единственное личное украшение — старинный церемониальный меч Пожарских в драгоценных ножнах, висевший на стене за спиной.

— Добрый день, князь. Рад, что нашёл время заглянуть. Давненько с тобой не общались просто так. Всё по делу да по делу.

— Ну как же, — ухмыльнулся я. — Мне не стереть из памяти наш с вами незабываемый вояж в бордель.

Мы с принцем переглянулись и улыбнулись.

— Тем более, насколько я мог судить, он принёс некоторые результаты.

— Это ты про назначение Лисицына? — уточнил принц, отодвигая от себя очередную папку с документами. — Есть такое. В торговлю я его не отправил, всё-таки немного не его профиль. А вот с задачей организовать мою коронацию, я надеюсь, он справится.

Я разглядывал принца. Тот был спокоен и в хорошем настроении; глаза его блестели, а щёки разумянились, будто бы он только что пришёл с холода.

— Ты по поводу инцидента в академии? — спросил он первым, изучая моё лицо.

— А вам и об этом уже доложили? — вопросом на вопрос ответил я.

— А как же! Если на территории Российской империи абсолютно случайно убили индийскую принцессу, я должен быть в курсе подобной информации. Собственно, как и матушка с Великим князем.

В этом он был абсолютно прав. Убийство представителя правящего рода какого-либо государства вполне могло бы стать поводом для объявления войны. Поэтому умалчивать и скрывать подобное от власть держащих было не просто неуместно, а в принципе губительно, и это могли принять как признак саботажа действующей власти.

— Тогда, прежде чем перейти к теме моего визита, хотел бы уточнить: к Угаровым вопросы по этому поводу имеются?

— Какие вопросы? Удивительно, что вы ещё так… технично сработали. Без жертв среди нашей аристократии, — отреагировал принц, складывая пальцы домиком. — Поскольку будь на вашем месте кто-нибудь другой, с усыплением заморачиваться бы не стали — под горячую руку попали бы все без разбора. Нашу аристократию я не выгораживаю, пороков там хватает. Но, судя по тому, что мне доложили из академии, всё-таки какие-то рамки у них были, за которые они вдруг решили выйти в случае с княжной. Насколько умышленным и злым являлся умысел, сейчас разбираются Савельев, Капелькин и ваш ректор.

— Нас Алхазовы уведомили о том, что жаждут увидеться.

— Ещё бы они не уведомили, — проворчал принц. — Так-то их наследник вместе с сестрой до сих пор под домашним арестом в академии сидят.

— Для этого есть причина?

Принц откинулся на спинку кресла.

— В том-то и дело, что есть. Поэтому и не спешим с выводами. Так что ни о чём не договаривайся с ними, пока не получишь официального заключения от Капелькина.

— Спасибо за совет, — поблагодарил я принца.

— Так что же всё-таки привело тебя ко мне? — перешёл он к сути, взглянув на массивные настольные часы. — Не подумай, я беспредельно рад тебя видеть, но через полчаса я обещался провести время с сестрой. А потому хотелось бы успеть решить все вопросы до того.

— Без проблем. Мне нужно, Ваше Императорское Высочество, ваше содействие. Или страховка. Называйте как хотите.

— Интересное начало разговора, — улыбнулся принц, и в его глазах вспыхнул живой интерес. — В чём именно дело?

— Дело в том, что мне в руки попала некая информация о сосредоточении в одном месте залежей определённых руд. Информация, скажем так, эксклюзивная и вполне достоверная.

— Даже интересно, откуда она у вас взялась, Юрий Викторович? Угаровы в жизни не были промышленниками.

— Все верно, Ваше Императорское Высочество. Именно потому я и пошёл на разговор с Никитой Сергеевичем Железиным. Всё-таки не сказать, чтобы они были монополисты, но достаточно крупные игроки на металлургическом рынке империи, как и на горнодобывающем. Я в разговоре с ним примерно обозначил объёмы залежей, но не указал место, где они находятся. За подобную информацию с местоположением просился в долю от будущих разработок. Доля — в районе десяти процентов, хотя на самом деле я готов был и на гораздо меньшие объёмы, но в финансовом плане. Железо, ванадий, титан в абсолютном выражении мне ни к чему, а вот деньги бы пригодились. Однако же есть у меня подозрение, что Железин-старший всеми правдами и неправдами попытается сопоставить данные о составе бассейна со старой картой геологоразведки и придёт к вам или в Геральдическую палату уточнять принадлежность тех или иных земель. Оно ведь как: если он сам случайно отыщет, обнаружит и заберёт себе землю, в долю меня брать не придётся.

— Так подожди, а что ты хочешь от меня? — принц приподнял бровь, но его пальцы непроизвольно потянулись у одной из свёрнутых в рулон карт.

— Я хочу, чтобы вы попросили кого-нибудь отследить этот процесс и сообщили мне. На раздумья я дал Железину сорок восемь часов и честно предупредил, что самостоятельно такой кусок я не переварю и что мне гораздо проще отдать его империи. Но поскольку у нас с ними сложились хорошие отношения, я прежде всего сделал предложение им. От своих слов я не отступаюсь. Вам я сейчас сообщу о местонахождении рудного бассейна. И если Железин правдами и неправдами попытается увести его под себя, то, по сути, он попытается увести его и у меня из-под носа, и у империи. А это уже есть нехорошо.

— Юрий Викторович, а что, если я сам поставлю кого-нибудь на разработку этого бассейна после получения от вас информации? — принц откинулся на спинку кресла и принялся сверлить меня взглядом.

— В целом-то вы можете, — без запинки ответил я, поймав его оценивающий взгляд. — Тогда недра империи будут работать на её же благо. Не вижу в этом проблемы лично для себя. Вы себя зарекомендовали как человек рациональный, в меру адекватный и справедливый. А потому так или иначе, вам честь будет претить использовать полученную информацию нечестным путём. Ну либо же отдаритесь чем-нибудь в эквиваленте.

— Не напоминай про «отдаритесь», — принц усмехнулся, и в уголках его глаз собрались лучики смешливых морщинок. — Так-то за мной ещё должок, если помнишь.

— Я, признаться, уже и подзабыл, о чём была речь, — честно признался я, чувствуя лёгкое замешательство.

Видя моё недоумённое выражение лица, принц только рассмеялся.

— Боги, святая простота! Одни поклоны оббивают да шапками пол подметают, требуя для себя почестей и наград, другой не помнит то, что ему было обещано. Ты же смотри, я тебе имение в Крыму так и подарю, как в той детской сказке.

Я тоже улыбнулся.

— Как пожелаете нужным, Ваше Императорское Высочество.

— Какова хоть цена вопроса, что ты не постеснялся прийти к принцу? И где находится сия сокровищница или кладовая, империи?

На всякий случай я проверил магическим взором, нет ли кого-либо за стенами и панелями кабинета, а после написал на небольшом клочке бумаги название одного из Курильских островов. Протянув принцу надпись, я увидел, как у того брови вскинулись.