Точно... Всё дело в этой самой истинности, которая мучает нас обоих.
Как бы избавиться от неё?
— Магик, — прошептала я несознательно, — может, ты способен помочь? Как сделать так, чтобы я перестала быть истиной этого дракона?
Котёнок вдруг посмотрел на меня слишком осознанным взглядом… взглянул на окно — и растворился в воздухе. Вот так, мгновение, и его не стало.
Однако, когда он вернулся, в его зубах был зажат клочок старой жёлтой бумаги.
Я была ошеломлена.
— Откуда ты это принёс?..
Я осторожно развернула бумагу — и с удивлением обнаружила, что она полностью исписана чернилами. И главное — я могу эти письмена прочитать…
Глава 10. Истинность, как проклятье...
Я осторожно развернула бумагу, боясь, что она рассыплется в моих руках от старости. Она действительно была старая, местами потемневшая, с потёртыми краями, но, к счастью, прочная. Строки на ней были написаны не очень ровным, но чётким почерком. Чёрные чернила поблёскивали, словно металл.
Я вчиталась.
"Истинность дана не ради счастья, но ради пути. Пара связана не телом и не сердцем, но волей мира, и только воля её развязывает. Сними покровы с сердец — и увидишь истину. В день, когда обретешь свободу, потеряешь нечто гораздо большее…»
Я перечитывала снова и снова. Что бы это значило?
Честно говоря, похоже на набор пафосных фраз.
Но магическое происхождение клочка бумаги наталкивало на мысль, что всё это не шутки.
На всякий случай я выучила эти строчки, чтобы подумать о них на досуге, но чем дольше я читала, тем больше вопросов возникало. Я почувствовала себя глупой школьницей, которой дали задачу уровня учёного мага.
Выдохнула.
Ладно. Сейчас мне этого не понять. Я слишком слаба, слишком уязвима. Но, может быть, потом… потом я смогу использовать это знание. Когда пойму.
— Спасибо, Магик, — тихо сказала я, поглаживая котёнка по пушистому ушку.
Он довольно замурчал и, уютно свернувшись на моих коленях, закрыл глаза.
Я улыбнулась впервые за всё это время по-настоящему спокойно.
Пусть этот мир пока непонятен, пусть вокруг враги… но со мной есть хотя бы один друг. Маленький, пушистый, волшебный. И я ещё поборюсь за своё место под этим странным небом.
Пока Магик спал, а за окном замок погружался в вечерние сумерки, я прятала клочок бумаги в самый надёжный угол комода. Может быть, он ещё спасет меня из этого рабства.
Может быть, однажды…
***
Окончательно грохот в доме прекратился только к ночи. Я решила, что просто буду спать и набираться сил. Но не тут-то было.
Ключ провернулся в замке. Ах, если бы я могла этот замок поменять!
Дверь распахнулась, и на пороге появилась совершенно незнакомая мне девица. Это была не служанка — я поняла это по её внешнему виду. Драконница. Аристократка. Её зрачок менял форму. Я уже поняла, что это первый признак того, что дракон или драконница испытывают целую гамму чувств.
Девица была вне себя от злости. Одета богато, броско. На лифе платья — россыпь драгоценных камней. А в чертах лица показалось что-то неуловимо знакомое.
Стоп, так и есть. В памяти всплыло знание — это сестра Кайрена по имени Авита!
— Ты! — она вперила в меня свой палец, будто собиралась меня проткнуть. — Это всё из-за тебя! Как же я тебя ненавижу!
Я встала ей навстречу, сцепила руки в замке и ответила как можно более спокойно, хотя внутри всё тряслось:
— В чём вы меня обвиняете? Я ни в чём не виновата.
— Из-за тебя он беснуется. Из-за тебя уже разнёс половину поместья!
Магик, кстати, исчез, как только она появилась на пороге. Но я чувствовала его присутствие на своём теле, потому что боли не было.
— Я не знаю, что вам сказать, — ответила максимально спокойно. — Если бы я могла... если бы могла освободиться от этой истинности, я бы сделала это. Но не я её придумала.
— Однако ты несёшь ответственность за свои поступки! — взревела драконница и шагнула ко мне. Глаза её полыхнули ещё ярче. — Ты позволила себе измену. А расплачивается за это он, мой брат!
Она ненавидела меня, как и Кайрен. Весь мир ненавидел меня. И я не знала, что сказать. Просто молчала.
— А теперь рассказывай, — она резко успокоилась и переплела руки на груди. — Сколько их было? Трое из них уже мертвы. Кто был четвёртым? Пятым? Шестым? Или их было больше? Немедленно признавайся.
— Что?.. — У меня глаза полезли на лоб от изумления. — Мертвы?
Неужели Кайрен в порыве гнева кого-то там убил?
— Я не изменяла твоему брату, — произнесла чётко и уверенно. — Это всё ложь. Никого не нужно убивать.
— Покрываешь, — улыбка драконницы стала исполнена отвращения. — Но это не поможет. Кайрен не остановится, пока не уничтожит их всех. Всех до единого. А после... и тебя.
Она развернулась и ушла, оставив меня в полной растерянности и ужасе.
***
Кайрен стоял посреди опустевшего зала, тяжело дыша. Вокруг него ещё витала дрожащая пыль, повсюду валялись остатки разбитой мебели и осколки хрусталя. Пол под ногами трещал, не выдерживая напора исходящей от него силы. Пальцы дрожали, а из-под ногтей тонкими нитями сочилась магия — тёмная, горячая, неуправляемая.
Глаза полыхали яростью. Слишком ярко. Опасно.
— Я не могу её простить, — глухо выдохнул он, сжав кулаки так, что костяшки побелели. — Не могу отпустить. Я хочу её и… ненавижу!
Эхо его слов отразилось от каменных стен.
На ступенях появилась Авита. Она была бледна, но держалась прямо и невозмутимо, как всегда. Под её кожей едва заметно пульсировала собственная магия, сдерживаемая только усилием воли. Она остановилась перед братом и холодно произнесла:
— Тогда убей!
Тишина после этих слов прозвенела, как струна.
Вдруг Кайрен резко шагнул вперёд и молниеносным движением… схватил сестру за горло. Она не ожидала этого и ошеломленно выпучила глаза. Он сжал пальцы крепче, и на миг показалось, что вот сейчас... сейчас хрупкая шея переломится…
Губы драконницы побледнели. Она смотрела ему в глаза, не отводя взгляда, не умоляя о пощаде, но укор, плескавшийся в глубине, его немного отрезвил…
Очнувшись, Кайрен отдёрнул руку.
Авита закашлялась и едва не упала. Несколько долгих мгновений они стояли молча. Она пыталась выровнять рваное дыхание, он — старался совладать с безумием внутри.
Когда голос вернулся к ней, то прозвучал с гневом и обидой:
— Хорошо. Раз ты не в себе... я сама спасу тебя от неё!
Кайрен ничего не ответил.
Он был в отчаянии, ведь только что под влиянием своего безумия едва не убил драгоценную сестру…
Потому что истинность — жестокая в своей сути — предполагает смерть всякому, кто позволит себе угрожать избраннице…
Истинность — не благословение. Истинность — проклятье…
Глава 11. Последний шанс...
Не думала, что Авита начнет действовать так скоро. Уже на утро она вошла в мою комнату с двумя крепкими служанками. Посмотрела, как на пустое место, и произнесла:
— Ты отправляешься отсюда сегодня же, немедленно! И никогда больше не возвращайся, слышишь? У тебя небольшой выбор.
Голос её звучал жёстко и убийственно:
— Или смерть, или жизнь далеко-далеко отсюда. Подальше от моего брата. Я догадываюсь, что именно ты сейчас изберешь…
Я смотрела на неё и подрагивала от ужаса. Всем своим нутром чуяла, что дела у меня плохи.
— А почему нельзя меня просто отпустить? — проговорила я дрогнувшим от боли и негодования голосом. — Почему нельзя просто позволить мне уйти?
— Потому что он всё равно придёт за тобой! — зарычала Авита, мгновенно вспыхнув от ярости. Я аж подпрыгнула на месте. Лицо её покрылось чешуёй, глаза блеснули. — Он найдёт тебя везде, где бы ты ни была. И не потому, что ты ему нужна, а потому что истинность не оставит его в покое! Он будет метаться, и искать, и ждать, и убивать себя. А потом возвращать тебя в этот дом снова и снова, ненавидя ещё сильнее… Мне плевать на тебя, я бы задушила тебя собственными руками, но ради брата помилую. Поэтому… радуйся, что я даю тебе шанс на жизнь!
