Тяжелые бархатные портьеры колыхались, будто невидимые пальцы гладили ткань. За окном была ночь. Густая, непроглядная. Луна скрылась за тучами.
«Горничные забыли», — пронеслась первая мысль.
«Нет», — возразила вторая. Они бы не рискнули. Ночь холодная. Ройстер бы их убил.
Я встала. Босые ноги коснулись холодного паркета. Меня трясло. Не от температуры. От предчувствия.
Я подошла к подоконнику. Камень был ледяным. На нем лежал крошечный предмет, тускло поблескивающий в лунном свете.
Серьга.
Та самая. С топазом. Та, что потерялась в грязи на дороге, в миле отсюда.
Я протянула руку. Пальцы дрогнули, прежде чем коснуться металла. Он был холодным, как лед.
Я сжала сережку в ладони. Металл впился в кожу.
Быстро, почти бегом, я метнулась к туалетному столику. Рука сорвала крышку шкатулки. Внутри, на бархатной подкладке, лежала вторая сережка. Та, что сняла служанка.
Я высыпала обе на ладонь.
Они были одинаковыми. Парными. Тяжелыми. Реальными.
Я смотрела на свои руки, и холод внутри меня кристаллизовался, превращаясь в осознание, острое, как лезвие.
Служанка сняла сережку с моего уха здесь, в комнате. Она положила ее в шкатулку.
Вторая осталась в грязи, на месте похищения. Или в карете похитителя. Я уже не помню.
Как она оказалась на моем подоконнике?
Кто прошел через охрану поместья?
Я подошла к окну, видя, как под фонарями снуют жуткие тени. Они были длинными, гибкими, черными, напоминающими борзых, размером с теленка. Они не избегали света, а лишь мелькали в нем.
Их было много. Кажется, двенадцать. Раньше было больше. Двух убили заклинанием при нападении на дом. Но это было лет сто тому назад. Или двести. Я просто краем уха слышала. Атаковал мощный маг. Но остальные растерзали его. Да так, что даже следов не осталось.
И тут я увидела, как в свете фонаря стоит фигура в черном и смотрит на мои окна. Мракорсы не трогали его.
Почему-то…
Глава 15
И тут тень подняла руку и поманила меня жестом в черной перчатке, а потом скользнула по груди вниз.
Что это значит?
Я моргнула, а он… он исчез. Под фонарем никого не было.
Металл впился в ладонь так сильно, что оставил багровый след на коже. Я смотрела на сережки, и холод, который пробрался в комнату сквозь открытое окно, теперь сковывал мои внутренности.
Он был здесь.
Мысль ударила меня.
Он точно был здесь. И мне это не чудится!
Не снаружи.
Нет.
Не внизу, под окном, где рычали мракорсы. Он был здесь. В моей комнате. Пока я спала. Пока я была беззащитна.
Меня затрясло.
Мелко, противно. Зубы начали стучать, и я укусила себя за губу, чтобы остановить эту предательскую дрожь.
В голове пульсировала одна мысль, громче любого крика: если он смог пройти через мракорсов, если он смог коснуться моего подоконника… что мешает ему пройти дальше?
Я обернулась. Темнота спальни сгустилась в углах, будто живая. Балдахин над кроватью казался теперь не укрытием, а опасностью. Тишина давила на уши. В ней мерещилось дыхание. Чужое. Тяжелое.
— Кто здесь? — мой голос сорвался на шепот.
Ответом было лишь колыхание портьер.
Но я знала.
Я чувствовала кожей, как взгляд скользит по моей спине. Липкий, оценивающий. Тот же взгляд, что смотрел на меня сквозь черные прорези серебрянной маски. Там, на дороге.
Паника ударила в голову горячей волной. Я не могла остаться здесь. Ни секунды. Стены поместья, которые всегда казались крепостью, вдруг превратились в картонную коробку.
Мракорсы не тронули его. Значит, защита не работает. Значит, он может войти в любую минуту. Или уже… здесь…
Господи, я же не знаю, какой магией он обладает!
Мне нужен Ройстер!
Я не помнила, как натянула поверх ночной рубашки тяжелый бархатный халат. Пальцы не слушались, путаясь в завязках. Босые ноги коснулись пола, и паркет обжег ледяным уколом. Я выскочила в коридор.
Свет светильников здесь был тусклым, масляным. Он идеально подчеркивал золотые вензеля на обоях. И казалось, что они светятся, как сокровищница.
Но сейчас мне было не до роскоши. Тени вытягивались вдоль стен, искажая знакомые очертания ваз и статуй. Каждый скрип паркета звучал как выстрел. Мне казалось, что из темноты вот-вот выйдет фигура в черном. Что он ждет этого момента. Что он хочет, чтобы я бежала. Чтобы я загнанная, испуганная прижалась к мужу в поисках защиты?
Я бежала, прижимая к груди сжатый кулак с сережками. Сердце колотилось в горле, мешая дышать.
Дверь в кабинет мужа была в конце коридора. Под ней пробивалась узкая полоска света. Он не спал.
Я не стала стучать. Врезалась плечом в тяжелое дерево, распахивая створку.
Ройстер стоял у стола, склонившись над какими-то старинными книгами. Он что-то резко спрятал в ящик стола, молниеносно закрывая на ключ.
Интересно, что там?
Глава 16
На муже был тот же домашний халат, что и час назад, но выглядел он так, будто не ложился вовсе. Свечи догорали, оплывший воск залил подсвечники.
Он поднял голову. В его глазах не было сна. Только холодная настороженность и усталость разочарования. Словно у него что-то не получалось.
— Тайа? — он выпрямился. Голос был ровным, но в воздухе повисло напряжение. — Что случилось? Почему ты не спишь?
Я не могла говорить. Грудь ходила ходуном. Я сделала шаг вперед, и мои следы остались примятостями на темном пушистом ковре.
— Он… — выдохнула я, и голос предательски дрогнул. — Он был у меня.
Ройстер замер. Его лицо окаменело, превращаясь в ту же непроницаемую маску, что была у похитителя. Только вместо серебра — живая кожа.
— Кто? — спросил он тихо. Слишком тихо.
Я посмотрела на книгу, которая лежала на столе раскрытой. «Пробуждение дракона ключом», — прочитала я.
Отследив мой взгляд, Ройстер тут же закрыл книгу, словно то, что в ней было написано, меня не касалось.
— Тот человек. С дороги. — Я разжала кулак. Сережки упали на стол, звякнув о столешницу. Звук был слишком громким в тишине кабинета. — Моя сережка. Та, что потерялась в грязи. Она была на моем подоконнике.
Ройстер смотрел на украшение. Потом медленно поднял взгляд на меня. В его глазах плеснуло что-то темное. Странное.
— Ты уверена? — он обошел стол и подошел ко мне. Его руки легли мне на плечи. Твердо. Сжимая, будто пытаясь удержать меня от падения. — Может, тебе приснилось? Я понимаю, что ты многое пережила. Иногда такое бывает… Тебе начинает казаться…
— Я не сошла с ума! — я вырвалась из его хватки. Страх придавал мне силы. — Я видела его! Внизу. Под окном. Мракорсы… Ройстер, они не тронули его! Они ходили рядом, а он стоял! Они его не видят! Так, словно он здесь хозяин!
Последние слова повисли в воздухе, как приговор.
Лицо мужа изменилось. Маска спокойствия треснула. Он отступил на шаг, глядя на меня так, будто видел впервые. Или будто увидел то, чего надеялся не увидеть никогда.
— Они не тронули его, — повторил он медленно. Не вопрос. Констатация факта.
— Да! Не тронули! И я не могу понять… почему? — я обхватила себя руками, пытаясь согреться. — Ройстер, кто он? Ты шепнул его имя Гордону. Ты знаешь его.
Муж отвернулся. Подошел к камину, где тлели угли. Бросил туда щепотку порошка из флакона, стоящего на полке. Огонь вспыхнул зеленым пламенем, освещая его профиль резкими, жесткими тенями.
— Дорогая Тайа, — вздохнул муж. — Быть такого не может, чтобы мракорсы не тронули кого-то. Понимаешь? Этой защите дома уже почти шестьсот лет! И она ни разу не давала сбой!
— А если он… он родственник? — прошептала я.
Глава 17
— Еще чего не хватало! — рассмеялся Ройстер. — Милая, есть только два человека, которых не трогают мракорсы. Это ты и я.
Он дал мне шанс осознать эти слова.
— Так что то, что ты видела, — это просто… Ах, ты просто устала, — улыбнулся Ройстер, гладя мои плечи.
