Купеческая дочь (СИ) - Хайд Адель

Вера слушала и удивлялась предприимчивости некоторых.

Вдруг музыка заиграла громче, и Ирэн сказала:

─ Сейчас начнётся, смотрите! Готовимся!

Вера удивлённо смотрела на Ирэн, и, вдруг вспомнила, что первым танцем шёл полонез и его танцевали все, кто был в зале. Тихонько выдохнула, что Алексей Потапов рядом, очень ей не хотелось с каким-нибудь офицером идти. Всё же не меньше двадцати минут по кругу расхаживаться.

Вера подумала, что, если со стороны смотреть, то первый танец всегда очень красивый, а здесь ещё и дебютантки в таких одинакового фасона, но разного цвета, платьях словно цветочки на клумбе.

Все повернулись в сторону тех, кто уже выстроился, и третьим по счёту Вера увидела графа Морозова, а «невеста» тоже стояла третьей в своей колонне.

Лицо у графа было хмурое и напряжённое, как будто он только сейчас понял, что ввязывался во что-то, куда вовсе не собирался.

А через несколько человек за ним стоял граф Забела и Вера с облегчением подумала, что не только Якоб Александрович юным дебютанткам помогает.

А Ирэн, глядя на то, как выстраиваются мужчины в одну колонну, а женщины в другую, вдруг повернулась к Алексею Потапову и сказала:

─Алексей Леонидович, рассчитываю на ваше общество*.

И, улыбнувшись супругу, добавила:

─ А вы, Сергей Михайлович ищите пару.

(*В полонезе супруги не танцевали вместе (это считалось дурным тоном)).

Выражение лица у барона Виленского стало растерянным, но он быстро сориентировался, посмотрел на Веру, и только собрался ей предложить составить ему партию в полонезе, как вдруг из-за его спины раздался голос:

─ Говорят очень почётным считается, когда дебютантку представляет кто-то с именем.

Вера повернулась и увидела самого графа Шувалова. Тот, тяжело ступая подошёл, остановился рядом и, сразу же сказал:

─Вера Ивановна, не откажите старику, составьте партию в полонезе.

Барон Виленский, который не успел высказать своё предложение, разочарованно выдохнул, а Шувалов, лукавым взглядом посмотрел на Ирэн и сказал:

─ Вот молодёжь, вечно они слова подбирают, а надо делать.

Потом поглядел также хитро на Виленского и добавил:

─ После пятого круга будет возможность даму «отбить» *.

(*в полонезе, не на всех балах, конечно, была фигура «отбивания» дам: кавалер из задних пар хлопал в ладоши и «отбивал» даму у первой пары, кавалеры отвоёванных дам переходили к следующим дамам в колонне, а вот, кавалер в последней паре оставался один (мог уйти или попытаться «отбить» даму вновь)).

В зал неспешно вошли император с императрицей и сделали первые шаги, и, с небольшим опозданием, словно бы нарочно, чтобы подстроится под то, как шагает венценосная пара, грянула музыка.

Когда Шувалов заговорил Вера подумала о том, что этот человек никогда и ничего не делает просто так, а ещё о том, что он, наверное, никогда не отдыхает.

─Вера Ивановна, ─ начал Шувалов, ─ скажите, говорил с вами Якоб Александрович про наше дело?

─ Говорил, ─ коротко ответила Вера, а сама подумала: «Столько всего наговорил, а главного так и не сказал,» и глазами поглядела чуть левее, где на той стороне круга шли пары с дебютантками.

─ Так вот, Вера Ивановна, ─ на очередном шаге вздохнул Шувалов, ─ мы думаем, что сегодня всё и начнётся.

─ А что начнётся? ─ отчего-то Вера сразу подумала, про «бомбиста».

Шувалов, как будто мысли её прочитал, сказал:

─ Да не волнуйтесь вы так, никаких террористов, конечно, здесь нет, но я имел в виду провокации несколько другого толка. И вас и вон Якоба Александровича могут спровоцировать.

Вера замолчала, начав анализировать каким образом может произойти провокация, а Шувалов продолжил:

─ Мы, конечно, почти на все танцы вас ангажировали, так что не удивляйтесь, что сегодня танцевать будете много и всё больше с моими агентами.

А Вера подумала, что она вообще не собиралась танцевать, а хотела уйти после церемонии.

Так и сказала Шувалову.

─ А вот уходить не надо, ─ в голосе Шувалова появились, если не просящие нотки, то настоятельные, приказать-то он ей не мог, только попросить.

И Шувалов разъяснил:

─ Этот бал прекрасный момент для того, чтобы эта провокация состоялась и показала им то, что они хотят увидеть.

Но на вопрос Веры, что «они» хотят увидеть, Шувалов ответа не дал. В Вера подумала, что в этом как раз весь ужас и будет.

─ А от кого ожидать? ─ спросила Вера, которая теперь в каждом видела угрозу.

─ Есть предположения, Вера Ивановна, но я вам лучше говорить не стану, а то ведь они тоже не дураки, не поверят.

Но Вера, раз уже её задействовали в операции, решила и своё узнать:

─ А что по делу моему, про находку в Малино, ну и про моего костромского гостя, есть какие новости?

Шувалов страсть, как не любил, когда все лезут в незаконченное дело, но понимал, что кто-кто, а Вера Ивановна имеет право спросить.

─ Мы полагаем, что некое лицо, скрывающееся под именем Моисей Герцевич Ковальчук, является неким представителем шляхты из Понзского княжества, по имени Ромуальд Трауг, нелегально проникшим на территорию Стоглавой империи, а в связи с этим он может скрываться в посольстве, там, куда мы никак не можем попасть.

И Веру будто бы холодком омыло, она вспомнила, что и в её времени, из похожей на Понзское княжество страны, были разные люди, которые не брезговали террором, прикрываясь идеями всеобщего блага.

Вдруг за спиной Веры раздался хлопок, и Шувалов, виновато взглянув на неё взял и вышел из дружно двигавшегося по кругу хоровода пар.

Рука Веры оказалась в руке на первый взгляд довольно приятного сухопарого мужчины, который находился в том возрасте, когда в крови не бушует коктейль безумства и отваги и всё чаще тянет посидеть возле камина, с рюмочкой.

Но, похоже, её новый кавалер хотел, чтобы все его воспринимали моложе годами, чем он есть. На это указывали, и подкрученные усы, и слегка подкрашенные хною волосы, и щегольский костюм.

─ Князь Куракин, ─ назвал он своё имя, ─ Аристарх Борисович.

И Вера вспомнила, что имя это впервые услышала, когда перекупала ложу в театре на сезон, что вроде бы князь Куракин хотел купить, а она взяла, да и «перебила».

А ещё, вроде бы от Алексея звучало, что князь Куракин в тайное масонское общество входит, и не на последних ролях. «Неужели началось?» ─ подумала Вера и вновь скосила глаза туда, где шёл Морозов, но Морозова там больше не было, вместо него с «невестой», глядя на неё восхищённым пылким взором, шёл красавец офицер, в котором Вера с изумлением узнала Углецкого.

Глава 74

─Поздравление мои примите, с высочайшей наградой, ─ произнёс князь Куракин, ─ если позволите, буду назвать вас по имени, хотя мы с вами и не представлены.

Князь улыбнулся, обнажив желтоватые зубы, и добавил:

─ Его императорское величество всем ваше имя назвал, а я запомнил.

─ Да, ─ вернула князю улыбку Вера, ─ можно считать представление состоялось и, благодарю ваше сиятельство за поздравление.

─ До вас ведь, только одна дама такую награду получила, ─ сказал князь, а в голосе его Вера услышала странные нотки, как будто было за этими словами что-то ещё, а не только то, что было сказано.

─ Вы же тоже, как и супруга барона Виленского всяческие штуки выдумываете? ─ спросил князь.

Вере про штуки совершенно не понравилось, и она решила сделать вид, что не поняла:

─ Какие такие штуки, ваше сиятельство?

Князь, очевидно, был не готов к вопросам, поскольку возникла небольшая пауза. Но довольно быстро князь сориентировался и высказал:

─ Слышал я американскому негоцианту вы сушильные машины продали.

─ Продала, ─ коротко ответила Вера, немного не понимая к чему князь всё это ведет.

Но следующие вопросы приоткрыли завесу тайны:

─ А почему ж ему? А не нашим фабрикантам?

─ Так наши пока не особо хотят покупать, а он золотом платит, ─ Вера сказала, и пожалела, заметив, что глаза князя блеснули нехорошо.