— Радиус действия? — поинтересовался я.
— Прямой контакт или не более метра от тела, — мать подошла ближе и указала на руны. — Видишь эти символы? Они работают как проводники. Твоя энергия заполняет структуру и стабилизируется внутри. По принципу, аналогичному тому, как ты передаёшь защиту напрямую. Только здесь посредник — артефакт.
Понятно. То есть мне не нужно касаться людей, которые будут защищать президента. Просто наполнить эти диски — и готово.
Довольно удобно, мне, по крайней мере, не придётся отдельно с ними встречаться.
Я положил диск обратно на стол, закатал рукава и сел на стул.
— Можешь начинать, — мать отступила к стене, где стояла аппаратура для замеров.
Ну что ж. Работаем!
Взял первый артефакт в ладони. Закрыл глаза. Потянулся к источнику — к тому ядру внутри себя, где находилась Печать Пустоты. Она откликнулась сразу.
Направил поток в артефакт. Осторожно, тонкой струёй. Руны на диске слабо засветились голубоватым.
[Передача стабилизированной энергии хаоса]
[Артефакт защиты #1]
[Заполнение: 3%… 7%… 12%…]
Дело пошло. Медленнее, чем в прошлый раз, но эти варианты артефактов не должны давать осечек. И, как понимаю, их настроили под определённых людей, больше никто защитой не воспользуется.
Энергия текла ровно, без рывков. Артефакт принимал её жадно, как сухая губка впитывает воду.
Пока руки были заняты, голова оставалась свободной.
— Ты, кстати, видела церемонию? — спросил я, не открывая глаз.
— Видела, — мать ответила не сразу. Пауза получилась заметной. — Трансляцию показывали по всем каналам. Глеб, я понимаю, что тебе, наверное, всё равно на моё мнение. Но я горжусь тобой.
Хм, я открыл один глаз и посмотрел на неё. Мать стояла у стены и смотрела куда-то в сторону, будто боялась встретиться со мной взглядом. Руки сцеплены перед собой.
Удивительно, что сказанное было приятно. Наши отношения с матерью определённо налаживались.
— Спасибо, — кивнул я и вернулся к артефакту.
[Заполнение: 100%]
[Защита передана]
[Текущее количество носителей: 40/60]
Готово. Система засчитала передачу защиты ещё до того, как она дошла до человека. Интересный феномен. И думаю, он связан с тем, что артефакты привязаны к определённым личностям.
С этими мыслями я положил заряженный диск на стол и взял следующий.
Мать подошла к первому артефакту и приложила к нему какой-то прибор. Замерила. Кивнула, удовлетворённая результатом.
Второй артефакт пошёл быстрее. Минут пятнадцать, не больше. Третий — ещё быстрее. К четвёртому я уже набил руку настолько, что мог разговаривать, не отвлекаясь от процесса.
— А отец когда будет? — поинтересовался я, не отрываясь от работы.
— Должен подъехать с минуты на минуту. Он работал в другом корпусе с самого утра.
[Артефакт защиты #4]
[Заполнение: 100%]
[Защита передана]
[Текущее количество носителей: 43/60]
Четыре из пяти. Осталось немного.
Дверь лаборатории открылась, и вошёл отец. В руках его красовалась папка с документами. Халат застёгнут на все пуговицы, очки на носу. Типичный учёный до мозга костей.
Но взгляд у него был совсем не типичный. Жёсткий, оценивающий. Такой бывает у людей, которые привыкли принимать решения, от которых зависят жизни.
— Глеб, — он кивнул. — Как продвигается?
— Четыре готовы. Последний заканчиваю, — тем же тоном ответил я.
Он подошёл к столу, осмотрел заряженные артефакты. Взял один, повертел в пальцах. Достал из кармана небольшой сканер и провёл над поверхностью диска. Цифры на маленьком экране замелькали, он прищурился, считывая данные:
— Девяносто четыре процента заполнения кристаллической решётки. Неплохо.
Из его уст это звучало почти как комплимент. Мне начинает казаться, что эмоциональный интеллект у учёных на уровне табуретки. Кротовский тоже недалеко ушёл.
— Рад стараться, — я не стал скрывать иронию.
Он, впрочем, её и не заметил. Или сделал вид. Трудно было разобрать, мы мало общались искренне. Последний раз, когда я спас его из плена.
Отец положил артефакт обратно и повернулся ко мне. Снял очки, протёр их полой халата.
— Есть новости по нашему направлению, — продолжил он.
— Слушаю, — кивнул я.
— За последние трое суток удалось поймать ещё двоих обращённых живыми.
— Личности определили? — спросил Дружинин, который всё это время стоял у двери.
— Одну — да. Бывший оперативник ФСМБ из Екатеринбурга. Его команда видела, как он обратился и исчез. Второй… — отец покачал головой. — Личность не установлена. У чёрной дымки не снять ни отпечатки, ни ДНК не взять.
[Артефакт защиты #5]
[Заполнение: 100%]
[Защита передана]
[Текущее количество носителей: 44/60]
Пять из пяти. Договорённость выполнена. И, может, после этого мне всё-таки удастся сегодня поспать.
Я выдохнул и откинулся на спинку стула.
Мать собрала артефакты в специальный кейс, защёлкнула замки. Готово. Отправят президенту сегодня же.
— Хочу вам кое-что показать, — сказал отец и кивнул в сторону двери. — Пойдёмте.
Мы двинулись по коридору. Прошли два поста охраны, спустились на подземный уровень. Здесь воздух был другим — прохладнее, суше, с лёгким привкусом металла.
Стены из усиленного бетона, на потолке я заметил руны подавления. Знакомая обстановка. Я уже бывал в похожем помещении. Видимо, эту лабораторию решили отделить от общей.
Отец остановился перед массивной дверью. Сканирование, код, отпечаток ладони. Три уровня защиты, как в прошлый раз. Дверь отъехала в сторону с глухим шипением.
За ней находились уже знакомые мне колбы.
Я мельком глянул на них через Систему.
[Анализ объекта]
[Концентрация нестабильной энергии хаоса: 70%]
Всё не так плохо, и я могу помочь прямо сейчас.
Я подошёл к колбе и приложил ладонь к стеклу. Энергия прошла сквозь неё легко — колба не была преградой для стабилизированного хаоса.
[Защита передана]
[Носитель: Борисов Илья Николаевич]
[Текущее количество носителей: 45/60]
Тело внутри колбы дёрнулось. Чёрная дымка, облепившая кожу, начала отслаиваться. Под ней проступала обычная человеческая кожа.
Мать бросилась к панели управления. Пальцы замелькали по клавишам.
— Показатели стабилизируются, — докладывала она. — Концентрация нестабильного хаоса падает. Семьдесят… пятьдесят три… тридцать один…
Через минуту в колбе завис мужчина. Лет сорок, крепкий, с короткой стрижкой. Без сознания, но дышал ровно. Черноты на коже не осталось.
[Концентрация нестабильной энергии хаоса: 0%]
[Трансформация: обращена]
[Статус: стабилен]
Отец молча снял очки и протёр их. Это, видимо, его дефолтная реакция на всё, что не укладывалось в рамки привычного.
— Это тот, чью личность не определили? — я кивнул на колбу с обращённым обратно.
— Нет, — отец подошёл к панели управления. — Этот — из Екатеринбурга. А неопознанный — вот.
Он указал на второго Пожирателя. И я автоматически потянулся к системе.
[Анализ объекта]
[Концентрация нестабильной энергии хаоса: 91%]
[Передача защиты невозможна]
[Порог обратимости превышен]
Система даже не предлагала попробовать. Выше восьмидесяти пяти — всё, точка невозврата. Можно не пытаться. Раньше я этого не знал, думал, может получиться, но система была категоричной. И навык не срабатывал.
Семьдесят и девяносто один. Разница — двадцать один процент. Казалось бы, ерунда. Но одного я только что вернул к жизни, а второй уже за чертой. Двадцать один процент — и между ними пропасть.
Только я об этом подумал, как Пожиратель в колбе открыл свои ярко-красные глаза.
Мать отшатнулась от колбы. Дружинин и отец не сдвинулись с места.
