Пламенев. Дилогия (СИ) - Карелин Сергей Витальевич

– Они сами лезли, – буркнул я глухо, давая понять, что не собираюсь обсуждать детали или оправдываться.

– О, еще бы! – Мужчина махнул рукой, как бы отмахиваясь от пустяка. – Пьяное отродье! У них и мозги‑то давно в самогоне растворились. Но ты… у тебя навык чувствуется, парень. И сила. Серьезная. Скажи честно, ты на какой стадии Вен? Начальная? Или, может, даже средняя?

Вопрос был прямым, почти бесцеремонным, с долей профессионального любопытства. Я на мгновение задумался, просеивая в голове заранее приготовленные, нейтральные ответы.

– Не знаю, – ответил, небрежно пожимая плечами, изображая деревенскую неотесанность. – Учился сам, как мог. Подсматривал, тренировался. О Венах и Сердцах только недавно услышал в городе, честно говоря.

Глаза незнакомца расширились еще больше, в них вспыхнул неподдельный, почти детский восторг.

– Самородок! – воскликнул он, хлопнув себя ладонью по колену. – Чистейшей воды самородок, ей‑богу! Таких сейчас днем с огнем… Слушай, парень… как тебя звать‑то?

– Саша.

– Саша. Отлично. Так вот, Саша, – он сделал осторожный шаг ближе, понизив голос до доверительного, но четкого шепота, хотя вокруг, кроме нас да пары бродячих котов, копошащихся в мусоре, ни души не было, – работы не ищешь, случайно? Дело есть. Одно. Непыльное, не ежедневное, но… требующее определенных навыков, понимаешь? Таких, как у тебя. Заработать можно. И неплохо.

Я пристально, посмотрел на мужика, оценивая его снова – уже с другой, более прагматичной точки зрения. Пиджак был поношен на локтях, но сшит добротно, из плотной ткани, ботинки хоть и стоптанные по краям, но кожаная подошва была толстой, тоже недешевой.

Предложение «подзаработать», высказанное в такой обстановке, – посреди ночи, после показательной, жестокой драки, – пахло чем угодно: охраной, «решением вопросов», криминалом, только не честной поденной работой на складе.

Я уже открывал рот, чтобы отказаться, но тут внезапно в голову ударила мысль.

Червонная Рука.

Этот человек явно в курсе нелегального мира и всего такого. Может, он знает что‑то. Риск был огромным, я мог нарваться на что угодно, но других вариантов, других ниточек у меня не было. Эта была единственная.

– А про «Червонную Руку» слыхал? – спросил я напрямую, глядя ему прямо в глаза.

Улыбка на его лице не исчезла, но застыла, стала чуть более острой, натянутой.

– Слыхал, – кивнул он, тоже почти без паузы, как будто ожидал такого вопроса или подобного. – А тебе зачем? Не тема для простого любопытства.

– Мне нужно с одним человеком встретиться. Говорят, он у них состоит. Червин.

Лицо мужика изменилось мгновенно, как будто кто‑то вытер с него маску. Все признаки легкой авантюрности и делового интереса слетели, уступив место холодной, настороженной серьезности.

– Червин, говоришь? – он понизил голос еще сильнее, почти до шепота, который едва перекрывал шорох ветра. – Парень, так ты, видать, не в курсе. Червин – это и есть «Червонная Рука». Он не «состоит». Он голова. Хозяин.

В животе похолодело. Главарь. И, судя по реакции этого мужика и старухи на пепелище, этот Червин был далеко не добрячком. Однако следом за оторопью поднялось упрямство.

Правда. Мне нужна была правда. Отступать некуда.

– Все равно надо, – сказал я твердо, не отводя взгляда, глядя ему прямо в глаза и стараясь, чтобы голос не дрогнул. – Если ты можешь помочь со встречей… насчет того заработка – я готов послушать.

Мужик задумался, почесав щетину на угловатом подбородке. Его взгляд скользнул по моему лицу, задерживаясь на глазах, потом перешел на узел в руках, на мою стойку, снова вернулся к лицу.

– Непросто это, – наконец выдохнул он, и в его голосе появилась нотка уважения, смешанная с сомнением. – Очень непросто. Но… выполнимо. Постараюсь тебе помочь. Если ты мне поможешь.

Он протянул руку ладонью вверх – жест более открытый, чем просто рукопожатие. Я, после секундной паузы, переложил узел под мышку и положил свою ладонь на его.

– Тогда давай знакомиться нормально, по‑человечески. Я Гриша. Григорий Пудов. Ты Саша, а как фамилия? – переспросил он, слегка наклонив голову. – Без фамилии сейчас никуда, даже в нашем деле. Для доверия, для статуса, для звучности.

Я замялся на долю секунды. Котов – нельзя. Нужно что‑то, не привязанное к деревне. Что‑то свое, настоящее. И в голове само собой всплыло имя, которое стало моим по праву пролитой крови и неоплаченного долга. Имя человека, который дал мне шанс.

– Пламенев, – сказал четко, без колебаний. – Александр Пламенев.

Глава 15

Мы шли по темным, извилистым переулкам Нижней Слободы, и я держался на полшага сзади Пудова, следя не только за его спиной, но и за каждым поворотом, запоминая путь.

Я активировал зрение Духа, позволил внутреннему взору скользнуть по силуэту нового знакомого. Никакого свечения, ни малейшего намека на концентрацию или течение Духа.

Обычный человек без капли магической силы. Это знание успокаивало. По крайней мере, в случае чего я смогу без проблем скрутить его в бараний рог.

– План простой как три копейки, – говорил Пудов, не оборачиваясь. Его голос глухо отдавался от близко стоящих кирпичных стен. – Есть тут подпольные бои. Кулачные. Без оружия – до нокаута или сдачи. Деньги на кону, ставки, все дела. Народ сходится разный: от уличных громил до бывших бойцов войска Топтыгиных.

Он уверенно свернул в низкую темную арку, ведущую во внутренний дворик, заваленный старыми, рассохшимися бочками и ржавым железом.

– Ты по виду… ну, скажем так, не богатырь. – Он наконец обернулся, окинул меня с ног до головы быстрым, оценивающим взглядом, как покупатель лошадь. – Худощавый. Ростом особо не вышел. Идеально для нашего дела. Будут думать, что щенок. А ты им врежешь по‑взрослому. Заниженные ожидания – лучший друг крупной ставки.

Мы поднялись по скрипучей, ненадежной деревянной лестнице, ведущей по задней стене дома на второй этаж. Пудов пошарил в кармане и достал связку ключей. Выбрал один, открыл неприметную дверь в темноту, щелкнул выключателем.

Зажглась одна пыльная лампочка под потолком, тускло освещая небольшую, почти квадратную комнату. Тем не менее тот факт, что у Пудова в квартире было проведено электричество, которого не было ни в трактире «У Лешего», ни в первом детдоме, наглядно демонстрировало, что человек он непростой.

Обстановка была обычной, но на удивление опрятной и чистой. Деревянный стол, две табуретки, диван у стены, ситцевая занавеска, отгораживающая угол с примусом и парой кастрюль.

– Садись, если хочешь. – Пудов махнул рукой, скинул пиджак и аккуратно повесил его на гвоздь у двери. – Так вот, о силе. У тебя она есть, это я в трактире просек сразу. По моим прикидкам, ты не ниже средней стадии Вен. Среди здешних бойцов все опытные на той же стадии, поздних мало, пиковых – почти нет. Но даже если ты против поздней стадии выйдешь, они на тебе расслабятся, увидев такую внешность. А ты их – раз! И готово. Зрители обожают такие сюрпризы, кошельки развязывают быстрее.

Я стоял у порога, не решаясь пройти глубже, держа узел с вещами. Комната пахла старым деревом, пылью и слабым запахом лука.

– И это поможет выйти на Червина? – спросил прямо, без предисловий. – Бои, ставки?

– Медленно, но верно. – Пудов достал из тумбочки потертую бутылку без этикетки с мутноватой жидкостью и две граненые стопки. – Заработаешь имя, репутацию. А уж там… пути найдутся. Выпьешь? Для знакомства. Поужинать, кстати, могу что‑то соорудить, яичницу ту же.

Я посмотрел на стопки, на его оживленное, деловитое лицо. Доверять еде и тем более питью от незнакомца, который только что открыто предложил криминальный заработок, было верхом глупости. Отравление – самый малый из рисков.

– Нет, – ответил я сухо, но без вызова. – Спасибо. Не буду.

– Как знаешь. – Пудов не обиделся, лишь пожал плечами и поставил одну стопку обратно в тумбочку. – Не принуждаю. Койка есть в соседней комнатке. Дверь напротив. Можешь отдыхать, пока я дела обстряпываю. Если, конечно, ты окончательно в деле. Решай сейчас.