Купеческая дочь (СИ) - Хайд Адель

Самый главный и секретный аттракцион ещё доделывался, это была специальная горка, конструкция которой позволяла кататься на ней зимой и летом. Специальные сани на роликах были неоднократно протестированы в инженерной лаборатории.

И вот теперь целая команда инженеров из Московского университета приехала, чтобы как следует всё проверить. И так напроверялись, что к концу дня их всех пошатывало, а кого-то даже подташнивало.

А что, мужчины все были молодые, а удовольствие, полученное от езды на этой горке, человек получал немалое.

Вера и сама попробовала, взяв слово с управляющих, что они ни слова не скажут графу Морозову. Потому что если бы граф узнал, что она тут своей жизнью рискует, с горки катается... Хотя Вера представить себе не могла, как это может выглядеть, чтобы граф Морозов на неё мог ругаться.

Барон Виленский приезжал на прошлой неделе и обещал, что за неделю до приезда государевой семьи и двора, он привезёт свою семью. И Вера, которая очень скучала по своим встречам с Ирен, радовалась, что увидится. Всё же из настоящих подруг у неё, кроме помещицы Садовниковой и Ирен Виленской, так особо никого и не было. Но с Ирен она могла говорить о чём угодно.

Та единственная знала тайну её происхождения. Вера как-то спросила Ирен, рассказала ли она о том, откуда она, кому-нибудь, мужу или отцу.

Ирэн тогда ответила:

— Знаешь, с тех пор как я здесь, столько всего произошло, что мне уже кажется, что той жизни и не было, поэтому и рассказывать не о чем.

Но по секрету поделилась, что написала об этом в дневнике и спрятала в свой личный сейф.

И, улыбнувшись, произнесла:

— Может быть, когда-нибудь внуки мои найдут и прочитают.

Вера удивлялась, как Ирен смогла уговорить мужа разрешить ей приехать в Петербург. Хотя срок у неё ещё не сильно большой, но уже вполне себе заметный. Возможно потому, что дорога была комфортная, ездили-то на поезде, что особо волнения не доставляло.

— О чём задумалась, Вера Ивановна? — вдруг раздался голос за спиной.

И Вера улыбнулась, потому что в ответ на этот голос внутри что-то сладко завибрировало.

— Да так, я вспомнила, что Сергей Михайлович говорил, что Ирен Леонидовна приедет. Соскучилась я по ней, буду рада пообщаться.

— А у меня сегодня сюрприз, — сказал граф Морозов.

Вера улыбнулась. Граф почти через день заявлял сюрпризы. И прошлый сюрприз был приятный, они прогуливались на небольшой яхте по каналам Питерграда. Погода была, как и обычно здесь в начале лета не жаркая, слегка ветренная. Но у Веры был тёплый палантин, поэтому холод ей был не страшен. Да и граф, стоя на яхте, не стесняясь, обнимал её, прикрывая широкой спиной от порывов холодного балтийского ветра.

Поэтому Вера, повернувшись к графу и с удовольствием вдохнув родной запах, улыбнулась в ожидании.

— Мы сегодня идём в оперу, — сказал граф.

Вера любила оперу, ей казалось, что музыка и голоса, вплетённые в неё, создают определённую волну, которая пробуждает внутри то, что забивается занятостью и ежедневной суетой, и тогда приходят новые, свежие мысли, и на то, что происходит в действительности, ты смотришь совсем по-другому. Получается увидеть то, что ранее могло быть скрыто.

— А кто будет петь? — поинтересовалась Вера.

— Петь будет Паулина Лукка.

Паулина Лукка была оперной дивой, блиставшей на лучших оперных площадках Кравеца и Бротты, и вот её первое турне в Стоглавую.

Дама была весьма эксцентричная, не стеснялась заводить громкие скандальные связи с мужчинами, но вокальными данными обладала потрясающими. Возможно, поэтому ей многое прощалось.

— Как любопытно! — восхитилась Вера, это был очень приятный сюрприз. — Что за опера?

— Опера «Эрнани», молодого италийского композитора.

—Я знаю такую оперу! — не сдержав эмоций воскликнула Вера.

На этот раз удивился Морозов:

— Откуда?! Это премьерный показ.

И Вера вдруг поняла, что она эту оперу слушала в прошлой жизни, а здесь она её пока никак не могла знать.

Вера смутилась и ответила:

— Я слышала про неё, это очень грустная история.

— На грустную не пойдём, — сказал Морозов.

— Нет! Нет! Мы должны… — было начала возмущаться Вера, а потом увидела смешинки в глазах графа и поняла, что он шутит.

Опера не разочаровала. Волшебный голос Паулины Лукки, в роли Эльвиры, особенно если слушать её с закрытыми глазами, не глядя на вульгарный грим, которым зачем-то измазали её, в общем-то, симпатичное лицо, дал возможность Вере насладиться музыкой, рассказывающей о вечной любви.

И вот как-то, обычно чувствительная к чужим взглядам, Вера на этот раз не почувствовала, что из ложи напротив её рассматривали, причём довольно долго. И в ту же ложу, после того как уже объявили антракт законченным, зашёл некий человек в маске.

***

Сегодня у Ромуальда Трауга было большое событие, он наконец-то выйдет из своего заточения. Изделие было почти готово. Ромуальд переживал, что, как только он скажет, что всё завершено, то его тут же и прикопают. Поэтому Ромуальд готовился к побегу.

Он теперь знал куда ему надо бежать, поскольку приезжал человек от его «благодетелей» и сообщил, что где планируется дело. И то, что ему так открыто об этом сообщили, только ещё больше уверило Ромуальда в том, что его собираются убить.

Поэтому Ромуальд, у которого всё было готово к побегу, тихо радовался, проверяя, свои закладки. Во всём доме были заложены его бомбы-малышки, которые взорвутся все по очереди, внося панику, и, давая ему возможность бежать.

Глава 90

В Опере на премьерном показе «Эрнани» в Питерграде

— Вы её хорошо рассмотрели? Вам необходимо будет похитить именно эту женщину, но не раньше и не позже дня, когда вам передадут информацию.

— А почему важна такая точность? — спросил тот, который с самого начала оперы, сидя в ложе, смотрел не на сцену, где шикарно пела Паулина Лукка. Мужчина хорошо говорил по-русски, но, если прислушиваться, то можно было услышать лёгкий акцент, что указывало на то, что русский язык ему не родной.

Он смотрел в ложу, где сидел граф Морозов со своей невестой, ради которой он забросил и службу, и столичное общество, и, словно привязанный, мотался за ней, не позволяя никому к ней приблизиться. — Почему вы думаете, что в тот день, который вы назначили, граф Морозов неожиданно оставит её одну?

— Мы обеспечим графа Морозова другими делами. Ваша забота не думать о том, чем будет заниматься граф Морозов. Ваша забота вывезти его невесту, доставив её до указанного вам места. Когда наступит назначенный час, вы должны её вывезти и обеспечить её исчезновение.

А вот в голосе человека в маске слышалась усталость, которая возникает, когда человек мнит себя выше остальных, считая себя умнее, успешнее, и поэтому в тоне голоса проявляется этакая снисходительность к собеседнику.

— А что, если граф Морозов кинется за ней в погоню?

— О, поверьте, не кинется. Мы сделаем всё так, что он будет уверен в том, что это её решение.

Мужчина нахмурился, не верилось ему, что граф Морозов настолько не знает своей невесты, что его удастся убедить в её предательстве, но он сидел в тени, поэтому тому, кто пришёл в маске, было не очень хорошо видно его лицо.

Вероятно, поэтому человек в маске и продолжил, не дожидаясь, когда ему ответят:

— Деньги и дальнейшие инструкции вы получите через неделю.

— Послушайте, я же вам говорил, что мне нужны деньги раньше.

— Зачем?

— Для организации того, чтобы ваша …, — мужчина запнулся, видимо, не зная. Как назвать женщину, которую ему предстояло похитить, потому что она была его «делом», а дела не могли иметь имён, но спустя мгновение он уже продолжил, —…купчиха могла покинуть эту империю, и никто бы не смог её догнать.

— У вас будет достаточно времени, чтобы это обеспечить, — в голосе человека в маске начали мелькать нотки раздражения.