Вездесущая Зефирка и Дракон в шоколаде 2 (СИ) - Шевцова Наталья

Скинув влажную, липнущую к телу сорочку, я быстро ополоснулась. Почистила зубы, расчесалась. Переоделась в чистое, сухое, блаженно мягкое. Заплела косу. Ещё раз посмотрела в зеркало.

По-прежнему не красавица, но уже не енот. И на голове не гнездо. Осталось выпить чаю…

«Кстати, а где мой чай?! Почему его нет, как обычно, на тумбочке?» – мимолетно озадачилась я – да, к хорошему быстро привыкаешь – и пожала плечами: мол, нет, так нет.

Открыла дверь и бодро зашлёпала вниз по перекладинам наружной лестницы.

Вымытое дождем до хрустального блеска утро встретило приятной прохладой.

Ветер пах солью, мокрым камнем и водорослями. Солнце только-только выкарабкалось из-за горизонта и било прямо в глаза, заставляя щуриться.

Море лежало внизу тихое и ослепительно синее – такое невинное, такое безмятежное, будто и не было шторма.

Шторма?..

Стоп. Шторм?.. То есть, и гроза тоже была? Она мне не приснилась?.. А что если и…

«Ага, размечталась, одноглазая! – громко фыркнув, оборвала я начавший было расправлять крылья полет моей фантазии. – Гроза может и была, но это вовсе не значит, что тебя, дылда, в эту грозу носили на руках».

Я тут же… замерла. У меня слуховые галлюцинации?.. Или я, и в самом деле, слышу тихое позвякивание посуды и, как кто-то напевает себе под нос?

Я озадаченно нахмурилась. Но буквально пару секунд спустя расслабилась – вспомнив, о духе маяка. Да, до сих пор он ни разу мне не пел. Но у всего, как известно, есть первый раз.

Тем не менее, последние три ступеньки я шла, стараясь ступать максимально бесшумно, дверь кухни на себя потянула, настолько осторожно, насколько вообще была способна и, прежде чем войти, сначала заглянула внутрь.

На столе стояли – заварничек, из носика которого вверх тянулась струйка дыма, сахарница, блюдо с печеньем, два блюдца, на одном из которых стояла чашка, что же до второй… то её держал в руках сидящий за столом… Дэмиан Эйрхарт. И ладно бы просто сидящий, так нет же, он ещё и смотрел прямо на меня.

– Доброе утро, Аннет, – «поприветствовал» он меня своим глубоким, бархатным голосом. – Я тут немного похозяйничал, пока вас ждал, – указал он кивком на стоящий напротив него стул. – Присаживайтесь.

Глава 43

Первым моим порывом было захлопнуть дверь, запереть её со своей стороны и-иииии…

И не знаю, что.

Возможно, я собиралась подождать под дверью до тех пор, пока сумею убедить себя в том, что и это тоже сон. Или просто хотела сбежать. По крайней мере, я надеюсь, что просто. А не снова в море. Только на сей раз уже не охладиться, а утопиться.

В общем, спасибо коленям, которые подогнулись, заставив меня схватиться за дверной косяк и, как следствие, остаться на месте. И отдельное, большое спасибо моей способности к самовнушению, особенно по части натягивания совы на глобус. Всего каких-то пару секунд и я, так сказать, отделила сон от реальности, согласно которой Его Сиятельство просто зашел ко мне с утреца по очень важному делу!

– Д-доброе… – уставившись на лорда, вольготно попивающего мой чай в моей кухне, озабоченно нахмурилась я. – Что-то снова случилось?

На меня посмотрели испытывающе, но мне скрывать было нечего – посему внимательный взгляд серых глаз я встретила, не дрогнув.

– Н-да, случилось, – задумчиво разглядывая меня, протянул мой незваный и нежданный гость.

И… замолчал.

Хотела бы я сказать, что подобная лаконичность моего собеседника оставила меня совершенно невозмутимой, но не могу. С каждым мгновением повисшей между нами тишины внутри меня всё туже закручивалась пружина нервного напряжения. И питали это напряжение мои же собственные глаза…

При всей своей вальяжности выглядел мой гость, мягко говоря, не самым лучшим для сиятельной особы образом.

Выглядел герцог так, словно вообще не ложился. Под глазами залегли громадные тени. На скулах темнела указывающая на то, что сегодня ему было не до бритья, щетина. Некогда белоснежная рубашка – подозрительно знакомая, к слову, – мало того, что «щеголяла» пятнами, так еще и была безнадежно измята. Обычно зачесанные назад, идеально уложенные волосы торчали в разные стороны.

«Спокойно. Спо-кой-но, Анюта. Да, человек не выспался. Да не побрился. Да, не переоделся. Ну и что в этом такого? С чего ты вдруг взяла, что это как-то связано с твоими недоэротическими фантазиями? Не льсти себе, Анечка – не всё в этом мире, как и в том прежнем, вращается вокруг тебя!» – доступно и, что немаловажно, резонно разъяснила я себе и, дабы снова не начать себя накручивать, решительно прервала нервирующее меня молчание.

– Надеюсь все живы? И никто не пострадал? – голос всё же дал петуха. Что, впрочем, можно было списать на страх за жизнь кого-то из знакомых.

Ответом мне стал очередной испытывающий взгляд.

Сердце ухнуло куда-то вниз. Желудок скрутило. Перед глазами, сменяя друг друга, как карточки в лихорадочно тасуемой колоде, замелькали лица: Грейв, Рорик, Ивко, Лети…

– Кто? – сипло выдавивала я.

Дэмиан Эйрхарт – чтоб его! – медленно опустил чашку на блюдце – звякнувший в повисшей тишине тонкий фарфор заставил меня в вздрогнуть – и только после этого, наконец, ответил.

– Вы. Вы могли пострадать. Может, всё же присядете?

Спрашивать, что он имеет в виду, я не стала – банально побоялась.

Преодолев отделяющее меня от стола расстояние на негнущихся ногах, я опустилась на стул.

Передо мной тут же поставили чашку с чаем, и я, просто, чтобы чем-то занять руки, обхватила её ладонями. В нос ударил запах мяты и чабреца.

– Спасибо, – пробормотала себе под нос я.

– Как спалось? – вкрадчиво поинтересовались у меня. И не менее вкрадчиво уточнили: – Вам случайно не снилось, купание в море, шторм, дождь, мужчина, спасший вам жизнь?

Сова с жалобным писком сползла с глобуса. Я испуганно вскинула широко распахнувшиеся глаза. Наши взгляды встретились, но только на одно мгновение. После которого меня срочно очень-очень заинтересовала стена.

– Значит, не приснилось... – обреченно сообщила я ей.

Стена повела себя в раздражающей манере психоаналитиков – то есть, вместо того, чтобы чем-то помочь или хотя бы посочувствовать – многозначительно промолчала, предоставляя мне возможность самой разбираться и с панически вопящими в голове тараканами, и с порхающими в животе бабочками.

А вот мой гость психоаналитиком определенно не был.

– Не приснилось, – подтвердил он мне.

Судорожно сглотнув, я перевела взгляд на чашку – янтарная поверхность травяного чая мелко подрагивала в такт моим рукам. На дне плавала мятная веточка. Очень-очень заинтересовавшая меня мятная веточка. С такими маленькими аккуратными листочками. Вся такая зелёненькая. Вся такая достойная самого детального, вдумчивого изучения.

– Аннет, – мягко позвали меня. – Посмотрите на меня.

Я снова судорожно сглотнула, сделала глоток чая и медленно, очень медленно повернула голову.

Взгляд снова зацепился за усталый, помятый вид, темную щетину и тени под глазами…

– Я не знаю, что вам сказать… – нервно сплеснув руками, прошептала я. – Разве, что извиниться, за то, что из-за меня вы… – я недоговорила, просто махнула в его сторону рукой. – Со мной никогда ничего подобного раньше не случалось! – передернув плечами, добавила я, сорвавшись при этом почти на визг, точнее даже, писк. И тут же отвела глаза… некстати вспомнив о призрачной тусовке, на которой меня, так сказать, принимали в семью, и о десятиметровой волне, которую я, опять же так сказать, уговорила отступить с помощью творчества Пушкина.

Спасибо, услужливая память! Очень своевременно! Очень кстати! Можно подумать, мне было мало из-за чего краснеть и без этого!

Собственно, именно это и избавило меня от подозрений, что я не до конца откровенна. Мягко выражаясь.

– Аннет, я не требую от вас объяснений, – мягко уведомили меня. – Я просто беспокоюсь. Когда я вас увидел, вода доходила вам до груди. А когда я вас догнал, вы были в воде уже по подбородок. Вы понимаете, о чем я?