Я прекрасно понимала этих людей. Ещё совсем недавно сама готова была отдать всё, что имела, ради возможности вернуть любимого человека.
Но теперь, когда передо мной стояли десятки несчастных, умоляющих поделиться чудом, я впервые с ужасом осознала, что чувствовал Смерть, когда я пять раз призывала его из-за грани.
Если бы я могла, наверное, помогла бы каждому из них.
Только я не могла. У меня не было волшебного дара, способного возвращать покойников. Был лишь страшный обряд, незаконный даже по меркам нашего мира, и заключённая сделка, последствия которой я до сих пор не могла осмыслить. А главное, я совершенно не представляла, согласится ли Смерть повторить подобное ещё раз. И если согласится, какую цену потребует от человека, который придёт к нему с такой же просьбой.
— Отойдите от герцогини! — неожиданно раздался голос Игниса.
Глава 138. Неужели это правда?
Муж наконец добрался до лестницы.
Он решительно оттеснил нескольких гостей, осторожно освободил мои руки от цепких пальцев незнакомой женщины и встал рядом, заслоняя меня от толпы.
На его лице появилась та самая властная суровость, которую я хорошо помнила по временам, когда он управлял герцогством.
Он оглядел собравшихся с таким выражением, что даже маркиз, ещё секунду назад требовавший назвать цену воскрешения, невольно отступил.
— Господа, я прекрасно понимаю ваше волнение, — произнёс Игнис, обнимая меня за талию. — Но моя супруга не является ни магом, ни жрицей, ни специалистом по возвращению мёртвых. Она любящая женщина, которая пережила страшное горе. Всё, что произошло с нами, — настоящее чудо, объяснить которое никто не в состоянии. И я прошу вас не превращать нашу радость в допрос!
Толпа постепенно успокоилась.
Кто-то смущённо отвёл глаза, несколько дам принялись извиняться за излишнюю настойчивость, а маркиз сжал губы и отступил к окну.
Только женщина в чёрном продолжала смотреть на меня с такой отчаянной надеждой, что мне захотелось отвернуться. Я знала, что ей не понравится мой ответ, каким бы он ни был. И от этого становилось особенно тяжело.
Игнис тем временем воспользовался наступившей тишиной, чтобы повернуть разговор в гораздо более приятное для себя русло.
Он улыбнулся гостям, подозвал лакея с подносом бокалов и предложил всем выпить за чудесное возвращение герцога Рейсберга.
Люди с готовностью откликнулись. Кто-то громко пожелал нам долгих лет счастливой супружеской жизни, другие поддержали тост, а пожилой советник принялся рассуждать о силе настоящей любви, способной преодолеть даже смерть.
— Поэтому поднимем бокалы за мою дорогую супругу! — торжественно произнёс Игнис, взяв с подноса наполненный бокал. — За женщину, которой я обязан всем! За её любовь, преданность и верность! Если бы не она, меня сегодня не было бы среди вас!
Зал взорвался аплодисментами.
Я стояла рядом с мужем, чувствуя, как его рука всё крепче обнимает мою талию, и не знала, куда деть глаза. Ещё вчера этот человек отказывался дать мне развод, угрожал разрушить мою жизнь и устраивал сцены ревности.
Сегодня же он публично прославлял мою верность, заставляя десятки людей восхищаться нашим счастливым браком.
Мне хотелось спросить, почему среди всех его благодарностей не нашлось места хотя бы одному признанию, что он сам разрушил нашу семью.
Игнис поднял мою руку и поцеловал её на глазах у собравшихся.
На этот раз я даже не успела отдёрнуть пальцы, потому что вокруг снова раздались восторженные возгласы.
Муж улыбнулся мне так нежно, словно мы только что обменялись свадебными клятвами, после чего поднял бокал и выпил до дна.
Я тоже взяла бокал, хотя пить совершенно не хотелось.
Гости продолжали переговариваться, обсуждая увиденное, а лакеи уже разносили новые напитки. Несколько дам с умилением смотрели на нас, пожилой граф громко заявил, что подобная супружеская преданность заслуживает отдельного упоминания в придворной хронике, и я с ужасом представила, как завтра газеты напечатают историю нашего чудесного воссоединения.
Наверняка с подробным описанием слёз герцогини и самоотверженной любви, вернувшей покойного супруга с того света.
Игнис наклонился ко мне, не переставая улыбаться окружающим. Его губы почти коснулись моего уха, и я машинально напряглась, ожидая очередного признания в любви или просьбы поговорить наедине.
Но вместо этого он произнёс так тихо, что услышать могла только я:
— Развода не будет, Делли.
Глава 139. Договоренность
Я едва не выронила бокал. На мгновение все голоса вокруг словно отдалились, а праздничная суета превратилась в бессмысленный шум.
Я медленно повернула голову и посмотрела на мужа. Он продолжал улыбаться гостям, кивать знакомым и принимать поздравления, будто только что не сообщил мне нечто совершенно чудовищное.
— Это ещё почему? — прошептала я, чувствуя, как пересыхает горло. — Игнис, мы ведь договорились! Учти, я не стану свидетельствовать перед проверочной комиссией, что ты действительно Игнис Рейсберг, пока мы не подпишем документы о разводе!
Муж наконец посмотрел на меня. В его глазах появилось знакомое выражение, которое я всегда ненавидела: спокойная уверенность человека, заранее знающего, что спор уже выигран.
Он чуть крепче прижал мою руку к своему локтю и улыбнулся так ласково, словно собирался сказать что-нибудь приятное.
— Боюсь, дорогая, твоё свидетельство больше не потребуется, — негромко сообщил он. — Все необходимые документы уже подписаны.
Я растерянно моргнула. Несколько секунд мне казалось, что я неправильно расслышала. Какие документы? О разводе? Неужели муж всё-таки передумал? Но выражение его лица совершенно не соответствовало подобному предположению.
— Что ты имеешь в виду? — спросила я, стараясь не повышать голос. — Какие именно документы подписаны, Игнис?
— Документы, подтверждающие мою личность, разумеется, — пояснил он с откровенным удовольствием. — Сегодня утром ко мне приехали представители Магического совета. Ты ведь знаешь, что герцоги нашего рода обладают правом магической подписи? Довольно редкая привилегия, которой я, признаться, раньше не придавал особого значения.
Я молчала, чувствуя, как внутри медленно поднимается неприятное предчувствие. Конечно, я знала о магической подписи.
Игнис не раз пользовался ею при заключении важных сделок, утверждении документов и распоряжениях, касающихся имущества герцогства.
Магический отпечаток считался настолько надёжным доказательством личности, что его принимали даже там, где обычной подписи и родовой печати было недостаточно.
— Они попросили меня подписать несколько документов, — продолжил муж, внимательно наблюдая за моей реакцией. — После чего сверили отпечаток магии с тем, который хранится в архивах Совета. Совпадение оказалось полным. Абсолютно идентичным, Делли. Подделать такую подпись невозможно, и ты прекрасно это знаешь.
Мне вдруг стало трудно дышать.
Я медленно повернула голову, разглядывая переполненный зал. Возле дальней колонны стояли трое мужчин в тёмно-синих мантиях.
Один из них разговаривал с пожилым советником, другой рассматривал родовой портрет над камином, третий держал бокал вина и с интересом наблюдал за гостями.
Наверное, именно они приехали утром, пока я спала, и теперь могли официально подтвердить, что воскресший герцог действительно является Игнисом Рейсбергом. Еще до того, как новость разлетиться по столице.
— Значит… никакой проверки не будет? — спросила я, чувствуя, как голос становится чужим.
— Зачем? — удивился Игнис. — Магический совет уже подтвердил мою личность. Осталось оформить несколько обычных распоряжений, и я снова вступлю во все законные права. Разве не прекрасно, дорогая? Нам больше не придётся доказывать окружающим, что произошло чудо! Не будет унизительных заседаний, проверок и прочей бюрократии, которая так выматывает нервы.
