Капеллан: Цена Силы. Том II (СИ) - Нетт Евгений

А в глазах твари не было ни боли, ни страха. Только ярость. Бешеная, всепоглощающая ярость раненного хищника, перед мордой которого застыл его мучитель.

Он рванул ко мне прямо так, волоча перебитые лапы. Стал ли он медленнее? Ничуть. Убил бы он меня, если бы я праздновал победу? Да, он бы просто откусил бы мне голову, не отступи я назад и не выстави перед собой слабый барьер, выигравший половину секунды.

Спасительная темнота потерны саваном опустилась на плечи, а каменная кладка затрещала, сбрасывая ледяной панцирь — с такой силой денивис ударился об неё, просунув в дверной проём лапу, оставляющую в каменном полу глубокие борозды.

В голове гудело, а руки горели огнём так, словно сам Трон счёл меня чрезмерно наглым и самоуверенным, решив походя избавиться от неблагонадёжного последователя. Но мне всё равно хватило сил для того, чтобы сорвать со спины запасной меч, обнажить его, перевернуть лезвием вниз — и со всей силы опустить на лапу беснующегося монстра.

Клинок прорвался через шерсть и шкуру, войдя точно между пальцев.

Денивис взвыл, и вой этот эхом пронёсся под сводами потерны. Он отдёрнул лапу, и меч, ударившись о стену, вылетел из раны, по льду подкатившись прямо к моим ногам.

Я понимал, что такой укол едва ли способен серьёзно навредить чудовищу такого калибра, но что-то внутри меня ликовало от возможности лично, своими руками пустить этой гниде кровь.

Я ненавидел терять людей, и вдвойне ненавидел ситуации, когда цель вынуждала меня приносить в жертву тех, кто в меня верит. Оба мечника остались там, снаружи. Оба дрожали от ужаса, но не дрогнули, не побежали. Оба закрывали меня собой до конца.

И оба ждали, что я прикрою их, подняв магический щит.

Но я разменял их жизни на лишние секунды, потому что иначе не успел бы сковать денивиса достаточно быстро и надёжно.

— Больно, сволочь? — Я оскалился, глядя в глаза беснующегося снаружи монстра.

Поднял левую руку, собираясь с силами, но применить заклинание не успел — денивис, заметив мой жест, замолк и бросился куда-то в сторону. А спустя секунду затрещал камень, и по характеру этого треска я понял — он карабкается вверх по стене так, словно та никогда и не была чем-то неприступным.

Я выскочил наружу и запустил в спину твари ледяной шип, вонзившийся в израненный таз порождённой Кромкой мерзости, но она совершила последний рывок — и перевалилась через стену, исчезнув в темноте за пределами крепости.

— Трон тебя раздери!.. — Выругался я, скользя взглядом по округе. Трупы. Кровь. Бозу и арбалетчик — у крепостной башни, настороженно смотрят в мою сторону.

Прислушавшись и обратившись к восприятию, я понял, что денивис действительно сбежал. Мой старый меч ещё было видно в снегу, так что я, выдохнув, вернул «запасной» за спину, и, покачиваясь, двинулся откапывать любимое оружие.

Бозу появился рядом спустя половину минуты. Он тяжело дышал, а от его левой руки шёл дымок — перчатка не развалилась только чудом. Лицо капеллана заливала кровь из глубокой царапины поперёк лба, но его глаза горели всё тем же боевым задором.

Словно мы и не тряслись пять минут назад, как два цыплёнка вблизи мясобойни.

— Он ушёл. — Прохрипел мужчина, мазнув взглядом по краю крепостной стены. Тишину разрывало только наше дыхание, да шелест падающего снега.

— Да. Ушёл. — Я осмотрел клинок своего меча, чудом уцелевшего под лапами этой туши, весящей, пожалуй, сильно больше тонны. Матёрый денивис… кто бы мог подумать, что я встречу его меньше, чем через полгода после того, как оставлю обитель? В прошлом я бы не поставил и гроша на своё выживание, а поди ж ты. — Мы чуть пупки не надорвали, но только ранили его…

— Два мага и пятеро капелланов-орденариусов, Саэль. Это минимум, с которым идут на такую мерзость. А этот ещё и матёрый, сколько лет — не скажу даже примерно. В седине весь… — Капеллан качнул головой. — Нужно возвращаться в штаб. Срочно.

— Бозу. — Я поднял на него взгляд. Моё лицо осунулось. — Денивис ранен. Тяжело. Но он жив, и может двигаться. Если мы оставим его там…

Бозу замер. Я видел, как до него доходит смысл не произнесённых мною слов. Как меняется выражение его лица — от усталости к пониманию, от понимания к ужасу.

— Рой. — Выдохнул он. — Проклятье. Если они найдут его…

— Они найдут. — Я вогнал меч в ножны. — Раненое, искалеченное порождение Кромки, которое не сможет сопротивляться или бежать. Они заразят его. Подчинят. А то и переплавят во что-то более… жуткое. Более смертоносное.

— И получат чертовски живучего и опасного монстра, ведомого сознанием роя. — Закончил Бозу. — Который будет в разы опаснее, чем этот. Даже если чуждые не смогут его улучшить…

Я кивнул, чувствуя, как внутри меня разрастается холодная пустота, предвещающая очередное приключение, которое я в гробу видал и ни за что не согласился бы на подобное, будь у меня выбор. Мы только что чудом выжили, потеряв шестерых человек. И теперь долг велит сесть на хвост тому, от чего стоило бы бежать без оглядки, загоняя лошадей, а когда те падут — драпать на своих двоих.

— Сколько отсюда до штаба, Бозу?

— Двое суток, если повезёт с погодой. — Капеллан цокнул языком. — И столько же обратно. За это время он залижет раны и уйдёт туда, где его только чуждые и отыщут. Шансов, что он сдохнет от ран — один из десяти.

— А твои парни, оставшиеся снаружи? У них при себе есть что-то, что может нам помочь?

— Арбалеты. Мечи. Всё это бесполезно против денивиса, даже раненого. — Бозу скривился. — Что-то ему сделать можем только мы вдвоём, а сил у меня на донышке, Саэль. У тебя?

Я прислушался к себе:

— Бой выдержать могу. Если эта мерзость достаточно ослабнет… — Я кивнул на кровь, ровной дорожкой прочертившую весь путь нелюди по двору и стенам. — … а мы не ошибёмся во время боя… процентов шестьдесят, что у нас всё получится. Но не без дополнительных потерь.

Бозу бросил взгляд на трупы в снегу.

— Твоя правда. — Выдохнул он. — Но нам нужно прийти в себя. Перевязать раны. Минут двадцать. Иначе мы рухнем, не пройдя и километра.

Я кивнул:

— Вернёмся к выжившим. Шер? — Арбалетчик, бледный, как полотно, поднял на меня взгляд. — Спасибо, что не подстрелил. Идти можешь?

— Я цел, господин капеллан. — С уважением, которого не было до боя, произнёс он. Протянул руку. — Сумку вашу, господин капеллан. Донесу хотя бы, всяко легче будет…

Я не стал спорить, отдав бойцу увесистую поклажу, скакать с которой было и правда крайне неудобно. Но усиление тела, пока было активно, сглаживало шероховатости, а после я и не заметил того, как сильно ноша тянет меня к земле.

— Саэль. — Бозу поравнялся со мной, едва я закончил снимать сигнальные талисманы. — То заклинание, которым ты его сковал. Откуда оно? И как потянул такое?

— Из головы. — Честно ответил я. — Компиляция нескольких заклинаний, которые я изучал. Импровизация, баланс на голой воле. И риск. Он почти вырвался, и запаса по времени у нас не оказалось…

— И всё же, времени этого хватило. — Капеллан похлопал меня по плечу. — Будь со мной любой другой собрат по Ордену, и мы бы все там полегли, как пить дать. Дурнины в тебе, Даррик, как в маге каком. Нам чертовски повезло с тем, что ты выжил и наткнулся именно на наш отряд…

«Если считать мою неадекватную способность находить самые мерзкие проблемы в любом месте везением… Да поможет Трон всем тем, кому предначертано оказаться со мной рядом».

— Рано, Бозу. Сначала надо добить эту гниль и выжить при этом. Будет чертовски обидно так здесь и загнуться, не устроив переполох и не заставив заикаться какого-нибудь брата-квестора…

Бозу, замолчав на секунду, нервно рассмеялся, и было в этом смехе нервного напряжения столько, что хватило бы на полсотни капелланов. В мирное время.

— Мы выживем. — Сказал он уверенно. — Потому что, Саэль, я обязан посмотреть на морду «инквизитора», когда ты будешь ему пересказывать все свои похождения.

В последующие полчаса мы добрались до своих, отправили по трём разным маршрутам конных вестовых, перевели дух — и двинулись по следу твари, которая, к нашему счастью, оказалась слишком слабой, чтобы ломиться по непролазным снегам.