Идея пришла простая: организовать вывоз этого камня в деревню. Пусть там его перерабатывают — колют на булыжники поменьше, обтёсывают. Из этого можно и дома построить, и дороги замостить, и заборы каменные поставить.
Камень — основа основ.
Мысли понеслись дальше. Чтобы делать нормальные, ровные каменные блоки, нужны инструменты, навыки, время. Очередной вызов для моих организаторских способностей, если коротко.
Но это уже следующий этап. А пока что нужно наладить логистику: телеги, лошади, люди.
Дороги вокруг, кстати, были в удручающем состоянии. Просёлочные пути размывало дождями, они зарастали травой, про количество колдобин я уж и молчу.
Идеи, как водится, рождались быстрее, чем возможности их реализовать.
Я уже собрался возвращаться в шахту за новой порцией камней, как заметил движение на тропе. Приближалось несколько фигур.
Я даже чутка напрячься успел, но это оказались мои шахтёры в сопровождении двух гвардейцев для охраны. Они шли на смену и, увидев меня, замедлили шаг.
— Ваша милость? Вы что здесь? — первым спросил старик Василий.
— На инспекцию, — ответил я, отряхивая руки от каменной пыли. — Как дела?
Мужики переглянулись.
— Да мы… честно работаем. Магических камней, господин, почти нету. Мы всё, что нашли, передали гвардейцам вчера вечером. Они должны были Макару Семёновичу сдать. Честное слово!
— Честное-пречестное? — сощурился я, хотя и не думал подозревать работяг в воровстве.
Ну, сами разговор завели.
— Конечно! Вот только две штучки маленьких нашли… Если вы за этим пришли, можете проверить, хоть все наши дома обыскать! Ничего мы не прятали!
Я вздохнул.
— Не за этим я здесь, а по своим делам. Расслабьтесь. Вы молодцы, работайте дальше.
На их лицах отразилось облегчение. Василий даже кивнул с одобрением — мол, правильный барин, не давит понапрасну.
— Спасибо, господин, — проговорил он. — Уголь неплохо идёт. Толстую жилу нащупали, богатую.
— Отлично. Кстати, вот, — я указал на несколько новеньких кирок, которые принёс с собой и сложил у входа. — Обновлённые. Попробуйте поработать.
Василий подошёл, взял одну, взвесил в руке.
— Легче, кажется… И в руке удобнее лежит.
Ну ещё бы. Кузнец над сплавом постарался, а я над рукоятью. Чтобы эргономичная была. Никакой магии, прошу заметить.
— А старые-то куда? — спросил другой шахтёр.
— Ну, вы же хотели своих родственников к работе подтянуть? — напомнил я. — Возьмите кого-то потолковее из ваших пацанов, дайте им старые кирки.
Мужики снова переглянулись, но на этот раз с пониманием. Кивнули.
Я наблюдал, как они, взяв новый инструмент, скрылись в шахте вместе с охраной.
Может, и не стоило брать этих родственников. Управлять толпой всегда сложнее, чем малым, сплочённым отрядом. Но шахта — такое место, где ты должен доверять своим напарникам. А кому ты будешь так же сильно доверять, как родным людям?
Правда, чем больше людей, тем больше нужно гвардейцев для охраны. Придётся добавить ещё одного к смене у шахты. Ильдар, конечно, будет ворчать, но справится.
С этими мыслями я, забрав свои находки, отправился обратно в усадьбу. Времени на сон уже не было, да и не хотелось спать. Нужно было заняться обработкой добытого.
Первым делом — омовение. Смыть с себя липкую смесь пота, пыли и подземной сырости. Потом — в свою мастерскую.
Разложив перед собой дневную добычу, я прикинул, за что взяться. Новый зелёный камень с серебряными вкраплениями я отложил — для него нужна особая подготовка.
Остальные, более простые кристаллы, требовали превращения во что-то полезное здесь и сейчас.
И тут меня осенило. Свет. Мне нужно больше света. Не только для себя. Баба Катя и её помощницы на кухне вставали затемно, чтобы к утру приготовить еду на всех.
Они работали при чадящих факелах, что было неудобно, вредно для глаз и просто пожароопасно.
Электричество в усадьбе имелось, конечно, но слабое. Старый, еле живой ветряк на холме и пара потрескавшихся солнечных панелей на крыше обеспечивали током лишь несколько комнат. На всё имение его не хватало.
Да и проводка была дерьмовая, а часть её я уже успел вырвать из стен и пустил на свои поделки.
Я узнал, кстати, что в городе, да и у богатых дворян, вроде того же барона Тернова, с электричеством было всё в порядке.
Ну и пусть. Мне электричество, в принципе, и не очень-то нужно. Я могу обойтись магией.
Взял три слабеньких, но чистых кварца и принялся за огранку. Потом нанёс на каждый кристалл микроскопическую рунную схему. Причём довольно сложную: поглощение рассеянной мировой маны, её аккумуляция в кристалле и последующее преобразование в свет.
Такие светильники могли светить два-три месяца, а то и больше, прежде чем потребовалась бы ручная «дозаправка» от более мощного источника. Например, от спящей ведьмы.
Когда три кристалла были готовы, встал вопрос о форме. Просто вставить их в стену было бы скучно. И тут я вспомнил про те самые красивые, перламутровые рога оленя, которого я подстрелил.
Я взял их, очистил, отполировал до благородного блеска. Затем закрепил три кварца между отростками рогов, создав изящную композицию.
Получилась не просто люстра, а настоящее произведение искусства в духе лесного лорда.
Я повесил эту красоту на потолок в кухне, выслушал благодарности от поварихи и довольный отправился на улицу. Свежим воздухом подышать.
Дела потихоньку начинали налаживаться. Запасы мяса имеются, башня строится. Даже гуси по двору ходят как-то бодрее, зная, что их пока не пустят на суп.
Люди стараются. Появилось неуловимое ощущение не просто выживания, а настоящей жизни.
Вызвав к себе Макара, я спросил его, как обстоят дела в деревне. Старик, потирая бороду, отрапортовал, что вроде бы всё спокойно, работа идёт, но…
— Людишек новых подвалило, господин. Беженцы, поди, с юга. Говорят, там инсектоидов тьма стала, даже какой-то городок захватили. Вот и бегут оттуда.
— Понятно, — хмыкнул я. — Поеду, посмотрю.
Дорога до деревни заняла не больше получаса. И уже на подъезде я увидел изменения.
На самой окраине, там, где раньше был пустырь, вырос целый посёлок. Не дома, конечно. Шалаши, несколько потрёпанных палаток и даже пара землянок.
Я нашёл старосту Степана возле колодца. Он что-то суетливо объяснял группе своих мужиков и, увидев меня, бросился навстречу.
— Ваша милость! Не ждали вас!
— Давно ли у нас столько новых людей появилось, Степан? — спросил я без предисловий, кивая в сторону шалашей.
Староста вздохнул, развёл руками.
— Да вот, последние дни подтягиваются. Беженцы. Куда их, бедолаг, девать? Не бросать же в беде.
— Тогда почему они тут живут как попало? — продолжил я. — Если уж приняли, надо бы и условия обеспечить. Хоть какое-то подобие нормального жилья, а не эти… конуры.
Степан смущённо развёл руками.
— Да домов-то свободных нету, ваша милость. А они себя ещё и не показали толком, кто есть кто. И работы, если честно, особой для них нет. Себе бы прокормиться…
— Вот как раз по работе я и пришёл, — перебил я его. — Есть задача. Для начала — перевозить пустую породу от шахты сюда, в деревню.
— Породу? Зачем она тут? — удивился староста.
— Возите пока, там решим, — отмахнулся я. — Строить что-нибудь будем. День и ночь возите!
Степан побледнел.
— Ночью-то? Ваша милость, да ночь в наших краях — страшное время… Инсектоиды, бандиты…
— Ну, я имел в виду от рассвета и до заката, — поправился я. — Если нужно, можете в караваны собираться, для безопасности.
— Караваны — это долго, да и внимание лишнее привлекает, — Степан покачал головой. — Разбойнички могут позариться. Проще уж маленькими отрядами. Но есть проблема: мы медленно будем таскать. Дорога от шахты сюда неровная, пригорки ещё, грязь после дождей. Тяжело же.
— А на хрена вам лошади? — спросил я.
Степан посмотрел на меня так, будто я спросил, почему они не летают.
