Древесный маг Орловского княжества 12 (СИ) - Павлов Игорь Васильевич

Глава 19

Нарушитель баланса

Девять дней до открытия турнира, четырнадцать до начала бала!

Гости приезжают со всех уголков света, восхищаясь величием монументов, красотой ирских домов, насыщенностью парков и обилием товаров. А ещё удивляясь добрым светлым людям, населяющим злое и тёмное королевство. Хотя достаточно глянуть на наши пропитанные кровью и усыпанные вооружением стены, да выставленные вновь головы волотов…

От костюмов и гербов пестрит. Мелкие вассалы разбредаются по городу в поисках жилья. Знатные высокие лорды растворяются в гигантских залах и гостевых корпусах Дворца. Не считая шикарных покоев в количестве двух сотен, где предусмотрено проживание хозяев, в наличии аж девятьсот комнат для размещения гостей! И не каких–то эконом класса номеров, а шикарных апартаментов от двух до пяти комнат в каждом.

Помимо знати в Ярославец приезжают юные храбрецы и именитые воины, которые желают блеснуть на турнире. Для них открыты все таверны с комнатами, центральная гостиница уже почти готова и люди в жилых домах ждут с распростёртыми объятиями. Крестьянские семьи моего города славятся гостеприимством, путникам мало кто отказывает. Зато потом к Гойнику стекается разного рода информация, по степени её полезности и плата.

Как ни прискорбно, но факт — с наплывом людей, приходят и недоброжелатели. Шпионы, воры, нечисть в людском обличие, в общем… террористы. Нагрузка на тайную полицию только растёт. Но это не мешает добрым людям веселиться, а моим ратникам гордо и показательно нести службу, общаясь со всеми одинаково вежливо.

Не думал, что и Белка возьмётся за дело. После того, как я спас её детей, устроил девочек в школу, а парня в военную часть на обучение, она посчитала своим долгом платить мне верной службой там, где она полезна. Теперь помимо контроля над Игровым домом, она в должности заместителя Тайной полиции помогает Гойнику ловить плохих людей и выявлять заговоры. От этого мне вдвойне спокойней, ведь теперь у бывшего главы банды Карачева не будет соблазна принимать решения в угоду себе. При таком раскладе рассчитываю на взаимный контроль и более взвешенные решения.

Пока Ярославец разрастается, наполняется блеском, красками и предвкушением, король пропадает то там, то сям.

Слетав в Калугу, я навестил мужа Морозовой Вадима, с которым обсудил размещение своих ирских укреплений на их землях. Поставив у него два замка и восемь башен для своих гарнизонов, идущих из Ульяново, я занялся охотой на призраков. Опустевшая крепость в центре Чёрного озера, откуда лорды с удовольствием свалили после нашествия волотов, стала идеальным местом для моих деяний. Без особых усилий я выловил восемь слабеньких призраков, у которых субстанции состояли из одной и двух бусин. Спустился пониже и поймал ещё двоих с тремя виноградинами. На этом свободные нефритовые статуэтки закончились.

Конечно, я рассчитывал на то, что смогу использовать все. Но когда стал перебирать запасы, выяснилось, что духи в них уже сидят. И как я мог забыть о том, что прежде так и чувствовал. От Ляома мне достались в наследство не только сокровища, но и призраки воинов. И куда и всех девать?

Однако отчаиваться не стал. Но и к Кумихо в Китай не полетел, ибо не время сейчас срываться в дальние полёты, чревато застрять в какой–нибудь заднице в самый ответственный момент. Мероприятия на носу, которые либо поднимут престиж Королевства, либо всё покатится в пропасть. Поначалу казавшиеся мне легкомысленными, празднования переросли в нечто большее.

Но пока есть время помаяться дурью, я это делаю.

Прежде не брал в расчёт способности древней ведьмы, а стоило. Поэтому примчал светлым летним днём к моей ненаглядной Кише. Женщина встретила на крыльце в лёгком полупрозрачном платье, отчего–то недовольная и озадаченная. Завесив волосами уродливую часть лица, насупилась, будто она моя жена, а я ей изменил.

— И где тебя носит? — Возмутилась недовольно. — Мой сад весь пожух!

Ах вот в чём дело.

— Ты моя хорошая! — Воскликнул и принял её в объятия.

— Опять за золотом явился? — Заворчала, но тут же заткнулась, когда ухватил за крупные ягодицы.

Исполнив свой «супружеский» долг за час, уселся уплетать жареную картошку с грибами под ласковым взором довольной Киши. И плевать ей стало на сад, любимый явился.

— Ну рассказывай, с чем пожаловал, Ярослав? — Поинтересовалась ведьма участливо.

— Помнишь нефритовые статуэтки? — Начал издалека.

— Как же не упомнить, — насторожилась.

— Ну так вот, они все заполнены, а мне нужны пустые. Как–то можно перенести призраков и духов из них куда–то в другое не менее надёжное место? При этом не повредить статуэтки?

Киша заморгала часто, уводя взгляд. Изба задрожала, но через три секунды всё замерло.

— Всё никак не могу привыкнуть, что я добычей говорю с охотником, — прокомментировала ведьма угрюмо. — А ведь когда–то ты умело маскировался под простого путника, который даже позволил испытать чистоту его помыслов.

— Прекрати, Киша. Ты же знаешь, что люблю тебя всем сердцем, — заливаю, зная, как на неё это действует. — Сколько можно сомневаться во мне?

— Прости дурёху, — опустила голову.

— Я пришёл за мудрым советом, ты же знаешь. Ну и проведать тебя, конечно.

— Зачастил, милок, — расцвета ведьма. — Может, и вправду люба. А посоветовать я могу одно, со мной их и заключи.

— А не опасно⁈

— Сил у них нет — ничего они не смогут. Забавы ради буду с ними болтать, как владычица. А то надоели со своим шутками эти тупоголовые големы.

— И что нужно делать? — Встрепенулся. — Я напоминаю, что статуэтки мне целыми нужны.

— А ты не переживай, такой камень — не самый сильный обсидиан. Золото в природном виде посильнее будет.

— Ты про золотую пещеру? — Осенило меня.

Она ж и сама к ней привязана нехило. Вот, оказывается, в чём дело.

— Да, про неё, милок. Поставишь свою статуэтку, породы всё и вытянут, глазом не успеешь моргнуть.

— Обожаю тебя! — Подскочил радостный, перепугав ведьму не на шутку своей резкостью.

За дельный совет отлюбил ещё жарче. Затем сад ей полностью восстановил, посоветовав обогатить чем–нибудь землю, иначе снова завянет.

— Водный канал пусть твои бездельники прокопают, поливать кустарник надо, — добавил деловито.

— А я всё на дождь списывала, — бурчит Киша, поняв, что сама виновата в потере своего драгоценного сада.

В пещеру я отправился один, хотя по большому счёту она всё равно вокруг меня витает, эта древняя ведьма, ставшая проклятым духом. Уверен, в самой пещере есть некий предмет, на который завязано проклятье. И вряд ли это что–то простое. Скорее, артефакт. Он может оказаться и её «иглой в яйце», поэтому лезть туда не хочу. Просто делаю своё дело и пользуюсь ведьмой в своих интересах.

Теперь Киша у меня и стражницей призрачных узников станет.

Мару и призрака «Искажений» я пока оставил. Для проверки достоверности слов ведьмы сперва выставил статуэтку с самым дохлым призраком. Она стала дрожать ещё в тот момент, когда я вынул её за пару шагов до входа в пещеру. А внутри завибрировала так, что у меня самого чуть зубы не застучали. Я ещё не поставил её, а дух вылетел из прежнего плена, как миленький. Да он брызнул в разные стороны, как переспелый помидор в момент сильного сжатия.

Убедившись, что статуэтка опустела, занялся другими.

Пещера сожрала бедолаг, как кошка рыбок с аквариума, далёкий вой и стоны вскоре наполнили пространство. Даже с наличием новых сущностей, пещера с золотом не стала отталкивать меня. Будто мне своего мало.

Вытянув одни статуэтки, я принялся за фигурки, которые наполнял Ляома. Вот здесь бы строило сто раз подумать, но таскать неизвестно что в своём омуте — тоже не вариант.

Другая статуэтка не задрожала сразу, и в кулаке не вибрировала. Лишь когда поставил, она заходила ходуном, подпрыгивая. Я сразу понял, что процесс пошёл, но более болезненный. Особенно, когда явилась Киша!