Упрямая принцесса для несносного дракона - Рю Алёна

Димитрос растерянно обернулся.

— Что происходит?

Расфокусировав зрение, я сыграла на струнах несколько нот. Чернильница с воткнутым в нее пером поднялась со стола и, левитируя, зависла перед носом управляющего.

— У тебя пять минут, чтобы выплатить мне причитающееся, — пригрозила я.

Димитрос махнул рукой, намереваясь схватить чернильницу, но та ловко улизнула.

Между тем дракончик, оставаясь невидимым для управляющего, принялся громить статуэтки и вазы. Те с грохотом и звоном падали на пол.

Похоже, Кошмар сегодня вдоволь напитается страхом.

— Немедленно прекрати! — взвизгнул Димитрос и заорал совсем истошно: — Кто-нибудь, помогите, скорее!

— Твой кабинет под куполом тишины, — разочаровала его я. — Никто тебя не услышит. Давай деньги сразу или пиши расписку для банка.

— Но к-как… Т-ты… Откуда…

Во Фрионии магией владели только драконы или те, в ком текла драконья кровь, а от простой служанки управляющий такого, конечно, не ожидал.

Кошмар сдвинул стол. Тот ударил Димитроса под зад, заставляя приземлиться на столешницу.

Это оказалось последней каплей.

Управляющий стянул с шеи ключ. Судорожно открыв один из ящиков, он поставил передо мной пухленький кошель с монетами.

Затем глянул с опаской на чернильницу. Хватая ее дрожащей рукой, написал расписку в банк.

— Здесь все, клянусь, весь долг.

Ах, этот гад ей не только за прошлый месяц не заплатил…

— Я проверю, — пообещала я. — И если там не хватит хоть одной монеты…

— Да что ты, я все по-честному, — проблеял он.

Белое перо отделилось от чернильницы и поднялось в воздух. Подлетая к Димитросу, оно вывело аккуратным каллиграфическим почерком у него на лбу: «Я мерзавец».

Ха, а дракончик умел писать! Это нам очень поможет.

Удовлетворившись увиденным, я забрала кошелек и расписку и покинула разгромленный кабинет.

— Драконья мать, ты в порядке? — ко мне подскочила Лина.

— Все выплатил. — Я кивнула. — И если вдруг начнет юлить и откажется тебе платить, скажи, что пожалуешься мне.

— А ты сейчас…

— Ухожу. — Я подтвердила ее догадку. — Поищу работу в другом месте.

Мы с Линой договорились увидеться на днях, и я покинула особняк.

Отойдя немного в сторону, я нашла пустырь, где развязала кошелек и пересчитала монеты. К фрионам я не привыкла и с ходу не могла понять, много у меня на руках или мало.

Лучший способ проверить — что-нибудь купить.

Дойдя до рынка, который я приметила еще по дороге сюда, я прошлась по рядам.

Эйфория от маленькой победы над Димитросом быстро улетучилась. То ли Бонни платили ничтожно мало, то ли цены во Фрионии в принципе кусачие.

Купив яиц, хлеба, копченой колбасы и овощей, я вернулась домой к дедушке и все сложила на столе. Таскание тяжелых сумок лишило меня сил, и несколько минут я просто сидела верхом на табуретке и пыталась отдышаться. Кошмар материализовался в воздухе и летал вокруг, обдувая крыльями, словно двумя веерами.

Жалко, он забирал страхи, а не лишние килограммы.

Поход на рынок обеспечил меня не только продуктами, но и слухами. Разговорившись с торговками, я попыталась узнать последние новости о Лайнарии.

Принцесса, то есть я, оставалась без сознания с самой свадьбы. Андреас поселился во дворце. Хотя я, кажется, не успела сказать «да», церемонию посчитали состоявшейся. И теперь мой муж (к этому еще надо привыкнуть!) вместе с моим отцом искали способ меня спасти. Пригласили лучших целителей, но пока никто ничего не смог сделать.

При этом ходили и неприятные слухи, что в отравлении виноваты драконы. Как и дедушка Томас, торговки волновались, что случившееся означает начало войны. Хотя ничего пока не произошло, никто ни на кого не напал, да и официальных заявлений не делал, беспокойство все равно разливалось в воздухе.

И это заставляло задуматься. Я могла бы потратить оставшиеся деньги на дорогу до Райдана. Стража вряд ли пустит меня во дворец, что бы я им ни сказала, но я знала один тайный ход. Я смогла бы прорваться и поговорить с Андреасом или отцом. Возможно, мне удалось бы доказать, что я — это я, а не хорошо осведомленная шпионка.

Но что будет дальше?

Если единственный способ меня «вылечить» требует крови фрионского принца, то это и есть готовый повод к войне. А не хотелось бы, чтобы страхи всех этих людей воплотились в жизнь.

Нет, самое правильное — решить все тихо и без международного скандала. Это между мной и Джейданом, а не нашими странами.

Сделав еще пару глубоких вдохов, я дождалась, пока успокоится сердцебиение. Затем встала и, взяв с дедушкиного стола бумагу и чернила, позвала дракончика.

— Скажи, ты дух или какое-то другое существо? — спросила я вслух. — Напиши ответ.

Перо поднялось в воздух и, макнувшись в чернильницу, вывело на листе:

«Я не знаю, кто я».

— Как ты связан с монетой?

«Я сплю внутри и не могу далеко улететь. Но, мне кажется, так было не всегда».

Звучало не слишком уверенно.

— Тебя правда зовут Кошмар?

«Кажется, да».

Уже второе «кажется».

— Ты потерял память? — догадалась я.

«Да».

— Что последнее ты помнишь?

«Темнота. Комната».

— Та самая комната, где я тебя нашла?

«Да».

— Ты знаешь, как тебя освободить?

«Нет».

После паузы перо дописало:

«Но я рад быть с тобой».

Я улыбнулась.

— Я тоже.

Выходит, сам дракончик не помнил, как оказался в комнатах покойного герцога Арлингейла. Он пугал всех входивших, потому что питался страхом. Но кроме этого мы ничего о нем, получается, не знали. Ни откуда он, ни как оказался привязан к монете.

— Я обязательно придумаю, как тебе помочь, — пообещала я. — Только сначала надо вернуть мою жизнь. А для этого поступить в академию.

Положив перо и чернильницу на место, я покинула квартирку и спустилась на улицу. Здесь едва не столкнулась с какой-то разодетой дамой.

— Вы что, совсем не смотрите, куда идете? — возмутилась она.

В руках у нее было три или четыре пакета с отпечатанным на боку драконом. Похоже, женщина основательно закупилась косметикой.

Игнорируя ее, я решила и сама заглянуть в лавку. Не успела пересечь порог, как ко мне подскочила худенькая брюнетка в белом фартуке.

— Вам помочь? — поинтересовалась она.

Вроде бы вежливо, но звучало как угроза.

— Хочу посмотреть на ваш товар, — ответила я, пытаясь ее обойти.

Но девушка снова замаячила передо мной.

— Боюсь, наши средства вам не по карману, — заявила она.

Я бросила взгляд на один из ценников и быстро поняла, что таки да — не по карману. Но это не значит, что надо было сообщать мне это в лицо.

— Может, ваши средства не стоят таких трат, — бросила я, больше чтобы повредничать.

Я знала, что косметика «Ренуаль» была самой лучшей. Мама отказывалась пользоваться другой.

— Наши кремы известны во всех пяти королевствах, — проговорила девица, не скрывая возмущения. — Мы поставляем косметику даже для лайнарийского двора…

— И это дает вам право хамить покупателям? — не удержалась я.

— Мадемуазель, прошу вас, покиньте лавку, — сквозь зубы процедила она.

Можно было бы, конечно, еще препираться, но стало жалко времени.

Не прощаясь, я вышла на улицу. Дракончик появился у меня на плече и полпути возмущенно пыхтел в ухо.

— Не во всякую битву стоит ввязываться, — процитировала я своего отца. — Мы еще сюда вернемся. А силы лучше сберечь для академии.

Что-то подсказывало, что брать ее придется штурмом.

Глава пятая

Вокруг обнаженного по пояс Джейдана появились двенадцать призрачных фигур. Вооруженные мечами и луками, они распределились по полигону и пошли в атаку.

Для алмазного дракона не имело значения, ближний бой или дальний. Он крутился как заведенный и с успехом отбивал как удары мечей, так и летящие стрелы.

Бернард прежде не видел никого, кто сражался бы так хорошо. Принц был одним из лучших бойцов не только в академии, но и, наверное, во всей Фрионии. А сейчас, на эмоциях, он бился с особой яростью.