Купеческая дочь (СИ) - Хайд Адель

В этой реальности Вера ещё нигде не бывала, но ей бы хотелось съездить посмотреть, как устроена жизнь и торговля в соседних государствах. Любопытно, что в этот раз в приглашении были указаны несколько имён негоциантов, прибывших из-за океана, и Вера, заинтересовавшись внесла себе в план обязательно посетить.

На такие обеды следовало ездить с сопровождением, но брать с собой Рощина, который всё ещё долечивался, да и являлся главой её охраны, было неуместно, и Вера ещё накануне написала Алексею Потапову. Тем более, что они с ним уже появлялись вместе в обществе, и соответственно никто бы не удивился тому, что этот молодой дворянин её сопровождает.

А уже в доме Виленских, как Вера надеялась скорее всего соберутся люди, которые знали почему тот ухаживает за купчихой.

Алексей приехал к Вере заранее, несколько обиженный, что пропустил операцию по её освобождению, но обрадованный тем, что Вера всё же про него не забыла.

На обед приглашали к пяти вечера, Вера с Алексеем так и поехали, Вера решила, что не стоит сильно рано приезжать, рассчитывая, что и остальные съедутся ко времени.

Здесь она ещё в дворянских семействах, кроме дома Садовниковых, не бывала, а учитывая, что сословная разница всё же в этой реальности и в этом времени была ещё достаточно высока, то может и не побывает.

Оделась Вера как обычно, в своём стиле, немного отличающимся от моды, принятой в столице у дам, ей и по роду деятельности не подходили пышные туалеты, поэтому Вера предпочитала одежду более практичную, так чтобы и ходить в ней было удобно и дышать.

Платье было тёмного тона, но всё же не чёрное, а скорее тёмно-синее, единственным украшением приколола небольшую брошь, изображавшую цветочек аленький, работы фирмы «Сазиковъ». Несмотря на маленький размер, брошь смотрелась элегантно и дорого, преобразуя в общем-то довольно скучное, без кружева и открытых плеч платье в необычный и загадочный наряд.

Вера уже много выяснила об Ирэн, и то, что ей принадлежат многие производства, и, что во множестве привилегий на интересные новинки, явно опередившие своё время, выпущенных за последние годы, стоит её имя. И у Веры даже зародилась идея, а не могла ли быть Ирэн тоже вот такой же вот, как и она прошедшей сквозь время и сохранившей память.

И несмотря не горечь, которую Вера испытывала из-за того, что граф Морозов до сих пор увлечён Ирэн, Вере эта женщина однозначно нравилась.

Едва войдя в дом Виленских, Вера вдруг осознала, что там тоже пахнет пирогами, и оттенок горечи, который она снова испытала, осознав, что не только она, но и дом её участвует в это странной конкуренции, чуть было не испортил ей настроение. Однако хозяйка дома, сама вышедшая ей навстречу с искренней и тёплой улыбкой, вдруг развеяла всю горечь, как будто бы её и не было.

─ Вера Ивановна, я так рада, что вы всё же приехали, ─сказала Ирэн,─после всех пережитых вами волнений, очень вам за это благодарна

─ Называйте меня просто имени, ─ предложила Вера, и по тому, как красиове лицо Ирэн расслабилось, почувствовала, всё сделала правильно.

Алексей вдруг почувствовал себя лишним, и Ирэн, как опытная хозяйка отправила его

К мужчинам.

─ Идите Алексей Леонидович, там ваши коллеги собрались.

Вера с трудом подавила желание бежать туда, чтобы проверить приехал Морозов или нет

─ Пойдёмте Вера Ивановна покажу вам наш дом, ─ сказала Ирэн, и наклонившись добавила, ─ правда мы настолько редко здесь бывали, что я сама иногда путаюсь.

Ирэн повела Веру в оранжерею, а Вера шла и думала, что вряд ли какая-либо другая дворянка снизошла бы до неё, пусть и богатой, но всё равно купчихи, чтобы вот так вот водить по дому и всё рассказывать

Так ей и сказала:

─ Вы так непохожи на местное общество, я к иным дамам даже подойти боюсь.

─ Я и сама некоторых боюсь, ─ со смехом призналась Ирэн и, вдруг развернувшись, сказала:

─ А вы тоже непохожи на местных купчих.

Вера замерла, как-то она была не готова сразу так раскрывать о себе, и отшутилась:

─ Может учителя другие были?

И Ирэн больше не спрашивала, только в её взгляде Вере показалось что она увидела сожаление.

Вера познакомилась с детьми Ирэн, совершенно потрясающий сын с серьёзными глазами своей матери, и веселая улыбчивая золотоволосая девочка, а малышей к гостям не выводили.

─ Вы бы хотели детишек? ─ спросила Ирэн, заметив, как Вера общается с её дочкой, Танюшей.

─ Да , очень ─ искренне ответила Вера, и в этот момент почувствовала, что в гостиной они с Ирэн не одни, подняла глаза и увидела графа Морозова, он, видимо, не ожидал здесь увидеть сразу и Ирэн и Веру, и у Веры кольнуло в сердце, наверное, граф шёл с Ирэн поговорить, иначе зачем он зашёл в эту гостиную.

─ Якоб Александрович ─ воскликнула Ирэн, как хорошо, что вы пришли, идите к нам. И Вера сначала захотелось сбежать, а потом подумала том, что она никогда не бегала, и сейчас не будет.

И посмотрела прямо в лицо Морозову, а он будто почувствовал, что она полна какой-то странной решимости и ничего не сказал, кроме того, что очень тепло поздоровался.

─ Вы слышали, Якоб Александрович, новую идею государя императора? – спросила Ирэн, и обратилась к Вере, словно заодно рассказывая и ей.

─ Представляете, Вера Ивановна, в Питерграде в начале лета будет международная промышленная выставка, и наш император решил, что иностранных гостей надо поразить, озадачил моего супруга, и я себе уже всю голову сломала, чем поразить.

А Вера вдруг возьми и скажи:

─ Надобно парк развлекательный делать, это станет самым необычным.

Глава 55

Ирэн даже вздрогнула и переспросила:

─ Развлекательный парк?

Вера смутилась:

─ Да, парк с качелями, горками и каруселями, и чтобы и летом работал, и непременно зимой можно было на коньках кататься.

Ирэн задумалась и тихо пробормотала, так тихо, что больше никто не услышал, а Вера услышала:

─ Парк аттракционов*.

(* В России первый парк аттракционов — «Луна-парк» — был открыт в Санкт-Петербурге в 1912 году на улице Офицерской (Теперь Декабристов). В состав комплекса, в частности, входили чёртово колесо (центробежный аттракцион высокой скорости, разбрасывающий людей по сторонам), катальные горки (горная железная дорога с тоннелями и крутыми виражами)

Вера взглянула на эту необычную женщину и подтвердила:

─ Парк аттракционов*.

(* Слово было заимствовано из французского языка, где attraction означает «притяжение»)

Пока такого понятия в Стоглавой не было, хотя здесь, как и в Российской империи всегда любили устраивать развлечения. Летом ставили на народные гуляния качели и высокие брёвна, подвязывая к ним толстые морские канаты, где по низу, продев одну ногу в петлю можно было, отталкиваясь второй, раскрутиться наподобие карусели.

А по зиме строили большие горки, с которых катались и розовощёкие укутанные, похожие на бочоночки детки, и дородные купчихи с красными от удовольствия и мороза лицами, и даже аристократки, которые могли позволить себе лишь лёгкий румянец.

А вот парков аттракционов пока не было, так чтобы стоял он круглый год и не просто там качели поставить, а сделать из этого место, куда бы приходили, и погулять, и отдохнуть, и поесть.

─ А что же в этом уникального, ─ спросил Сергей Михайлович Виленский, когда уже сидя за столом, и ожидая смены приборов, Ирэн озвучила эту идею.

─ Тем, что в парке этом можно будет встретить знакомых сказочных персонажей, да и горки можно спроектировать с инженерной составляющей, ─ неожиданно даже для себя ответила Вера, которую немного покоробило, что в голосе Виленского прозвучало недоверие.

Вера сидела напротив графа Морозова, и старалась не смотреть на него. Вернее так, она старалась смотреть на него так же, как и на всех остальных, например на графа Забела, но получалось плохо.

Граф Морозов приехал один, но его посадили с симпатичной девицей, имени которой Вера не услышала, только поняла, что незамужняя воспитанница какой-то казачки, подруги хозяйки дома, приехавшая в столицу, и принятая у Виленских под присмотр.