Пока жизнь не разлучит нас, Дракон (СИ) - Элари Елена

Руки его сомкнулись в замок на моём животе, лишая возможности вырваться и отступить, но я была этому только рада. Хотя бы смогу удержаться на ногах, прислонившись к его груди. И никто из гостей не посмеет тронуть меня. А то, что князь касается меня… так пусть!

Губы мои дрогнули в неуверенной улыбке.

– Не знаю, – произнесла тихо, – расскажешь?

Глава 10

– Потому что, – выдохнул князь, кажется мне, горько улыбаясь, – потому что не было у сбежавших невест достойных избранников…

Он подвёл меня обратно к алтарю, насколько я могла судить, считая шаги с завязанными глазами. 

Вокруг воцарилась такая тишина, что она начинала давить своим гнетущим звоном. Ведь и дыхания гостей или шелеста их нарядов не было слышно! Мне даже захотелось, чтобы прозвучал удар трости Зои об пол, заставив меня вздрогнуть, но этого так и не последовало, от чего я чувствовала себя, будто во сне. А тишина всё больше казалась мне лишь удушающе сомкнувшимися вокруг холодными и мягкими лепестками роз!

– Почему ты здесь? – прошептала я, не рискуя задать вопрос громче, боясь остаться оглушённой звуком.

Наши шаги и то не отдавались эхом, не звучали хрустом от мелких осколков стекла, не было ничего… Я слышала, разве что, как болезненно-тяжело билось драконье сердце позади меня.

– Как же я мог позволить, – негромко ответил князь, – чтобы кто-то из вас винил себя в моей гибели? Нет… Сил у меня достаточно для последнего празднества. Хотя это и чудо, – добавил он уже едва слышно, выдохнув мне на ухо. 

Что зародило во мне надежду – может с князем всё не так и плохо? 

Впрочем, он уже удивлял всех, придя домой на одной силе воли, заботясь о чувствах матери, сдержав данное ей обещание вернуться с войны… А сейчас князь исполняет обещание перед богами, что женится на иномирянке.  

И это заслуживает уважения. Это искренне восхищает меня! Пусть и приятна мысль, до головокружения приятна (что не свойственно мне и неожиданно) думать, будто князь поднялся… из-за меня. Потому что каким-то невообразимым образом, каким-то чудом, ему стало легче благодаря мне! 

Пусть умом я и понимала, что всего-то поддержала его, перевязала раны и помогла напиться воды…

– Согласна ли ты, – ритуальным кликом рассёк тишину голос жреца, пока меня по-прежнему обнимали со спины руки князя.

А дальше всё как в тумане… 

И странный, невероятно обжигающий и смущающе-аккуратный поцелуй, завершающий церемонию, заставил меня окончательно провалиться во тьму, несмотря на упавшую в этот момент повязку с моих глаз.

Следующий день не дал мне даже опомниться. И уж точно не позволил ощутить себя женой влиятельного человека! Потому что, разбудив в пять-тридцать, меня словно начали готовить к должности горничной. 

– Шторы открывать ровно в шесть утра, – чеканила Гертруда, водя меня по лабиринту коридоров и большим просторным залам особняка. – Пыль нужно убирать до того, как она станет заметна! Посуду мать тебе нельзя… было бы, будь у тебя муж,  добавила она после небольшой запинки. – А так руки мягкими ни к чему беречь! И протирать не забудь сервизы специальной тряпочкой, чтобы  блестели! 

Она повернула в тёмный узкий проход между комнатами, и мы вышли в потрясающую воображение кухню! Несколько разных печей и плит, медный кран и стеклянные вентили, стеллажи с посудой, громоздкие шкафы из красного лакированного дерева, склянки, банки с чем только угодно и просто наимелейшая кухонная утварь! 

– Вот раковина, – махнула Гертруда рукой, демонстративно не глядя на меня, будто я была чем-то очень ей неприятна, – она должна сиять! А под мылом дважды в день менять надобно тряпочки. В мыльниках. Понимаешь? Чтобы вода не скапливалась и куски мыла не размокали! Пока холодно, камины топим углём, – не дав мне толком осмотреться, повела она в соседнюю комнату, напоминающую гостиную. – Тебя никто тяжести заставлять таскать не станет, но вот следить, чтобы в доме было тепло, надо. Пол подметать вечером, когда все лягут спать. Кухню проверять утром, – зачастила она, будто поскорее желая отделаться, – пока все ещё спят! Сюда раз в день кухарка захаживает, нужно смотреть, чтобы не своровала ничего, вкусно наготовила, взять у неё инструкции, что делать до следующего дня с тем, что она подготовит на обед и ужин. Порой нужно доготовить всё или правильно разогреть, это тоже будет твоей заботой, Стеша! – по слогам протянула она моё имя, словно один только вкус его на языке был Гертруде противен. 

И громогласное: 

– Поняла? – неизменно заставляло меня вздрагивать. – И если ещё какие дела заметишь, делай! Праздно сидеть и время терять тебе нельзя, люди осудят. Ты должна прославлять нашу семью, а не позорить. 

– А вы что должны? – не преминула спросить я.

Не чтобы огрызаться с ней, а ради того, чтобы лучше понять реалии, в которых я оказалась.

Однако Гертруде вопрос этот не понравился, она на какое-то время плотно сжала губы, словно сдерживая за ними колкости, которыми так хотелось швырнуть в меня. Но вместо этого в меня полетела пыльная тряпка, что женщина подхватила с пола в одной из кладовых и до сих пор таскала с собой, будто специально поджидая момент для такого случая. 

Вскрикнув, когда тряпка серой кляксой ударила мне в лицо, я запоздало отпрянула в попытке увернуться и рефлекторно поймала её руками, не позволив шлёпнуться на пол пыльной массой. Да так и замерла: растрёпанная, с паутиной на пол лица, ошарашено округлив глаза. 

– Вы что себе позволяете? – еле сдержалась, чтобы не запустить эту тряпку обратно в женщину. – Я всё понимаю, но молча терпеть такое отношение к себе не стану! 

– И что же ты сделаешь? – сузила Гертруда глаза. – Безродная нищенка!

– Так вы называете жену князя? – изогнула я бровь, сжимая руки в кулаки так, что ногти больно врезались в ладони, отчего-то действительно испытывая жгучую обиду не за себя, а за Рагуила. О состоянии которого мне упорно не отвечали всё это время. А возможности узнать самой, как он, лишили, ведь в уже знакомых мне покоях князя не нашлось.

Гертруда, открыв рот, поспешила его закрыть, так ничего и не ответив. 

Зато я, пользуясь случаем, гордо вручив обратно ей в руки тряпку, повернула в ближайший коридорчик и вышла туда, где меня поджидало неожиданное знакомство... Хотя на самом деле я просто планировала отыскать путь к князю и должным образом позаботиться о нём. Уже на правах законной жены.

Глава 11

Это был очаровательный круглый зал с большими окнами и выкрашенными в синий цвет стенами. Вся мебель деревянная и резная, громоздкие подсвечники стояли то тут, то там, перетягивая взгляд на оплавленные толстые свечи, а вместо картин на стенах висели круглые зеркала. Должно быть, по вечерам и ночами здесь было волшебно!

И на низком подоконнике одного из окон я вдруг увидела сидящего незнакомца. 

– Эм… – застыла на месте, больше удивлённая, чем испуганная, ведь уже понимала, что чужие в этом особняке не задерживаются. А этого человека не знаю. И на Аэрона, брата Самуила он не похож, слишком взрослый, будто высеченный из гранита: об скулы можно порезаться, глаза ясные, горящие, светло-серые, на висках чёрные как смоль волосы, тронутые сединой. – Добрый день, – произнесла совсем тихо.

– Утро, – поправил меня мужчина, вдруг развеселившись, заметив мою растерянность, отчего в уголках его глаз вмиг разошлись весёлые стрелочки морщин, тут же делая лицо располагающим и дружелюбным. – Рад знакомству, меня зовут Гербер. 

– Стеша, – отозвалась я, отчего-то всё не решаясь подойти. – Не видела вас раньше, кажется. А я думала, что на церемонии все, кто здесь обитает, должны были присутствовать. 

Он будто смутился, что ещё сильнее всколыхнуло моё любопытство, и перевёл взгляд в окно, отвечая задумчиво, будто пока говорил, продолжал гадать, стоит ли откровенничать: