Орден Скорпионов - Эшер Айви

– А кто в этом виноват? – рычу я, прижимаясь к его груди еще ближе, и борюсь с желанием пихнуть его. – Ты твердишь о том, что могло случиться на охоте с Икон, но ты даже не пытался подготовить меня к тому, что там будет! – огрызаюсь я и обвожу рукой его кабинет.

Риалл разворачивается в кресле, Тарек хмуро смотрит на меня, но по его жесткому взгляду я вижу: он точно знает, о чем я говорю.

– Я ничего не знаю о туре или о том, что так, в общем, называют способности фейри. Я понятия не имела, как трудно будет ориентироваться в толпе, или как я могу там перенапрячься, насколько мне будет сложно просто находиться в этом мире. Вы трое говорили, что поможете мне, если я останусь, но мне нужно больше, чем еда и тренировки, и вы это знаете! Не смейте читать мне лекции о безопасности, когда вы не делаете всего того, что обещали, хотя я осталась с вами.

В комнате становится тихо, и я готовлюсь к волне оправданий и обвинений, которая, я уверена, накроет меня сейчас.

Тарек неотрывно смотрит мне прямо в глаза, и с каждой секундой мне становится все более некомфортно. Во мне поднимается раздражение, но я также отлично осознаю, насколько близко мы находимся.

Я чувствую ровное дыхание Тарека на своей груди, вижу темно-синее кольцо его радужки, этот же цвет тонкой полоской проступает сквозь кристально-голубой, отчего его глаза кажутся еще более яркими и неземными.

Если бы я приподнялась на цыпочки, наши губы встретились бы. Мне следовало бы жестко припечатать его взглядом и сосредоточиться на всех тех обидах, что Тарек нанес мне, но все, что я могу сейчас, – это думать, каково это – поцеловать его?

– Ты права, – соглашается наконец Тарек, я открываю рот, готовая вновь начать плеваться ядом и спорить, но тут до меня доходит смысл его слов.

Я смотрю на него, от шока у меня отвисла челюсть – я не знаю, что делать и что говорить. Не ожидала, что он поведет себя так… разумно.

Я рассматриваю Тарека, и мне приходится признать – я совсем не знаю его. Раньше я представляла его любителем все контролировать, жестоким и воинственным. Но за все время, что я здесь, я ни разу не видела подобных проявлений. Неприятно это говорить, но, возможно, я ошиблась в нем. Может, я ошиблась в них.

Тарек отступает назад и проводит пальцами по волосам, темно-каштановые пряди тут же падают как нужно, обрамляя его лицо, – будто даже они не хотят с ним спорить.

Я чувствую одновременно облегчение и разочарование – мне не нравится, что он отошел от меня. И я внутренне ору на себя и бью по щекам, чтобы вырваться из мрачного, томного, сексуального влияния этого фейри.

– Ты права, – повторяет Тарек. – Я надеялся, что мы узнаем больше о тебе, прежде чем погрузиться в изу-чение твоей туры. Риалл пытался отследить потомков последней известной женщины-сангвинны, а я – сопоставить их с фейри, которые могут ходить в тенях.

На моем лице, очевидно, появляется замешательство, и Тарек быстро продолжает:

– Мы надеялись, что, если соединить твою туру с соответствующими записями, то у нас появится подсказка – мы выясним, кто ты и откуда. Но эти знания помогут также тебе и нам лучше ориентироваться в твоих. Двух совершенно одинаковых тур нет. Например, каждый из нас умеет ходить в тенях, – Тарек жестом указывает на Курио и Риалла. – Но Курио – самый сильный в этом. Тура Риалла работает лучше, когда речь идет о больших расстояниях, а не о коротких прогулках, а моя проявляет себя, когда я иду вместе с братьями. Как будто моя тура может питаться чужими способностями и становиться сильнее. Различия могут быть почти незаметны, но они очень важны.

– Со временем мы поняли, что целые поколения фейри, несущие в себе определенные туры, часто имеют схожие сильные или слабые стороны одной и той же способности, – говорит Курио, и Тарек кивает.

– Исследовать туру может быть опасно. Я надеялся, что у нас появится более четкое представление о том, что ты умеешь делать, прежде чем мы начнем исследовать твою туру, – продолжает Тарек.

– Хорошо, – соглашаюсь я. – Но почему нельзя было сказать мне об этом с самого начала?

Тарек вздыхает и прислоняется спиной к огромной каминной полке.

– Ты нам не доверяешь. Что вполне понятно, учитывая обстоятельства, – спешит пояснить он. – Но я беспокоился, что, стоит нам заговорить об этом, ты захочешь проверить свои возможности, узнать, где твой потолок, – или ты не поверишь нам, если мы скажем, что с этим надо повременить. Не поймешь, почему мы хотим отложить этот вопрос. Я не хотел, чтобы ты подумала, будто мы специально пытаемся затормозить твой прогресс. Поэтому я решил вообще ничего тебе не говорить, а подождать, пока мы не найдем всю нужную информацию.

– Мы, – поправляет брата Риалл. – Мы обсудили все и решили, что будет лучше сосредоточиться на том, чтобы помочь тебе адаптироваться и поправить твое здоровье, а только после разбираться с твоей турой. Это решал не только Тарек.

Я смотрю на них, и к раздражению из-за того, что они принимают и защищают свои решения вместе, примешивается капелька уважения. Я должна быть в бешенстве, меня должно оскорблять то, что они все обсудили без меня, хотя вопрос этот касается меня напрямую, но я не могу отрицать, что их опасения могли быть оправданны. Есть большая вероятность, что я действительно бы им не поверила. И они правы насчет того, что я большую часть времени просто старалась свыкнуться со своей новообретенной свободой, что вообще не думала о своих способностях. И только сегодня Икон мне о них напомнила и сказала, что я должна узнать о них побольше.

– Хорошо. – Одним словом я пытаюсь выразить несколько вещей: то, что я понимаю, что «скорпионы» мне только что рассказали, и то, что я принимаю их объяснения.

– Хорошо, – вторит мне Тарек, но на его лице застыло вопросительное выражение.

Он наблюдает за мной, будто не ожидал такой реакции, и на моих губах появляется улыбка. Похоже, мы все скрывали друг от друга свою спокойную и рациональную сторону.

– Вы приняли это решение. Не могу сказать, было оно правильным или нет, но дело сделано. В будущем я бы хотела принимать участие в этих обсуждениях. Я чувствую себя довольно уверенной – насколько это возможно. Так что, думаю, пришло время начать подготовку к жизни за стенами замка.

– Справедливо, – соглашается Тарек, и Курио с Риаллом кивают.

На лице последнего расплывается широкая улыбка, Риалл оглядывает всех нас и весело говорит:

– Посмотрите, да мы прям команда, – и Курио и Тарек тихо смеются.

Я качаю головой, но улыбка все равно расплывается на моих губах. Я не уверена, значит ли это все нечто большее, чем то, что, когда мы захотим, мы можем спокойно беседовать. Нужно посмотреть, как мы сможем остаться уравновешенными при решении других вопросов, – время покажет.

Я лишь знаю, что хочу большего в жизни, чем осмеливалась даже подумать раньше. Но я все еще не знаю, чего именно я хочу и как этого добиться. Я даже готова признать, что, возможно, недооценила «скорпионов» с самого начала, но это не значит, что они найдут ответы на все мои вопросы.

И когда я говорила, что чувствую себя спокойно и уверенно, насколько это возможно, я не врала. И не знаю, чувствовала бы я себя так без их помощи и поддержки. Не знаю, к чему все это приведет, но я не думаю, что обязательно к чему-то плохому.

Я открыта для мира и возможностей, что он мне даст. Раньше я не понимала, насколько это важно, зато понимаю теперь. Поживем – увидим.

35

– Думаю, пришло время познакомить Осет с Императрицей. – Тарек расправляет плечи, скрещивает руки на груди и по очереди оглядывает Риалла и Курио. Он буквально излучает силу и мощь, и я не удивлена, что именно он – негласный лидер их Ордена. – Даже если она решит уйти, думаю, это будет правильно.

Между тремя «скорпионами» тут же происходит какой-то молчаливый обмен мнениями – еще бы, они знают друг друга столько лет. И сколько бы я ни пыталась понять, что значат эти подергивания бровями, изгибы губ или напряженные взгляды, у меня ничего не выходит. И я понятия не имею, что это за «императрица».