Я поднимаюсь по присыпанным снегом ступеням к дверям и кутаюсь в шинель Натана. Представляю, как удивится Ви, увидев меня в таком бравом и лихом виде.
Генерал Леон дома и муж с женой встречают меня действительно с удивлением, но очень радушно.
Скидываю шинель на руки невозмутимого дворецкого и серьезно произношу:
— У меня доказательства против Рейси и их союзников.
Позже служанка приносит в кабинет крепкий горячий чай, а Леон останавливается у камина с копиями бумаг Рейси руках.
— Заговор против истинной императора. Попытка вернуть императорскую магию. Все это незаконно, — сообщает Леон нам с Ви.
Мы сидим на низком диванчике и пьем чай с клубничным вареньем. После перенесенного шока я расслабляюсь и хочется спать.
— Тебе нужно хорошо питаться, — подсказывает Ви. — Останься на ужин, а потом выспись.
— Я передам улики владыке, — Леон смотрит на нас исподлобья. — А вам, ваше величество, придется пройти полный оборот.
Полный оборот? Я прикладываю руку к сердцу, но Ви ободряюще улыбается.
— Это не страшно, я помогу. Поддержу в воздухе.
Леон задумчиво посматривает на нас.
— Кто мог подумать. Но, может, это и к лучшему. Раз у Деймона не вышло создать зелье, вы поможете владыке обратиться.
Я молча киваю, но держу в голове, что опасна для Эдриана. Шанс. Да, существует шанс. Если мы станем одним целым и консумируем брак, возможно, Зов не подействует, не пробьет истинность. Но что если я не смогу противостоять отцу и его проклятой воле?
При мысли, что стану виновницей гибели Эдриана, грудь сдавливает и становится тяжело дышать.
— А если мне уехать? Куда-нибудь подальше… Драконы останутся без крыльев, но Эдриан будет жить…
— Рейси отыщут вас. Они чуют друг друга и быстро вас обнаружат, — качает головой Леон. — Пока они предпочитают обратиться через Эдриана, поскольку произойдет большой выброс силы. Думаю, надеются сами подпитаться. Но если вы уедете, не исполнив долг, они воспользуются вашей кровью.
Вспоминаю, что дала кровь Алу и ежусь. Но тому нечего пробуждать, он пустой.
— Завтра на рассвете я помогу тебе полностью обратиться, — Ви кладет руку мне на локоть.
От этой милой женщины исходит сумасшедшая энергия, такая теплая, положительная. Я улыбаюсь в ответ и соглашаюсь.
Утаиваю я от Шарсо только одно — Эдриан меня почуял и от него прилетел мощный импульс.
“Где ты”?
“Я у генерала Леона. Мне нужно время”.
Он знает, что я освободила ипостась и молчит. Его молчание оглушает, так как мы оба понимаем, что теперь все изменится.
“Он хочет использовать Зов”.
“Я жду тебя. Завтра вечером пришлю машину”, — голос Эдриана гремит в голове и я понимаю, на что этот Зов похож. Даже сейчас мне очень трудно противиться словам владыки.
А рассвет приносит перерождение. Я так боялась оборота, но не представляла, что это как сбывшаяся мечта.
Морозно-голубое небо несется мне навстречу, а рядом летит Ви. Я не боюсь холода и разрезаю облака, поражаясь чувству полной свободы и неограниченной силы.
Эдриан
Он просыпается в поту. В груди как будто ворочают камни, а сердце заходится в бешеном стуке. Во сне он летел рядом с истинной. Ощущал небо и скорость, свободу полета и пьянящее чувство собственной мощи.
Пробуждение приносит горечь и чувство потери. Владыка в полной мере ощущает слабость человеческого тела в сравнении с драконом.
Он садится в постели и растирает лицо. От чувства тоски хочется выть, его буквально выворачивает. Фантомные крылья жгут спину, по телу болезненно проносится чешуя, но все впустую. Он заключен в обычную человеческую оболочку.
Эдриан обхватывает руками голову, а перед внутренним взором несутся облака — он видит небо ее глазами.
Кажется, голова сейчас взорвется, внутренний дракон бушует и рвется наружу. Еще немного и он вылезет, ломая кости и разрывая мышцы.
Огромным усилием воли Эдриан приходит в себя, шальным взглядом обводит комнату.
Если ее отец использует Зов, они оба погибнут. Эта мысль его терзает, но выход есть — он убьет старшего Рейси раньше, чем тот успеет отдать дочери приказ.
В двери стучится камердинер. Сообщает, что прибыл Леон с важными новостями.
— Принесите парадный мундир, — Эдриан не узнает собственный голос, звучащий слишком хрипло.
Его потряхивает и он не сразу попадает в рукав мундира. От жажды истинной и неба трясет, и он вдруг понимает, что значит та фраза: “пройти все круги ада” — так в мире Веры-Мари называют Бездну.
Именно круги этого самого ада он сейчас и проходит. Если не обернется в ближайшее время, сойдет с ума.
Тем не менее он дал ей время все обдумать. Ей нелегко решиться лечь к нему в постель. К тому же она занимается какой-то типографией и взяла ссуду в банке.
Зачем, женщина, тебе это надо?
Эдриан подходит к зеркалу и педантично застегивает пуговицы. Лицо спокойно, несмотря на бурю, ломающую его. Мышцы словно окаменели, но это пустяки.
Главное, чтобы Вера не испугалась его животной страсти. А он ради нее пойдет на все.
65.
Я знаю, что Эдриан ждет и вечером пришлет за мной машину. Страшно волнуюсь, поскольку во время полетов ощущала его рядом. Как будто мы бороздили небо вдвоем и это было... опьяняюще. Никогда бы не подумала, что придет время и я почувствую Эдриана настолько близко, будто мы — одно неотделимое друг от друга целое.
В эти моменты мне, наконец, раскрылась суть истинности и я представила, как прекрасно все будет, когда он обратится.
Даже гнев на Рейси отошел на второй план, так как я поняла, что не поддамся Зову. Я не смогу обратить оружие против самого дорогого для меня дракона.
Но помимо эйфории я ощущаю и боль мужа, его страдания по зверю, по полету.
Дракон владыки рвется в небо, терзая своего человека, и я могу лишь представить, каково ему сейчас.
Эдриану нужна моя помощь, всего один толчок, одна капля крови оборотной драконицы и мир навсегда изменится. Сильные хищники вернутся и никто не знает, что произойдет дальше.
Держит меня лишь вера. Я искренне верую, что Эдриан справится с новой реальностью и не допустит войны, сохранит мир между людьми и драконами.
Знаю, он любит всех своих поданных и хранит людей так же, как и драконов.
Я отправляю весточку в свою газету, предупреждаю главреда, что грядут перемены: "Драконы вернутся. Я гарантирую это, поскольку владею информацией. Думаю, что ваш долг донести это до людей".
Предполагаю, что и гос. структуры императора предупреждены — жителей Дургара защитят, когда начнется жара.
Во дворец меня привозят на автомобиле, естественно, с охраной. Проводят прямо в покои Эдриана-Шейна.
Он сидит в кресле, но стоит мне переступить порог небольшой гостиной, — дальше в арочном проеме виднеется огромная кровать — поднимается на ноги.
Сердце вздрагивает, когда я ловлю полный боли взгляд. Молча скидываю на пол шубу. Я готовилась к свиданию и на мне бледно-розовое платье на тонких бретельках.
Его глаза загораются. В два шага муж оказывается рядом и я утыкаюсь носом ему в грудь, вдыхаю запах и шепчу:
— Я хочу вернуть тебе клятву. Как это сделать?
— Просто откажись от нее. Искренних слов достаточно.
— Я возвращаю тебе клятву, Эдриан. Мы не разведемся. Никогда.
Поднимаю голову, вглядываясь в его скульптурное лицо. Чего греха таить, тот вечер, когда я увидела его в купальне, прочно впечатался в память. Я не забыла идеальное мускулистое тело, широкие плечи, все эти косые мышцы живота и мощные ноги.
— Сними рубашку, — прошу взволнованно и раздражающий кусок ткани летит на пол.
Провожу ноготками по смуглой коже и завороженно слежу за волной чешуи, возникшей в ответ на мои прикосновения.
— Значит, обратилась раньше меня? — шутливо спрашивает Эдриан и перехватывает инициативу.
Не успеваю опомниться, как тонкое платье сорвано, а меня подхватывают на руки, уносят и кидают на постель.
