Значит, будут следовать первоначальному плану?
— Кто-то знает, что я здесь? — спрашиваю осторожно.
— Нет, отец выгуливает свою ущербную невесту, — Ал кривится. — Катается с ней верхом в парке ни свет ни заря.
— Я ненавижу мужа и все, о чем мечтаю, это уехать из Дургара, — произношу веско, чеканя каждый слог. Не отрываясь смотрю на брата. — Но хочу знать, как отец заставит меня убить его?
— Очень просто. После оборота он использует Зов, — пожимает плечами Ал и садится на край кровати.
Я читала про Зов и отец не может им воспользоваться, с Рейси сорвали все регалии, лишили легитимности.
— Зов может использовать лишь владыка, — возражаю.
Ал чешет макушку и щурится.
— Многие кланы поклялись отцу в верности и часть магии к нему вернулась. Он прикажет тебе и ты не сможешь воспротивиться Зову.
Я хватаюсь за портьеру, мучительно обдумываю, как спастись. Ситуация хуже некуда и, что самое мерзкое, избежать ее не было шанса.
Бог Всех Миров расставил фигуры на доске, а высшие вмешиваться не спешат.
— Я могу погибнуть, если убью истинного, — кошусь на брата, но ни один мускул не дрогает на его лице.
Он смотрит на меня лживыми холодными глазами и продолжает улыбаться:
— Конечно же, ты не погибнешь. Клан защитит тебя.
Он лжет. Чую, что лжет. Слишком безмятежна льдистая синева его глаз, а на дне радужки плещется скрытая злоба.
Они решили снова избавится от Мари. Снова.
— Ал, — тяну я. — А если я дам тебе каплю своей крови? Только тебе, а ты отпустишь меня и не расскажешь отцу о том, что сегодня случилось.
Как он, кстати, вышел на меня?
Брат вздыхает.
— Соблазнительное предложение. Возможно, действительно боги отвели меня к тебе?
Подобные ему мерзавцы честолюбивы и легко впадают в иллюзии, когда дело касается их желаний и комплексов.
— Я следил за тобой. Не понял, зачем тебе типография. Видел, как ты разговаривала со старухой. Шел за тобой, а потом появилась та девица. Рейси чуют друг друга.
Он хищно поводит носом, но все еще не отвечает на мой вопрос.
— Так возьмешь кровь? Обратишься раньше отца и брата. Окажешься в выигрышной позиции.
Сердце стучит как бешеное — а если братец не послушает меня и, наоборот, сдаст лорду Саршару?
— Хорошо, — решается он. — Все равно все идет по плану, тебе некуда деться, сестрица. Но я дам тебе передышку, отец не узнает.
— Поклянись, — цежу я.
— Вначале кровь.
Он стремительно встает и хватает с туалетного столика булавку. Протягивает мне.
— Коли палец.
— Клянись.
— Если получу кровь оборотной драконицы, не расскажу лорду Бернару Саршару об обороте его дочери Мари Рашборн. Клянусь, — он поднимает ладонь и перстень на пальце вспыхивает родовой магией.
Я подхожу к нему и, смотря в глаза, беру его руку. Прокалываю себе палец и алая капля падает ему на ладонь. Дракон тут же слизывает кровь и улыбается.
— Небольшая встряска и твоя кровь активирует мою ипостась, сестрица. Спасибо.
Но в его холодных глазах благодарности я не вижу. Я вообще не знаю, что у этого ящера на уме. Успокаивает лишь мысль, что у него нет ипостаси. Я в этом уверена, а вот Рейси не в курсе.
Проклятые болваны.
— Я прикажу принести тебе одежду. Позже, если захочешь, позавтракаем. Дождись отца и потом отправляйся домой.
Одежду приносят и я поспешно принимаю душ, после чего натягиваю платье. Потоки магии на спине сияют так, что, наверное, из космоса видно.
Ощущения во всяком случае точно космические. И сумочка моя тоже тут, из нее, к счастью, ничего не пропало.
Выскальзываю в коридор и поражаюсь тишине. Но отец “выгуливает” невесту, значит, дома нет никого кроме нас с Алом.
Я пробегаю по коридору и останавливаюсь у широких дверей. Не знаю, что за ними, но припоминаю — у отца где-то тут кабинет. Это ведь второй этаж северного крыла? Когда навещала семейство, неспешно наводила справки о планировке дома.
Но двери заперты. На всякий случай хватаюсь за медную круглую ручку, совсем позабыв о проколотом пальце, и замок щелкает, а дверь поддается. Реагирует на родовую кровь?
Времени у меня нет. А адреналин зашкаливает. Это я, наверное, еще от оборота не отошла.
Я проскальзываю внутрь и быстро обшариваю стол и ящики. Они не заперты, видимо, кабинет сам по себе защита.
Нахожу копию пророчества, переписку с тогдашним старейшиной, которого я видела на первом ужине здесь. Мари осознанно принесли в жертву. Не знали, что оборот в принципе возможен и не хотели объединять кланы, делиться генами. Кроме пороков и патологий, Рейси носители множества редчайших магических даров.
Ох, а сколько кланов присягнули Саршару! Мы с Эдрианом даже не представляли, как их много собралось.
Я быстро снимаю артефактом письма и списки предателей.
Страшно тороплюсь, но важность дела поддерживает меня.
Выхожу из кабинета как раз вовремя, внизу громыхает входная дверь.
Вниз я спускаюсь с улыбкой на лице, а в холле стоит Натан.
— Сестра? — удивленно спрашивает он.
Мы с Натаном не встречались с того вечера, как он отвез меня домой. И сегодня брат производит совсем иное впечатление. Китель, виднеющийся под тяжелым пальто, необыкновенно идет ему, хотя я не сразу понимаю, что это адмиральская форма.
Натан — моряк?
— На дворе буря, а я… потеряла шубу, — звучит глупо, конечно, но выходить в одном шерстяном платье не дело.
Сумочку Ал подобрал и притащил в особняк вместе со мной, а вот верхняя одежда утеряна.
Натан приподнимает темные брови и я со страхом осознаю, что он очень силен. От него веет звериной силой, которой пропитан каждый его мускул. Брат походит на идеальную машину для убийства, в которой учтено все.
Вот кого стоит опасаться.
Он защищал меня, а сейчас согласен сделать жертвой?
Натан молча снимает шинель и накидывает ее мне на плечи, которые тут же опускаются под тяжестью ткани.
Пару секунд смотрит мне в глаза и велит подоспевшему дворецкому:
— Скажи водителю отвезти мою сестру, куда она захочет.
— А я думал это отец вернулся, — Ал появляется из гостиной. На его физиономии написано редкое довольство, глаза блестят высокомерием.
Натан кидает на него нечитаемый взгляд и открывает мне двери. Выходит следом. От его шинели пахнет свежестью и морем.
— Зачем отец решил взять молодую жену? — спрашиваю я.
Дворецкий, кутаясь в пальто, спешит к гаражам. У нас есть немного времени для разговора.
Меня интригует тихая, испугання девушка, невеста. Если бы удалось как-то помочь ей.
— Отец хочет ее приданое, — мрачно отвечает Натан. — хотя я против. Девица с нехорошим даром. Да и не достойна нашей семьи.
64.
Я смотрю в глаза брату — он отличается от отца и Ала. Волосы более темные, серые глаза и открытый взгляд наводят на мысль, что Натан пошел в мать.
Мне так хочется верить, что он не испорчен амбициями Рейси, но не выходит. Высокомерие проскальзывает в каждом его жесте.
Возможно, он как плотоядный хищник, имеет на это право, но мне не понять.
Натан знает, что отец решил применить ко мне Зов, заставить совершить огромное преступление. По драконьим меркам — это ужасно и может привести к моей гибели.
Я опускаю глаза, а он подает мне согнутую в локте руку, ведет к машине, которую пригнал водитель.
Открывает дверцу и, наклонившись, шепчет:
— Если соединишься с истинным, появится шанс послать папашу с его Зовом в задницу.
Слова брата звучат грубо и я недоуменно смотрю на него, а Натан кривовато улыбается, ждет, когда я заберусь в салон.
Так я и знала, что в семье есть противоречия.
Но Натан говорит о шансе, всего лишь о шансе. Значит, риск все-таки остается.
Называю водителю адрес особняка Леона Шарсо. Сейчас они с Ви единственные, кто в состоянии помочь мне.
Сегодня как будто распогодилось и после ненастья наступила передышка. Видимо, поэтому лорд Саршар потащил невесту в парк, так как утренние конные прогулки являлись привычкой местной знати.
