Жрец Хаоса. Книга VIII (СИ) - Борзых М.

Алексей с недоверием переводил взгляд с меня на бабушку и обратно.

— Леш, — осторожно заговорила княгиня мягким голосом, будто боясь напугать ребёнка, — я правильно понимаю, что принципиальных возражений против такого союза у тебя нет? Имей в виду, насильно склонять к браку тебя никто не будет. Присмотрись, пригласи барышню в оперу или в театр. Если будет она тебе мила, то займёмся переговорами, в том числе и о брачном договоре.

Я думал, что Алексей воспримет в штыки подобное указание о союзном браке, однако же, на удивление, он воодушевился.

— Хорошо. Если можно, дайте мне неделю на размышления и на более близкий контакт с Берсеньевой. Тогда приму решение.

— Без проблем.

Алексей ушёл, мы же остались с бабушкой наедине. Та только покачала головой, глядя на меня.

— Вот смотрю я на тебя, Юра, и не понимаю всё-таки, какую же роль ты выполняешь у нас в роду. Вначале я думала, что ты политик до мозга костей — налаживаешь связи, решаешь проблемы. Но в последнее время я думаю, что ты политик ровно до того момента, пока ничто и никто не угрожает нашей семье. Стоит кому-то попытаться приставить нам нож к горлу, ты превращаешься в воина.

— Так и есть, бабушка, так и есть. Я считаю, что многие вещи можно решить, не расчехляя оружие. Другой вопрос, что принципиальные оскорбления я предпочитаю смывать кровью своих врагов.

— Ты что-то хотел ещё обсудить?

— Да, хотел, — кивнул я. — Ко мне тут вчера пришла госпожа Юмэ Кагэро и просила содействия в смене личности после выхода из рода. Она не хочет иметь ничего общего со своим собственным японским кланом и просит кого-либо из нас подтвердить её новую личность. Я же в раздумьях, честно говоря. И дело даже не в недоверии — в перспективе она может стать нам хорошим союзником, и клятву крови мне она принесла. Я скорее не понимаю, как это будет выглядеть. Ведь ты уже брала на себя опекунство Юмэ на время, и если сейчас возьмёшь на себя опекунство ещё одной азиатской магички, это может вызвать соответствующие ассоциации. Проще говоря, легенда будет шита белыми нитками.

Бабушка понимающе улыбнулась.

— Не обязательно заниматься этим нам. Попроси Кхимару. Он как-то сказал мне, что Юмэ чем-то напоминает ему одну из его дочерей. Я думаю, он будет рад таким образом помочь девочке сменить будущее, свернуть с накатанной колеи на нечто новое. Будет воспитанницей Хильмерика Трихёвдата. Я не вижу проблемы, — пожала плечами бабушка.

Действительно, об этом я как-то не подумал. Кхимару я всё больше воспринимал как демона, но ведь ввёл-то я его в наше общество как боевого товарища деда. А потому мало ли какая у него семья? Если уж он взялся меня обучать, то вполне могло случиться так, что и воспитанницу перевёз поближе к себе. Не оставлять же одинокую незамужнюю девицу где-то там, в Скандинавии, если сам перебираешься на время жить в Российскую империю. Что ж, легенда при минимальном рассмотрении выдерживала критику, а значит, нужно было переговорить с Кхимару.

Я поблагодарил бабушку за отличный совет.

— А что ты говорил по поводу Железиных?

— Мы со Эсрай слетали на Курилы и проверили там кое-какие рудные месторождения. Хочу сверить выданную мне альбионкой аналитику с официальными данными имперской геологоразведки. А потому, если найду несоответствие в плюс, то на этом можно будет заработать.

— Юра, никто не даст тебе разрабатывать Курилы. Там же источник… Ты же читал…

— Бабушка, будь там магический источник, Курилы бы у нас японцы отбирали с гораздо большим усердием и большими силами, как ту же Океанию. Там действительно был источник магии жизни. Они за счет него результаты своих кровосмесительных связей исправляли.

— Это тебе тоже Юмэ рассказала? — ошарашенно уставилась на меня княгиня, и дождавшись моего кивка, добавила: — Если кто-то узнает… её убьют. Такая информация доступна очень ограниченному кругу лиц.

— Она… — я внезапно замер, осенённый догадкой. Идеи одна безумнее другой принялись появляться в моей голове. Нужно было их обсудить сегодня с Кхимару. Пока же я постарался успокоиться и вернулся к разговору, — японцы на Итурупе обнаружили месторождение возобновляемого редкого металла, и лишь поэтому вялотекуще сражаются за него. Будь там магический источник, война бы разразилась всерьёз.

Бабушка нахмурилась.

— Идея насчёт получения процента с добычи интересная, но разработка месторождений — дорогое удовольствие. Сомневаюсь, что ты даже один процент у них сможешь выгрызть. Тем более добычу необходимо будет вести под носом у японцев. Попробуй поговорить с Никитой, у вас вроде бы сложились хорошие отношения.

— Всё так, — подтвердил я. — Поэтому и собираюсь встретиться сегодня, пока есть время.

— На следующие выходные ничего не планируй, — предупредила меня бабушка, — старейшины Волошиных прибудут, попробуешь побродить во снах этой троицы… Они помнят ещё более древних существ, чем те, которых ты вытащил у Капелькина.

— Владимира Ильича тоже рано сбрасывать со счетов, — заметил я. — У него «багаж» памяти явно побольше будет, чем мне показали.

— Правильно понимаешь, — согласно кивнула бабушка. — Но будем пытаться дотягиваться до всех, кто ещё остался жив из старой гвардии. Они — первоочередные цели.

— Елизавета Ольгердовна, а ведь мы ещё из ваших снов не вынимали химер, — напомнил я.

— А получится ли? — засомневалась бабушка. — Всё-таки сны магов, скорее всего, имеют несколько иную природу, чем у меня, — грустно пожала плечами бабушка.

— Вы сами сказали, что архимагов бывших не бывает. Вот и магов тоже. Не попробуем — не узнаем, — успокоил я её. — Тем более, вы-то своих должны помнить наперечёт. Видели всех, да и момент смерти чувствовали наверняка. Другой вопрос, что вам сложнее будет возвращаться к этим эмоциям, и если это будет причинять вам столь сильную боль, то, возможно, и не стоит бередить старые раны.

— Нет, Юра, ты не понимаешь, — княгиня перевела взгляд в окно, где снова начался ливень. Осенняя погода ни разу не радовала. — Если это подарит жизнь моим детищам, я готова пережить эту боль хоть сотни и тысячи раз. Главное, чтобы ты смог их вытащить оттуда.

Я же про себя подумал, что бабушке придётся переживать её действительно тысячи раз лишь потому, что легион её включал более пяти тысяч особей.

— Значит, на неделе постараюсь заглядывать к вам в покои, оставляйте дверь открытой. Ваших химер-стражей я предупрежу, чтобы не беспокоились. Попробую кого-нибудь вытащить у вас из снов.

— Хорошо, — согласилась бабушка и подняла на меня полный надежды взгляд: — Будешь брать меня на тренировки с собой? Я обещаю не мешать… но так хочется вновь посмотреть на своих в деле…

— Обязательно, Елизавета Ольгердовна, — пообещал я бабушке. Сам же подумал:

«Если моя идея окажется осуществимой, то вы же сами и вновь возглавите свой легион!»

Глава 19

Встреча с Железиным проходила нелегко. Я не надеялся, что меня с распростертыми объятиями примут в бизнес и выделят долю лишь на основании предоставленной информации. Однако же я делал ставку не просто на наличие информации. Нет, любую информацию можно преподнести по-разному, и я собирался сделать презентацию с наибольшей выгодой для себя.

С Никитой Сергеевичем мы встретились все в той же «Бересте», до которой так и не доехали с Урусовым. Кабинет клуба, как всегда, дышал солидностью и дорогой сдержанностью: темный дуб панелей, приглушенный свет от массивной бронзовой люстры, мягкие кожаные диваны, утопающие в глубоких тенях. В воздухе витали тонкие ароматы старой бумаги, дорогого табака и воска для дерева. Сам Железин выглядел пышущим здоровьем и оптимизмом — чего-то подобного я раньше за ним не замечал. До этого служба во дворце, казалось, выжимала из него все соки. Неужто количество камер-юнкеров у принца увеличилось и теперь у Железина появилось больше свободного времени? Эти вопросы я не преминул задать ему лично.

— В этом нет секрета, дорогой Юрий Викторович, — усмехнулся Никита Сергеевич, развалившись в кресле предельно расслабленно. — Просто с моей-то предельной занятостью дворцовый лекарь прописал мне тонизирующую настойку. И её результат вы видите налицо. У меня появилось больше энергии, пропала тревожность. Я перестал страдать бессонницей. Засыпаю, стоит только голове коснуться подушки, и в целом сон лучше восстанавливает мои силы. Посему, это всего лишь алхимия.