Annotation
Один ход Кукловода лишил меня права на выбор, превратив Вечный Зенит в золотую клетку.
Теперь, чтобы спасти тех, кто мне дорог, я должна играть по правилам, которых до сих пор не понимаю. Но чем дальше продвигаюсь по этой шахматной доске, тем отчетливее понимаю: с каждым днем всё сильнее проигрываю собственным чувствам.
Клетка Зенита
Глава 1
Глава 2
Глава 3
Глава 4
Глава 5
Конец ознакомительного фрагмента.
Клетка Зенита
Глава 1
Согнувшись в углу клетки, я закрыла лицо руками и начала громко плакать. Талия продолжала без остановки колотить кулаками по решетке соседней камеры, выкрикивая проклятия в спины уходящих охранников Гнили. Глухие удары о металл эхом разносились по подземелью, но они не могли заглушить тот ужас, что творился внутри.
Паника сковывала грудь, мешая сделать нормальный вдох. Амиру только что бесцеремонно вытащили из её клетки, чтобы увести на аукцион, и это осознание приносило невыносимую боль. Судьба ломалась на части прямо сейчас. Нас безжалостно разлучали, вырывая подругу, которая долгие годы выживала вместе с нами на этом грязном дне. Мы делили каждую крошку хлеба и привыкли держаться единым целым. Дикий страх перед неизвестностью заставлял тело крупно дрожать. Что теперь будет с Амирой? Куда её продадут? Что сделают с нами? Мысли хаотично сменяли друг друга, не находя ни одного спасительного ответа.
Грохот кованых сапог стражников по каменистому коридору медленно удалялся, утягивая её за собой во тьму.
Внезапно из темноты перехода раздался крик Амиры, заставивший меня вздрогнуть.
— Я найду вас! — задыхаясь от слез, выкрикнула она где-то в глубине подвала. — Чего бы мне это ни стоило, но я вернусь! Слышите меня? Я вернусь!
Новые слезы горячим потоком хлынули из моих глаз, полностью застилая обзор. Я уткнулась лбом в колени, до белых суставов сжимая собственные пальцы. Нежность и хрупкость всегда делали меня самой слабой среди нас троих, и сейчас это бессилие буквально выжигало волю. Талия с грохотом снова врезалась всем телом в железные прутья своей решетки, срывая голос на хрип.
— Ублюдки! Твари! — яростно орала она в пустой коридор, продолжая ломать ногти о холодную сталь.
Разум упрямо зацепился за угасающее эхо Амириного голоса. Внутри меня, прямо в затуманенной страхом голове, созревало робкое, но бесповоротное обещание. В памяти отчетливо всплыли слова, которые мы дали друг другу перед этим кошмаром. Мы пообещали, что обязательно найдем друг друга, чего бы это ни стоило и куда бы нас ни продали. «Амира... — тихо, едва слышно повторила я про себя, заставляя дрожащие губы шевелиться. — Обещаю, что я тоже найду тебя. Я вытерплю всё. Чего бы это ни стоило, я справлюсь».
Дверь в конце перехода с стуком захлопнулась, окончательно отрезая нас от подруги и погружая подземелье в гробовое безмолвие.
Талия обессиленно прекратила удары. Она опустилась прямо на грязный пол своей клетки, тяжело ловя ртом сырой воздух, и повернулась ко мне лицом.
Взгляд Талии сквозь прутья решетки был наполнен такой щемящей тревогой. Подруга тяжело дышала, прижавшись лбом к холодным прутьям своей камеры, и неотрывно смотрела на меня. На её лице читалось глубокое волнение.
Я прекрасно понимала причину её тревоги. Из нашей троицы Амира всегда оставалась лидером, способным вести за собой и принимать самые тяжелые решения. Талия обладала взрывным характером и была готова перегрызть глотку любому, кто посмеет коснуться нас пальцем. Я же на их фоне всегда оставалась самой нежной и слабой. Моя натура просто не была приспособлена к жестокости трущоб. Несмотря на то, что вся моя жизнь прошла среди грязи и голода Гнили, я панически боялась любого проявления насилия. Сколько бы раз я ни пыталась казаться сильнее перед лицом опасности, у меня никогда ничего не получалось. Без защиты Амиры и Талии я бы просто не выжила на этом грязном дне.
Сейчас Талия смотрела на меня, зная мою сущность слишком хорошо. Она прекрасно понимала: если следующей из клетки выведут меня, я просто не справлюсь с тем, что ждет впереди.
— Талия, всё будет в порядке, я справлюсь, — сдерживая новые рыдания, произнесла я и попыталась слабо улыбнуться подруге.
— Чёрт, Митея... — в голосе Талии прорвалась глубокая боль. — Амиру уже забрали. Кто-то из нас двоих точно будет следующим на этой проклятой площади.
Она перехватила железные перекладины пальцами, и я увидела, как сильно дрожат её руки. Талия до безумия боялась оставлять меня одну перед лицом неизвестности.
— Я боюсь, Митея, — призналась она, утыкаясь лбом в холодный металл. — Если нас разлучат, ты должна будешь стать сильной. Слышишь меня? Собери всю волю в кулак, чего бы это ни стоило.
— Я справлюсь, я смогу, — упрямо повторила я, хотя тело продолжало мелко трясти от сковавшего внутренности страха.
Мой затуманенный слезами взор зафиксировал, как Талия опустила голову, явно не веря моим робким заверениям. В её глазах читалось четкое понимание: её подруга просто сломается под ударами Высших. Я снова перевела взгляд на тяжелую закрытую дверь в конце коридора, куда только что увели Амиру. Воздух в подземелье казался невыносимо тяжелым, а безмолвие Гнили давило на сознание мертвым грузом. Паника нарастала с каждой секундой, лишая возможности здраво мыслить.
Талия внезапно вскинула голову, и в её карих глазах на миг вспыхнуло прежнее, упрямое пламя.
— Митея, я тебя, чёрт побери, найду! — отчеканила она, срываясь на громкий шепот сквозь решетку. — Куда бы тебя ни продали на аукционе, что бы ни случилось впереди — я перерою весь этот проклятый мир, но я тебя найду!
— Я знаю, я знаю, Талия, — новые слезы хлынули из моих глаз, капая на грязный пол. — Я точно знаю, что ты меня никогда не бросишь. Вы с Амирой никогда меня не оставите.
Прошло несколько дней, которые превратились в бесконечную, серую полосу ожидания. Точное время в этих сырых подземельях определить не удавалось — здесь оно существовало по своим законам, лишенным смены дня и ночи.
Кормили нас регулярно, и, как ни странно, пища была вполне приличной. Ищейки явно преследовали корыстные цели: товар на предстоящем аукционе должен был выглядеть здоровым, свежим и сытым, чтобы Высшие выложили за нас как можно больше золотых монет. Каждый раз, когда тяжелая дверь коридора открывалась и молчаливый надзиратель приносил жестяные миски, Талия взрывалась яростью. Она подлетала к решетке, колотила по стальным прутьям и во весь голос требовала объяснить, что происходит и где сейчас находится Амира. Охранники Гнили лишь брезгливо кривились, упорно игнорируя её крики, и уходили обратно, оставляя нас в тишине.
С каждым новым приемом пищи паника внутри меня росла с катастрофической скоростью, грозя полностью раздавить остатки воли.
Единственным спасением оставалось присутствие Талии. Пусть мы и сидели в соседних клетках, разделенные толстой железной перегородкой, её уверенный голос помогал держаться на плаву. Пока подруга находилась рядом, я находила в себе силы дышать и справляться с подступающим безумием.
В долгие часы безмолвия мы спасались разговорами, упрямо цепляясь за обрывки прошлого. Сидя на грязной соломе и прижавшись спинами к разделяющей нас решетке, мы вспоминали нашу жизнь в трущобах. В памяти всплывали самые мелкие детали: как мы втроем прятались от кислотного дождя под дырявым навесом нашего барака, как Амира умудрялась раздобыть лишний кусок черствого хлеба, и как весело мы смеялись над глупыми шутками Талии у костра. От этих воспоминаний в сердце нестерпимо щемило. Осознание того, что Амиру уже вырвали из нашего круга и её судьба нам неизвестна, обжигало сознание болью. Наш привычный мир рухнул, оставив лишь призрачные тени былых счастливых дней.
Внезапно металлическая створка на входе в подземелье с глухим грохотом распахнулась.
