Доктор Торндайк. Исповедь Хелен Вардон - Фримен Ричард Остин

– Вы говорили, мистер Отвей… вы упомянули в разговоре с моим отцом… что готовы отказаться от намерения начать судебное разбирательство… или по крайней мере…

Я не могла продолжать. Страх, стыд, отвращение к тому, что собиралась сделать, подавили меня. С огромными усилиями я удержала всхлип, рвавшийся из горла. Но уже сказала достаточно, так как мистер Овей пришел мне на помощь.

– Я говорил вашему отцу, что не буду настаивать на исполнении им своего обязательства, по крайней мере временно, при условии, что вы станете моей женой. Он отказался, как вы, вероятно, знаете, отказался очень решительно, должен сказать.

– И довольно грубо, боюсь.

– Да, он не старался облечь отказ в деликатную форму. Но это мы можем опустить. Вы оказали мне большую честь, посетив меня… в отношении данного предложения, мисс Вардон?

Я почувствовала, как краснею, но ответила решительно.

– Да, я пришла, чтобы спросить, закрыл ли резкий отказ моего отца эту тему или вы готовы… снова открыть ее.

– Не будем говорить о новом открытии этой темы. Она не закрывалась. Предложение, которое я сделал вашему отцу, я теперь делаю вам; и если вы его примете, думаю, вы никогда не пожалеете о своем решении.

Он говорил сухим коммерческим тоном, как будто предлагал мне купить что-то по очень высокой цене. В сущности, так и было. А я тем временем определенно удивлялась, почему он захотел на мне жениться.

– Могу ли я спросить, – продолжал он после паузы, – готовы ли вы обдумать мое предложение?

– Я пойду на все, чтобы спасти отца, – ответила я.

– Так я и думал, – ответил он, – судя по тому, что о вас знаю. Именно знание того, как вы преданы отцу, подбодрило меня и позволило сделать это предложение. Мне показалось, что молодая привлекательная леди, так преданная пожилому отцу, сможет быть так же преданной пожилому супругу.

Это рассуждение не произвело на меня впечатления: я сравнивала личности отца и предполагаемого супруга. Но я ничего не ответила, и после новой паузы он спросил:

– Могу ли я считать, что… вы относитесь к моему предложению благоприятно?

– Этого сказать нельзя, – последовал мой ответ. – Но раз я пришла сюда, готовая принять ваше предложение, значит, принимаю его. Однако вам должно быть ясно: этот шаг вынужденный и сделан не по доброй воле.

– Мне все вполне понятно, – отозвался мистер Отвей. – Но также убежден, что условия нашего договора будут добросовестно соблюдаться, если мы его заключим.

– Безусловно, – подтвердила я.

– Могу ли я считать, что вы согласны стать моей женой на тех условиях, что были мною изложены?

– Да, мистер Отвей, я согласна выйти за вас на этих условиях и других, которые еще предложу.

– Давайте послушаем эти условия, – согласился он.

– Первое: вы дадите письменное обещание в связи с моим согласием выйти за вас, что предпримете все усилия, чтобы избавить моего отца от угрожающих ему трудностей.

– Вполне справедливо, хотя вряд ли нужно об этом говорить. Я не хотел бы иметь тестем осужденного преступника. Я согласен, как только брак будет заключен, представить в банк вашего отца чек на пять тысяч фунтов или, если он предпочтет, дать ему расписку на такую сумму. И дам вам соответствующее письменное обязательство до того, как вы сегодня покинете мой дом. Это подойдет?

– Вполне, – ответила я. – Но я хочу, чтоб вы добавили оговорку. Если в любое время до того, как будет заключен брак, возникнут обстоятельства, которые сделают вашу финансовую помощь ненужной, договор между нами не действует и у вас не будет ко мне никаких претензий.

Мистер Отвей посмотрел на меня с некоторым удивлением; я и сама удивилась своему самообладанию и предусмотрительности, когда дело дошло до условий договора, хотя на пути к дому мистера Отвея я все очень тщательно обдумала.

– Вы истинная дочь адвоката, мисс Вардон, – сказал он с сухой улыбкой. – Вы не собираетесь отдать себя дешево. Без оплаты нет услуги? Как всегда, вы совершенно правы. Вы соглашаетесь выйти за меня за определенную компенсацию. Если не получите эту компенсацию, то не выйдете замуж. Очень хорошо. Это разумное деловое предложение, и я на него согласен. Вы считаете, что ваш отец может избавиться от своих затруднений?

Я ничего подобного не считала. Эту оговорку придумала на всякий случай. Я приношу жертву для спасения жизни отца. Если же не смогу это сделать, то жертва бесполезна. Но я не думала, что стоит говорить подобное мистеру Отвею. Поэтому ответила, что, так как мало знаю о делах отца, решила предусмотреть даже самое невозможное.

– Совершенно верно, мисс Вардон, совершенно верно, – согласился собеседник. – Всегда нужно предусматривать даже самое невозможное. Что ж, я принимаю первые ваши два условия. Каково следующее?

– Я хочу, чтобы вы написали моему отцу письмо, в котором сообщили бы, что избавляете его от нынешних беспокойств, и дали бы мне это письмо, дабы я могла сегодня же доставить его.

Лицо мистера Отвея слегка омрачилось, и после некоторого размышления он серьезно сказал:

– Как вы понимаете, мисс Вардон, это несколько опережает исполнение контракта с моей стороны. Такое письмо заставляет меня немедленно отказаться от выплаты с его стороны.

– Но у вас будет мое обещание, – возразила я. – Если хотите, я дам его в письменном виде.

– Что ж, – с сомнением ответил он, – в некотором смысле это снимет трудности. Я не подозреваю, будто вы хотите уклониться от соблюдения договора. Но ваш отец отказался дать согласие и, вероятно, будет продолжать отказываться, так что лучше не поднимать этот вопрос. Кстати, вам, вероятно, уже двадцать один год?

– В последний день рождения исполнилось двадцать три.

– В таком случае, конечно, его согласие не обязательно. Но я все равно не хотел бы скандала; если вы доставите ему письмо, он будет знать факты, и скандала не избежать.

– Я не предлагаю отдать письмо ему. Я положу его в ящик для писем, и он подумает, будто вы прислали или положили его. Он ничего не узнает о том, что я побывала у вас, и о нашем договоре.

– Понятно. Это в некотором смысле меняет положение. Только необходимо ли так делать? Я понимаю ваше желание избавить его от тревоги, но ведь нужен всего день или два. Вы действительно считаете это необходимым?

– Да, мистер Отвей. Я считаю это абсолютно необходимым. Мой отец в отчаянном положении, и никогда нельзя сказать, на что решится отчаявшийся человек.

Мистер Отвей бросил на меня быстрый взгляд, в котором промелькнуло явное удивление. Было очевидно: намек понят, однако отвечать сразу он не спешил. Возможно, в моем предположении ему открылось даже больше, чем мне самой. Прежде чем прервать молчание, он на некоторое время погрузился в раздумья.

– Возможно, вы правы, мисс Вардон. Я буду рад положить конец его тревогам. Да, я напишу письмо и дам его вам. Есть ли еще условия?

– Нет, это все. Если вы напишете письмо и соглашение, набросаете черновик того, что должна сказать я, мы на этом закончим. И, пожалуйста, поторопитесь. Уже поздно, и я хотела бы вернуться домой раньше отца, если возможно.

Мое беспокойство, очевидно, передалось мистеру Отвею, потому что он немедленно повернул свой стул к письменному столу и начал быстро писать. Через две или три минуты, протянув мне то, что писал, вместе с чистым листом бумаги, ручкой и чернильницей, он взял себе новый лист и, ни слова не сказав, снова начал писать. В черновике, который он для меня набросал, содержалось следующее: