— Да какие лошади, ваша милость? У нас на всю деревню три клячи. И то две — ваши, это вы нам тогда, после разборок с бандой, подарили.
Тут до меня окончательно дошло. Лошадей здесь, в этой глуши, конкретно не хватало.
Я вздохнул, делая быстрые расчёты в уме.
— Хорошо. Выделю вам двадцать лошадей.
Степан аж охренел. Его глаза округлились, он закашлялся и выкрикнул:
— Д-двадцать⁈ Ваша милость, да это же… целое состояние!
— Господин сегодня щедрый. Только учтите, есть их нельзя, — строго предупредил я, глядя ему в глаза. — Это рабочие лошадки. Таскайте пока что камни. Потом разберёмся, что с ними делать дальше. И следите за лошадьми, чтобы не украли. Это теперь ваша ответственность.
Пока староста приходил в себя от моей щедрости, я перешёл ко второму пункту.
— И ещё. Я хочу, чтобы к моему имению была построена нормальная дорога.
— Так она же есть… — неуверенно начал Степан. — Нормальная — это какая?
— Позови тех, кто в строительстве разбирается, — велел я.
Через несколько минут передо мной стояли трое мужиков — один бывший каменщик, и двое просто самых умелых и здравомыслящих деревенских старожилов. Я взял палку и начал рисовать на утрамбованной земле, объясняя на пальцах.
— Вот грунт. Копаем канаву, глубиной пару локтей. На дно — крупный булыжник и битый камень. Щели между ними оставляйте, они сыграют роль дренажа. Потом слой помельче — гравий, щебень. Трамбуем. Потом — песок. Снова трамбуем. По краям — небольшие канавки для стока воды. Понятно? Основание должно быть прочным, чтобы дорога не проваливалась и не размывалась.
Они смотрели на мои рисунки, переваривая информацию. Каменщик, которого звали Прохор, кивнул первым.
— Понимаю. Долго это, конечно… А как же в усадьбу к вам ездить, пока мы тут копать будем?
— А вы новую дорогу рядом прокладывайте, — ответил я. — Не на том же самом месте. Просто подготавливайте участки пока что. Вам сегодня привезут несколько лопат.
— Да у нас лопаты есть, — пробурчал один из мужиков.
— Не-а, — покачал я головой. — Деревянными задолбаетесь копать. Вам металлические, нормальные лопаты привезут. И кирки.
По лицам собравшихся было видно, что их не очень-то воодушевляет перспектива такого масштабного и тяжёлого проекта. Энтузиазма ноль. Я видел это и, чуть помедлив, добавил ключевую фразу:
— Все, кто будет работать на строительстве дороги и на перевозке камня, будут получать оплату мясом. Ежедневно.
Глаза у всех, включая Степана, загорелись. Скепсис будто сдуло.
— Ну, если мясом… — закивал Прохор, потирая руки.
— Тогда дело другое! — подхватил второй.
— Конечно, людей найдём! — оживился Степан. — И своих, и новых подтянем! Работы всем хватит!
Я кивнул, скрывая улыбку. Всё по-прежнему решалось через желудок. Грустно, но факт.
По дороге обратно в имение мысли крутились вокруг увиденного.
Ну вот, пускай возят камень. Для начала дома себе построят из того камня, и заодно дорогой занимаются.
Деревянные дома, конечно, проще и быстрее. Но есть нюанс, — дерево легко горит и от жука не так хорошо спасает. Причём речь-то вовсе не о короедах, а о тех жуках, что людей с радостью лопают.
Камень надёжнее. А дорога… хорошая дорога — это не роскошь, а кровеносный сосуд для экономики. Она позволит быстро перебрасывать силы, возить грузы, контролировать территорию.
В то же время я думал о том, что деревню надо как-то переводить на самообеспечение и внедрять им, так сказать, новый тип мышления. Пока что выходило, что я даю приказы, а они ещё и нос воротят, пока не пообещаешь мяса.
А они должны и так любой мой приказ выполнять с радостью, понимая, что у них всё есть и это благодаря господину. В здоровом феодализме ведь так и должно было работать: защита и порядок сверху, труд и верность снизу. А если они накосячат — у них что-то отберут.
Но здесь система была сломана. Люди привыкли, что от господ одна головная боль и поборы, а не защита и развитие.
Мне предстояло это менять. Медленно, через реальные дела.
Но вот с лошадьми — полнейшая лажа, как ни крути. Двадцать лошадей — это огромная дыра в моём табуне.
Где взять ещё? Или как начать их ускоренно разводить? На это нужны годы.
Мысли об этом занимали меня всю дорогу.
Въезжая во двор усадьбы, я уже строил в голове планы по конюшне и поиску породистых жеребцов, как навстречу мне выскочил запыхавшийся гвардеец.
— Ваша милость! Вы как раз вовремя! Разведка заметила какое-то сражение недалеко отсюда!
— Интригующе. Где? Кто с кем?
— В лесу, на востоке. Минут пятнадцать верхом. Не очень понятно, кто с кем дерётся… Скорее всего, опять бандиты на кого-то напали.
Это могло быть всё что угодно: нападение на караван, стычка между бандами, атака на какого-нибудь зазевавшегося соседа.
Я подумал секунд десять. Риск? Да. Но и возможность. Возможность узнать что-то новое, поживиться трофеями, или просто не дать разбойникам беспределить рядом с моими землями.
— Ильдар! Собирай гвардию и по коням! — приказал я.
— Ваша милость, там много людей… Наш разведчик, он считать не умеет, так что он на пальцах просто показал — много. Опасно же! — забеспокоился гвардеец, который передал мне новость.
— Тем интереснее, — ответил я. — Может, из беды кого-то выручим. Я за гуманность, знаешь ли.
Вскоре наш небольшой отряд — я, Ильдар и ещё десять гвардейцев, включая троих моих «огнестрельщиков» — выехал на место стычки.
Картина, в общем-то, оказалась стандартная: клубы пыли, крики, бряцание металла. И посреди всего этого — здоровенная карета.
Я придержал Громилу, достал из седельной сумки трофейную подзорную трубу, чтобы взглянуть на происходящее поближе.
Ого, это не карета даже, а целый бронированный фургон. Колёса — с железными ободами, борта подбиты стальными листами. В общем, крепость на колёсах. И вокруг неё суетилась куча бандитов — человек двадцать, не меньше.
Охранники кареты уже валялись в лужах крови. А бандиты, ликуя, колупались у двери кареты. Видимо, замок пытались взломать.
Да, именно так. Главарь, здоровенный детина в разодранном кафтане, орал что-то, тыча пальцем в массивный висячий замок. Один из его подручных долбил по нему обухом топора, но без особого успеха. Металл звенел, но держался.
Изнутри кареты — ни звука, ни движения. Либо там сидят тише воды, ниже травы, либо… Ну, вариантов немного.
— План простой, — сказал я, убирая трубу. — Бережём карету. В ней, возможно, люди. Огненный залп — по кучке справа, подальше от колёс. Потом в ближний бой. Понятно?
Парни с посохами закивали. Камни на их палках уже начали чуть заметно светиться изнутри, набирая мощь.
Мы бросились вперёд галопом. Бандиты, увлечённые взломом, заметили нас слишком поздно. Троица с посохами вынеслась вперёд, как и договаривались.
— Пли! — рявкнул я.
Три огненных шара размером с добрую тыкву просвистели в воздухе и врезались в ошалевших бандитов.
Эффект превзошёл ожидания. Человек шесть-семь, стоявших с той стороны, разбросало в разные стороны. Причём не всех целиком.
Один загорелся, катаясь по земле с диким визгом. Остальные, включая главаря, на секунду остолбенели.
— В атаку! — крикнул я, выхватывая меч.
Гвардия рванула вперёд. Схватка закипела мгновенно. Бандиты опомнились, но инициатива была уже на нашей стороне. Сквозь лязг острой стали раздалось два выстрела, а затем возглас:
— Патроны кончились!
Я, рубясь с каким-то верзилой, мысленно вздохнул. На хрена тогда вообще стрелять, если патронов мало? Всё равно ни в кого не попал.
Но и лишних боеприпасов, чтобы учить парней метко стрелять, у меня не было. Увы.
Мой верзила оступился, и я пинком в колено отправил его на землю, где его быстро добил Ильдар.
Главарь, оправившись от шока, с бешеными глазами рвался ко мне, размахивая длинным клинком.
«Интересно», — промелькнуло у меня. Я оттолкнулся от очередного бандита и пошёл ему навстречу.
